Готовый перевод Doctor: Clinic at the Crossroads of Worlds / Доктор: Клиника на перекрестке миров: Глава 69. Ли Шиминь расширяет горизонты, или Почему нельзя действовать через голову

Чжу Ди откинулся на спинку стула и от души рассмеялся. Его смех, низкий и раскатистый, наполнил комнату атмосферой радушия.

— Раз уж сам доктор Ли направил тебя к нам за советом, можешь быть уверен — мы не станем ничего утаивать. Чжу Циюй, — обратился он к своему потомку, — будь добр, изложи императору Тан всё то, чему нас научил доктор.

Ли Шиминь просиял.

— Премного благодарен за вашу любезность!

Чжу Циюй, несмотря на свою многолетнюю болезнь, никогда не позволял себе праздности. С тех пор, как его здоровье немного пошло на поправку, он использовал любую возможность, чтобы учиться. Он постоянно обращался за советом к своему прадеду Чжу Ди, постигая тонкости управления государством. Когда в клинику приезжали Чжу Гаочи, Чжу Чжаньцзи или даже сам Чжу Юаньчжан с Чжу Бяо, он не упускал ни единого шанса задать им свои вопросы. Особенно он ценил беседы с Чжу Чжаньцзи, от которого мог узнать о текущем положении дел в его собственной эпохе Цзинтай, что позволяло ему, даже находясь вдали от трона, держать руку на пульсе империи.

Вопросы, связанные с монетарной политикой, экономикой и прочими науками будущего, которые объяснял им Ли Чжунфу, он давно обдумал и усвоил. Поэтому сейчас, без лишних предисловий, он начал чётко и лаконично излагать суть.

Ли Шиминя от них отделяла пропасть в семьсот лет. Экономические и технологические концепции, которые для императоров Мин были уже предметом изучения, для него звучали как откровения из другого мира. Его мышление, каким бы гениальным оно ни было для своего времени, оставалось продуктом своей эпохи. Поэтому постичь эти новые идеи было для него невероятно трудно.

К счастью, Чжу Циюй не пытался щегольнуть своими познаниями и изъяснялся предельно просто. В противном случае для Ли Шиминя его лекция прозвучала бы как чтение небесных манускриптов.

Постепенно, с огромным трудом, император Тан начал улавливать общую картину, и его охватило осознание: слова доктора Ли не были преувеличением. Он, Ли Шиминь, всю свою жизнь посвятил процветанию империи. И вот теперь перед ним открылся новый, доселе неведомый путь к могуществу и богатству. Разве мог он, узнав о нём, немедленно не приступить к его реализации? Да его теперь разорвёт на части от желания действовать!

«Моё “Предисловие к стихам из павильона Орхидей” отдано не зря!» — с ликованием подумал он. Этот дар уже окупался сторицей.

Подавив волнение, Ли Шиминь, подобно прилежному ученику, обратился к трём императорам Мин с целым потоком вопросов. И три дракона из рода Чжу не скрывали ничего. Они не только подробно отвечали на каждый вопрос, но и приводили простые, «приземлённые» примеры, чтобы облегчить ему понимание.

Постепенно в голове у Ли Шиминя начала складываться ясная картина.

— Проблема в том, — нахмурился он, — что даже для вашей Великой Мин производство бумажных денег — дело непростое. Что уж говорить о моей Тан? Боюсь, даже качество нашей обычной бумаги значительно уступает вашей. И ещё — большие корабли. Раз государство Во находится за морем, для похода на них нужен мощный флот. У нас в Тан нет технологий для строительства таких огромных судов.

В глазах Чжу Ди сверкнул хищный огонёк.

— Проблема с кораблестроительными технологиями решаема. Когда Гаочи приедет в следующий раз, он может привезти тебе чертежи наших «кораблей-сокровищниц». Что до бумажных денег... во всех трёх наших эпохах есть люди, которые занимаются этим вопросом. Когда будут результаты, мы сможем продать вам технологию. Или даже готовые деньги. А вот что касается семян…

— Отец, семена мы продавать не можем ни в коем случае! — тут же вмешался Чжу Гаочи, его голос прозвучал на удивление твёрдо. — Чтобы обеспечить этими новыми сортами хотя бы нашу собственную империю Мин, потребуются ещё долгие годы селекции и разведения! Это наш стратегический ресурс.

— Что ж, ты прав, — кивнул Чжу Ди. — Семена мы вам дать не можем. Попробуй решить этот вопрос с доктором Ли. Я слышал, что картофель, батат и кукурузу можно использовать в качестве семенного материала напрямую.

Ли Шиминь почувствовал, что за этими «семенами» кроется нечто чрезвычайно важное, но не мог до конца осознать, что именно.

— О каких семенах вы говорите?

— Растения, которые из них вырастают, сами по себе не являются чем-то диковинным, — пояснил Чжу Гаочи. — Главное в них — урожайность. Она в разы превышает ту, что дают обычные семена. Взять, к примеру, гибридный рис: урожай с одного акра земли равен урожаю с трёх акров обычного риса.

— Такая высокая урожайность?! — Ли Шиминь от волнения принялся потирать руки. — Да ведь это значит, что можно будет накормить гораздо больше людей! Я немедленно поговорю об этом с доктором Ли!

• • •

В соседней палате царила совершенно иная, женская атмосфера. Императрица Чжан, словно обретённое сокровище, держала на коленях маленькую Сыцзы. Она не спускала с неё восторженного, обожающего взгляда. Сама же принцесса была полностью поглощена важным делом: обеими ручками она держала пакетик с «латяо» — пряными соевыми палочками, — который императрица специально принесла для неё из своей эпохи Хунси. С важным видом она съедала одну палочку, а затем аккуратно выдавливала из пакетика следующую. Это милое, сосредоточенное личико окончательно покорило сердце императрицы Чжан.

Иногда Сыцзы отрывалась от своего занятия и с любопытством поглядывала на взрослых или на огромный пакет со всевозможными закусками, принесённый гостьей, и тогда её личико расплывалось в хитрой улыбке, словно у мышонка, добравшегося до амбара.

Императрица Чжансунь и императрица Чжан, обе вошедшие в историю как мудрые и добродетельные правительницы, оказавшие огромное влияние на свои эпохи — «Золотой век Чжэньгуань», «Эпоху процветания Юнлэ» и «Правление Жэнь-Сюань», — быстро нашли общий язык. Они обменивались комплиментами, обсуждали дела управления дворцом, делились женскими секретами и то и дело заливались смехом, и казалось, что их знакомство вот-вот перерастёт в крепкую дружбу.

Консорт Ли, которую сам Чжу Ди привёз в клинику, тоже была женщиной незаурядной. Однако она вела себя очень скромно, лишь изредка вставляя пару слов в разговор, стараясь не перетягивать на себя внимание.

Императрица Чжансунь к этому времени уже знала историю о том, как её дочь по вине подвыпившего Чжу Чжаньцзи попала в другую эпоху. Но она не держала на них зла. Напротив, она была безмерно благодарна судьбе за этот случай. Ведь если бы не это, разве её маленькая Сыцзы удостоилась бы внимания и расположения такой влиятельной фигуры, как императрица Чжан, которая управляла внутренними дворцами со времён правления самого Юнлэ? Заручившись поддержкой сразу двух великих императриц, её дочь сможет прожить долгую и счастливую жизнь!

• • •

За разговорами время пролетело незаметно. Ли Шиминь, помня о государственных делах, откланялся и ушёл. Едва за ним закрылась дверь, Чжу Циюй задал вопрос, который его мучил:

— Прадед, дед, почему мы не рассказали императору Тан о том, что ждёт его династию в будущем? О мятеже Ли Чэнцяня, о Ли Чжи, о У Цзэтянь… Если бы он смог предотвратить эти события, это принесло бы огромную пользу его империи, а он был бы нам бесконечно благодарен.

— Для императора чувства благодарности или вражды — вещи второстепенные, — с усмешкой ответил Чжу Ди. — Даже если бы он был нам благодарен, это не значит, что мы получили бы от него какую-то реальную выгоду в будущем. Звонкая монета куда надёжнее.

— Ты думаешь, Тайцзун династии Тан не догадался об этом? — добавил Чжу Гаочи, решив преподать внуку урок. — Так почему же он сам не стал расспрашивать нас о будущем?

— И почему же? — не понял Чжу Циюй.

— Потому что клиника «Жэньай» — это территория доктора Ли, — терпеливо, как наставник, объяснил Чжу Гаочи. — Сама возможность нашей встречи — это его дар. Династия Мин уже получила огромную выгоду от его советов и подарков. Династия Тан, без сомнения, тоже их получит. Но если мы начнём вмешиваться и действовать через его голову, это будет грубейшим нарушением правил гостеприимства. Доктор Ли может не просто рассердиться, он может счесть, что мы злоупотребляем его добротой. И Ли Шиминь это тоже прекрасно понимает, поэтому и боится, что мы можем его подставить. Мальчик мой, твой жизненный опыт ещё слишком мал. Пользуйся моментом, пока вы с прадедом оба на досуге, и учись у него. Быть человеком трудно, а быть императором — ещё труднее!

Сказав это, Чжу Гаочи тоже попрощался и, забрав жену, которая никак не хотела отпускать Сыцзы из объятий, отправился к себе.

— Эта императрица Чжан и вправду души не чает в нашей Сыцзы, — с улыбкой заметил Ли Шиминь, вернувшийся в палату.

— Ещё бы, — кивнула Чжансунь. — Разве можно не любить такую очаровательную малышку?

— Сыцзы хорошая, поэтому её любят, — важно подытожила сама принцесса, качнув головой.

— И то верно! — рассмеялся Ли Шиминь. Он подошёл к пакету с закусками, принесённому императрицей Чжан, достал такой же пакетик с пряными палочками, как у дочери, вскрыл его и с наслаждением откусил сразу три штуки.

Он давно уже с завистью поглядывал, как Сыцзы их уплетает, но стеснялся есть при гостях.

— До чего же вкусные эти закуски у доктора Ли! — проговорил он с набитым ртом. — Кстати, Гуаньинь Би, я расспросил Чжу Ди. Оказывается, ни эти закуски, ни лапша, ни леденцы не производятся в их династии Мин. Всё это они покупают у доктора Ли. Разница лишь в том, что лапшу можно попросить у волшебного шкафа, а всё остальное есть только у самого доктора.

— Я запомню, — ответила императрица. — В таком случае, Ваше Величество, когда будете уходить, захватите с собой пару коробок той лапши. Если проголодаетесь ночью, разбирая доклады, сможете быстро перекусить.

— Отличная идея! — просиял Ли Шиминь.

http://tl.rulate.ru/book/146760/8090327