— Угрызений? Зачем? — Чжоу Уся выглядел искренне непонимающим. — Я буду чувствовать угрызения совести, только если с вашим телом что-то случится. Что плохого в том, что эти низкорожденные рабыни умирают? Не волнуйтесь, матушка, я сделаю все, чтобы сохранить вашу жизнь.
— Но я не хочу жить!
Жуньцзюнь внезапно сорвалась, крича в отчаянии. — Сколько дней прошло? Я уже сбилась со счета! Каждый день двенадцать человек... Столько людей погибло из-за меня! Я попаду в ад!
Чжоу Уся обнял ее:
— Нет, матушка, не бойтесь. Мы с вами никогда не умрем, и уж тем более не попадем в ад.
Но Жуньцзюнь, казалось, не слышала его. Она бормотала что-то, то впадая в бред, то в ярость, дрожа всем телом.
Чжоу Уся, видя, что успокоить ее не удается, внезапно поцеловал ее. Жуньцзюнь сначала сопротивлялась еще сильнее, даже оставив на его лице несколько кровавых царапин. Но Чжоу Уся, казалось, не замечал этого, продолжая целовать ее.
Увидев царапины, в глазах Жуньцзюнь мелькнуло сожаление, и она постепенно успокоилась в его объятиях. Он поднял ее на руки, не прерывая поцелуя, и они скрылись в доме, все еще слившись в страстном объятии.
Дверь закрылась за ними, оставив двух шпионов в сотне метров от дома с открытыми ртами.
Страх Сюй Синсин давно уже растворился под напором такого шокирующего зрелища. Теперь она понимала, почему Сяо Хэй разозлился, когда она спросила, что происходит в доме...
Осознав, что до сих пор держит его за руку, она почувствовала неловкость и хотела отстраниться, но это выглядело бы слишком резко. Поэтому она лишь неловко засмеялась, говоря и одновременно убирая руку:
— Сегодняшняя вылазка явно не прошла зря...
Сяо Хэй посмотрел на нее, его взгляд скользнул по ее отдернутой руке, и в душе ему стало смешно. Он приподнял бровь:
— О чем именно ты говоришь, Синсин?
Син... син???
Дыхание Сюй Синсин перехватило, уши мгновенно загорелись.
Что это за дикие слова?! Он никогда раньше не называл ее по имени, и теперь, в такой ситуации, что он задумал?!
Разум тут же подсказал объяснение: он просто назвал тебя по имени, почему ты так реагируешь?
Точно, подумала она, соглашаясь с доводами разума. Все из-за этого живого представления, которое ее так взволновало.
— Я имела в виду, что мы узнали много полезного! — Сюй Синсин прочистила горло. — Может, осмотрим другие места?
— Больше не хочешь подслушивать? — Сяо Хэй улыбнулся, его глаза сверкали.
Обычно его взгляд был полон насмешек, и даже улыбка чаще всего служила для сарказма. Но сейчас его прекрасное лицо, так близко к ей, казалось, смягчилось, приобретя необычную нежность. И только что успокоившиеся чувства снова взорвались, но, хоть сердце и дрожало, она подняла подбородок:
— Если пойдешь со мной, то да!
Сяо Хэй смотрел на ее покрасневшее, но все еще упрямое лицо, и в душе почувствовал необъяснимую мягкость. Почему-то в голове промелькнула только что увиденная сцена, и его взгляд невольно упал на губы девушки. Ее алые губы напоминали вишню — сладкую и сочную на вкус?
Он не любил фрукты, но эта девушка постоянно угощала его, как домашнего питомца. Так как это случалось нечасто, он не придавал этому значения.
Несколько дней назад она увидела вишни в резиденции Ци и очень обрадовалась. Съев несколько, она взяла одну и сунула ему в рот. Он вдруг вспомнил, как ее пальцы были испачканы красным соком, и почувствовал необъяснимую жажду...
Он вздрогнул, словно очнувшись ото сна. Осознав, о чем только что думал, он почувствовал прилив безымянного гнева.
Он немедленно прервал свои мысли, резко встал, оставив Сюй Синсин лишь свой силуэт:
— Не будем терять время, пошли.
Сюй Синсин: ???
Это кто тут время теряет?
Она уже собиралась огрызнуться, но он уже ушел. Проклиная его в душе, она бросилась вдогонку.
В остальных местах поместья Чжоу не было ничего подозрительного, и, обыскав территории, они вернулись в резиденцию Ци.
По возвращении Сюй Синсин рассказала всем, что увидела... опуская некоторые детали. После ее рассказа на лицах присутствующих отразилось немое недоумение.
Цинь Фэн первым нарушил молчание, нерешительно задав вопрос, который больше всего волновал Сюй Синсин:
— Это... его родная мать?
Фраза была расплывчатой, но все сразу поняли, о чем речь.
Ци Жунли слегка кашлянул, разряжая атмосферу:
— Нет.
Все явно облегченно вздохнули.
Цинь Фэн копнул глубже:
— Тогда кто?
Сюй Синсин с одобрением посмотрела на Цинь Фэна: Молодец, парень, хорошая перспектива!
— Мачеха.
Ци Жунли вздохнул. — Его мать умерла при родах, а через два года его отец женился на старшей дочери начальника налогового приказа Ло Мэнлянь. Вскоре после свадьбы его отец скончался, и, хотя тетя помогала, семья Чжоу едва не пришла в упадок. Все эти годы домом управляла его мачеха.
Понятно, литература о мачехаи.
— Ло Мэнлянь была хрупкого здоровья и недавно умерла от болезни. Он похоронил ее с почестями, подобающими законной матери.
Ци Жунли сделал паузу и серьезно продолжил. — Каковы бы ни были его мотивы, факт остается фактом: он убивал людей ради матери. Я обязательно доложу об этом губернатору, но...
— Но что? — спросил Цинь Фэн. — У вас есть какие-то сомнения?
— Губернатор, хотя и заботится о народе, как говорят, обязан своей должностью министру чинов. — Ци Жунли не стал продолжать, но все поняли, что он имел в виду.
Снег в Цинчжоу не прекращался больше месяца, но люди все еще могли жить спокойно — во многом благодаря заслугам губернатора. Но кто знает, что для него важнее: народ или его должность?
— Чжоу Уся убил столько людей, разве он может его покрывать? — возмутился Цинь Фэн.
— Сейчас город отрезан снегом, информация и так с трудом проходит. Губернатор практически единолично управляет Цинчжоу. Если он решит замять это дело ради сохранения должности... — Фан Чжымин нахмурился. — Нам впятером будет трудно добиться справедливости для Жуньцзюнь и других невинно убитых девушек.
Сюй Синсин не сдавалась:
— Даже если они скроют правду, разве мы, имея доказательства, ничего не сможем сделать?
— Мы что, боимся какого-то обычного человека? — Цинь Фэн громко хлопнул по столу. — В крайнем случае, мы можем доставить Чжоу Уся в столицу и бросить его к ногам императора. Пусть разбирается!
— Сестра, а какие у нас доказательства? Немая и беспамятная женщина-призрак? — Фан Чжымин покачал головой. — Вы не знаете деталей дворцовых дел. Прежний император умер, когда нынешний был еще ребенком, и сейчас вся власть в руках императрицы-матери. Даже если вы бросите его к ногам императора, это вряд ли поможет.
http://tl.rulate.ru/book/147149/8092615
Готово:
