Лань Шуан издала пронзительный, душераздирающий вопль. Из разорванного тела вырвалась длинная синяя нить. Цзинь Цзи Юэ поманила её пальцем, и нить послушно полетела к ней в руку.
Цзинь Цзи Юэ убила Лань Шуан.
Она мило улыбнулась и неторопливо начала скручивать синюю нить, говоря:
— Когда-то я вложила в неё кусочек нити одержимости длиной с половину ногтя. А теперь она выросла вот до такой длины.
— Цзинь Цзи Юэ? — воскликнула Цзо Цинъбай в шоке. — Ты причастна к этому?
— Я и вложила нить одержимости в Лань Шуан. Почему бы мне не быть причастной? — с гордостью ответила Цзинь Цзи Юэ, будто хвастаясь своим подвигом. — Одна одержимость питает нить одержимости, а нить, в свою очередь, усиливает одержимость. Её одержимость — это любовь к Фу Хэчжи. Пусть даже он плохо с ней обращался, но, к несчастью, Лань Шуан уже привыкла к такому обращению. Поэтому, став призраком, она, хоть и сменила множество партнёров и оболочек, всё равно подсознательно превращала каждого из них в Фу Хэчжи — ей нравилось ощущение привычного уюта.
— Но ведь это ты вложила в неё нить одержимости! — обвинила Цзо Цинъбай.
Цзинь Цзи Юэ игриво приподняла бровь:
— Почему же всё винить только меня? Люди обычно не любят перемен и тянутся к привычному. Призраки — не исключение. Многие становятся призраками именно для того, чтобы повторять своё прошлое. Какое отношение это имеет ко мне?
— Как вылечить безумие Юй Лочэна? — спросила Цзо Цинъбай.
Цзинь Цзи Юэ, продолжая скручивать нить, ответила неторопливо:
— Лань Шуан говорила тебе, что, украв удачу, нужно красть постоянно, иначе звезда начнёт гаснуть?
— Да.
— Она сказала лишь половину. Украсть удачу — всё равно что стать наркоманом: доза со временем должна расти. Если объём удачи окажется недостаточным, слава и карьера Юй Лочэна пойдут под откос, а первым признаком этого и будет безумие. Чтобы остановить его безумие, можно либо, как Лань Шуан, красть вдвое больше удачи для Юй Лочэна, но это бездонная яма — тебе придётся отдавать всё больше и больше, пока ты сама не выдохнешься. Однако есть и другой способ…
— Какой? — нетерпеливо спросила Цзо Цинъбай.
Цзинь Цзи Юэ всё ещё не закончила скручивать нить и продолжала медленно говорить:
— Удача Юй Лочэна украдена, значит, и его путь к славе, и все пережитые им моменты, когда он был кумиром миллионов, тоже украдены. Пусть он вернёт всё это обратно — тогда карма уравновесится, и безумие исчезнет.
— Как вернуть?
— Придумай сама. Разве ты не экзорцист? Зачем спрашивать меня? — усмехнулась Цзинь Цзи Юэ. — Когда он вернёт всё, весь мир забудет, что когда-то существовал певец и танцор Юй Лочэн. Забудут все, кроме него самого. Тогда на улице появится жалкий Юй Лочэн, который будет хватать прохожих за руки и спрашивать: «Я же знаменитость Юй Лочэн! Вы меня не помните?» А все будут качать головами: «Никогда о таком не слышали». Интересно, выдержит ли он такой контраст? Даже думать приятно.
— Ты садистка? Тебе нравится мучить людей? — спросила Цзо Цинъбай.
Цзинь Цзи Юэ ласково улыбнулась:
— Я мучаю не только людей, но и призраков. Мне нравится смотреть, как Лань Шуан, став призраком, всё равно бесконечно повторяет трагедию своей жизни, и как Юй Лочэн за один день падает с небес славы в пропасть безвестности. Я наблюдаю за их историями, как за спектаклем. Что ты можешь мне сделать?
Цзо Цинъбай покачала головой:
— Мир так прекрасен, а ты видишь в нём лишь трагедии.
Глаза Цзинь Цзи Юэ загорелись:
— Ты умна. Угадала мои вкусы. Ты права: я не терплю, когда кому-то хорошо. Я смотрю фильмы только трагедии — чем мрачнее сюжет, тем больше мне нравится.
Цзинь Цзи Юэ закончила скручивать нить и убрала её в карман. Затем она направилась к Цзо Цинъбаю.
Цзо Цинъбай напряглась. Её руки одновременно начертили талисманы, и золотые знаки возникли в воздухе, образуя щит перед ней.
Цзинь Цзи Юэ мило подмигнула:
— Сестрёнка Цинъбай, в прошлый раз ты сбежала слишком рано — я даже не успела как следует повеселиться. Давай сегодня снова потренируемся и проверим, кто из нас сильнее?
Цзо Цинъбай покрылась потом и подумала про себя: «Да что тут проверять? Разве в прошлый раз не было ясно, что я тебе не соперница?»
Не дожидаясь ответа, Цзинь Цзи Юэ тут же напала. За её спиной выросли огромные чёрные лапы, и она бросилась на Цзо Цинъбай, готовая разорвать её так же, как Лань Шуан.
Цзо Цинъбай собралась с духом, вытолкнула вперёд начертанный талисман и громко произнесла заклинание:
— Да будет небо моим щитом, да будет путь моим мечом! Врата мои — не для злых духов!
Мгновенно комната наполнилась золотым светом, пронзившим чёрные лапы и отбросившим Цзинь Цзи Юэ назад.
Цзо Цинъбай удивлённо посмотрела на свои руки:
— Неужели? Мои силы вдруг так возросли?
Внезапно она заметила на руках кровь — ту самую, что стекала с раны Лу Хуэя.
Цзо Цинъбай обернулась и посмотрела на Лу Хуэя.
Цзинь Цзи Юэ тоже поняла, что Цзо Цинъбай стала сильнее, и не осмелилась нападать. Она отступила на два шага и сказала с улыбкой:
http://tl.rulate.ru/book/147152/8159416
Готово:
