А нынешняя «идеальная пара»... Би Лили искоса взглянула на подругу, зная, что та уже рассталась с гением Ю Жанем.
Заметив этот взгляд, Бай Шуюй недоумённо посмотрела на неё, затем снова на фото и направилась в раздевалку.
— Пёсик, тебе совсем не интересно? Ты правда изменилась... — Би Лили поспешила за ней, не сводя с неё глаз.
Глядя на её яркое, словно подсвеченное лицо и блестящие глаза, Би Лили подумала, что причина перемен — расставание с Ю Жанем.
Но нет, ведь сразу после этого она сошлась с Цзян Лю. Если бы Би Лили не увидела их вместе на игре в страйкбол, то даже не узнала бы об этом.
Тогда в чём же дело?
Би Лили замолчала. Одна размышляла, таща чемодан, другая молча шла вперёд.
Раздевалка находилась в конце коридора, за несколькими танцевальными залами. Но ещё не дойдя, они услышали голос учителя Фанхуа. Та, заметив их, собиралась велеть побыстрее переодеться, но, увидев Бай Шуюй с её огненными волосами и странным сочетанием яркости и спокойствия, замерла.
Её замешательство привлекло внимание студентов, отрабатывавших танец. Один из них, застывший в сложной позе, так впечатлился, что потерял равновесие и рухнул на пол.
— Боже, этот цвет волос потрясающий!
— Никогда не видела такой красивый рыжий!
— Но разве можно красить волосы в такие яркие цвета?
— Точно! Если у неё будут такие волосы, мы будто превратимся в фон!
Среди восторгов звучали и недовольные голоса. С точки зрения общего выступления, конечно, естественный цвет волос выглядел бы гармоничнее. Поэтому преподаватели и просили не выбирать слишком броские оттенки.
Услышав комментарии, учитель Фанхуа вышла из творческого озарения. Да, для нынешнего номера нельзя допустить, чтобы кто-то выделялся слишком сильно. Разве что вставить сольную партию, подчеркнув её образ и усилив общее впечатление.
Это было возможно, но часть студентов явно сопротивлялась.
Фанхуа понимала их чувства, но времени на разбирательства не было.
— Почему ты вдруг покрасилась? — спросила она у Бай Шуюй.
Даже если бы не срочный номер, впереди были другие выступления. Как можно было так легкомысленно изменить внешность? Да ещё и настолько заметно!
Бай Шуюй, ослеплённая деньгами, забыла о предстоящих выступлениях.
— Я снялась в рекламе, — ответила она после паузы.
Фанхуа явно не ожидала такого ответа. Она посмотрела на яркую фигуру в дверях и махнула рукой.
— Иди переодевайся, потом поговорим.
Уходя, Бай Шуюй услышала, как студентки возмущаются:
— Видала? Она всегда привлекает внимание, а теперь с такими волосами... этим тёткам это точно не понравится...
— Они просто не умеют принимать, что есть те, кто лучше. Я, например, знаю, что идеальных людей много. Если зацикливаться на этом, сойдёшь с ума...
Бай Шуюй покачала головой:
— Ты так говоришь, потому что мы дружим. Но с точки зрения команды они правы — это я ошиблась, забыв про выступление.
— Не такая уж это и проблема. В групповых танцах всегда есть главные роли, и ты обычно их получаешь. Даже с такими волосами — какая разница? К тому же Фанхуа просто велела тебе переодеться, ничего больше, — Би Лили наотрез отказывалась признавать, что защищает подругу из-за дружбы.
— Наверное, заставит перекраситься обратно, — Бай Шуюй провела рукой по ещё свежеокрашенным волосам. Честно говоря, ей было жаль. Она уже смирилась с мыслью, что пропустит выступление, но Фанхуа всё же вызвала её.
Зная характер учительницы, та явно рассчитывала, что Бай Шуюй перекрасится. Разве что можно сослаться на вред для волос, но есть и другие способы замаскировать цвет. В любом случае, выступать придётся.
Каково же было её удивление, когда, переодевшись в облегающую танцевальную форму и вернувшись, она увидела, что остальные студентки всё ещё спорят с Фанхуа. Их недовольство тем, что Бай Шуюй всегда получала главные роли, а они оставались на заднем плане, наконец вырвалось наружу — особенно после того, как учительница не стала её отчитывать за волосы.
— Групповой танец — это гармония, единство. Ваше недовольство я понимаю, но сейчас у нас мало времени. Обсудим всё после выступления, а сейчас сосредоточьтесь на репетиции, хорошо?
Но даже после этих слов некоторые студентки продолжали дуться. Фанхуа вздохнула:
— Почему Бай Шуюй так часто становится ведущей? Вы правда не видите, как она танцует?
— Но мы тоже не хуже! Нас бесит, что ты её выделяешь. Почему за такие волосы ей не влетело?
Только что вошедшая Бай Шуюй тут же стала объектом внимания. Би Лили, обычно болтливая, в такой атмосфере предпочла промолчать.
Бай Шуюй собрала свои рыжие кудри в высокий пучок, но даже это не смягчило эффект. Яркий цвет лишь подчеркнул её черты и сияющую кожу.
Какой бы ни была её техника, даже стоя в углу сцены, она притягивала взгляды. А для девушек, жаждущих славы, это было невыносимо.
— Мне не нужно никого отчитывать. Если она хочет выступать, то перекрасится или замаскирует цвет — даже если это будет мучительно. Это её выбор.
— Но если вы всё ещё недовольны распределением ролей, скажу прямо: каждый из вас стоит там, где, по моему мнению, будет лучше всего смотреться. Если не согласны — тренируйтесь усерднее. «Не суетись, не гордись, не паникуй» — разве я не говорила вам это на первом же занятии? Если мысли в беспорядке, тело тоже будет скованным. Не торопитесь, смотрите дальше этого маленького зала.
Закончив, Фанхуа услышала звонок телефона. Прежде чем ответить, она добавила:
— Даю вам пятнадцать минут, чтобы успокоиться. Потом продолжаем.
Услышав это, возмущённые студентки выбежали из зала, на ходу бросив Бай Шуюй злобный взгляд.
Бай Шуюй считала, что они преувеличивают. Без украшений она танцевала весьма посредственно — нечего было воспринимать её как угрозу. Да и Фанхуа была права: нужно мыслить шире университетской сцены.
— И ещё смеют на тебя косо смотреть? — нахмурилась Би Лили.
— Они слишком высокого мнения обо мне, — Бай Шуюй подошла к станку и начала разминку.
Неужели она действительно считала, что не заслуживает такого внимания? Би Лили округлила глаза и, словно тень, последовала за ней.
— По-моему, ты слишком скромничаешь.
Какая скромность? Если бы Би Лили видела её танцы на платформе, то не говорила бы так.
http://tl.rulate.ru/book/147148/8091785
Готово:
