Глава 29. Псайкер
Впрочем, пустошь не была совершенно безжизненной. Поверхность планеты испещряли зияющие провалы шахт, а вдали гигантская рукотворная плавильня беспрестанно изрыгала клубы густого дыма, переплавляя адамантий, медь и железо.
Листер двинулся вперёд.
Планета получала так мало света из космоса, что приходилось внимательно смотреть под ноги. Единственным источником освещения служили две крошечные жёлтые точки на небосводе — пара малых, догорающих звёзд. Но их света было явно недостаточно для процветания жизни, и вся планета, окутанная вечной пыльной дымкой, утопала в сумрачных, неизменных сумерках.
Земля была бесплодна, ресурсы — скудны, а жизнь населявших её людей — тяжела и лишена всяких развлечений.
Листер перебрался через земляной вал, образовавшийся за тысячелетия геологической активности, и за завесой дикой травы обнаружил следы человеческой деятельности — ряд огромных резервуаров с водой и другими жидкостями.
Заброшенная шахта.
Он остановился у входа и заглянул внутрь. Следы горных работ были совсем свежими — очевидно, её покинули недавно. Это давало надежду.
Листер не знал, как очутился на этой планете, но, помня о жутких ксеносах, порабощающих человечество, и омерзительных тварях варпа, играющих с разумом смертных, он, даже смутно ощущая нереальность происходящего, решил из осторожности держаться поближе к поселениям людей.
Он был уверен, что это именно люди. Судя по обустройству рабочего места рядом с каким-то примитивным устройством для циркуляции воды, даже если это не люди, то, по крайней мере, какой-то выродившийся или мутировавший подвид, живущий в таких же тесных и неудобных условиях. И, скорее всего, под влиянием человеческой культуры они создали некое подобие цивилизации и порядка. А значит, с ними можно было договориться.
Листер шёл вперёд, следуя за едва заметными следами. Но пустынность планеты превзошла все его ожидания. Куда ни глянь, простирались лишь голые равнины и ледники; бесплодная земля, казалось, сливалась с тусклым небом в бесконечной серости. Листеру было трудно представить, как на такой планете вообще могла зародиться и развиться цивилизация.
Наконец, с другой стороны холма, изредка нарушавшего монотонность равнины, донёсся звук человеческой речи.
— Совершенство существует. Цель нашей жизни — найти его и явить миру. Мы должны отбросить всё, что нас ограничивает…
Голос был низким, магнетическим и полным такой страсти, что Листер на мгновение усомнился, принадлежит ли он человеку.
Услышав его, Листер быстро взобрался на вершину холма, ловко преодолевая острые скальные выступы, образовавшиеся из-за движения тектонических плит. За эту ловкость стоило благодарить Бринхильд — без её дара он бы не справился.
Наконец, он увидел источник голоса.
На каменном возвышении, в окружении изящных статуй из металла и камня, стоял прекрасный гигант. Его одежда была проста и незатейлива, как и сама планета: обнажённый торс с рельефными, словно высеченными из мрамора мышцами, чьи линии напоминали совершеннейшее произведение искусства. Длинный фиолетовый шнур, повязанный на поясе, удерживал синюю ткань, служившую набедренной повязкой.
Необычайно высокий рост и ставшие визитной карточкой белоснежные волосы не оставляли сомнений в том, кто стоит перед ним. В этот миг он обращался с речью к рабочим планеты. В его лазурных глазах пылал огонь страсти. Он простёр руку, указывая на каменный постамент позади себя, где было выставлено его величайшее творение.
Глядя на пылкого, вдохновенного Фулгрима, Листер ощутил странное недоумение.
«Павлин, известный своей тягой к роскоши, на родной планете одевался так просто? — пронеслось в голове Листера. — Сомнительно. Надо присмотреться».
Но почти в то же мгновение, ощутив его пристальный, немного недоверчивый взгляд, величайший художник Хемоса обернулся. Его взор встретился с внезапно появившейся на склоне холма фигурой. Он протянул руку, с энтузиазмом приглашая чужеземного странника присоединиться к нему в обсуждении самого прекрасного из искусств.
Взглянув в эти ясные глаза, Листер внезапно почувствовал, как его охватывает непреодолимое головокружение.
В последнее мгновение он увидел, как с небес хлынул ослепительный свет, заставивший всех, кто привык к полумраку Хемоса, невольно зажмуриться.
Среди рабочих Хемоса началось смятение, люди вскидывали головы к небу. Исполинский звездолёт вошёл в атмосферу — и солнца, тысячелетиями дарившие Хемосу свой скудный свет, погасли.
Раздались испуганные крики. На лице Фулгрима отразилась смесь радости и тревоги. Когда двуглавый орёл с грохотом, подобным падению метеорита, опустился на поверхность планеты, Листер сквозь ослепительное сияние увидел, как Фулгрим с беспокойством смотрит на него. Его губы шевелились, словно он пытался сказать что-то чрезвычайно важное.
И в этот миг Листер проснулся.
— Листер! Листер!
Толчки в плечо и тревожный девичий голос рядом быстро привели его в чувство. Он поднял голову, и в его глазах на миг вспыхнул странный свет.
— Епископ и сёстры просят вас пройти в главный собор для обсуждения дальнейших… Листер, твои глаза!
На лице Мирей отразилась тревога, но, увидев в его глазах пляшущий призрачный синий свет псайкерской силы, она испуганно отшатнулась.
Видят боги, они росли вместе, и она никогда не знала, что Листер — псайкер.
«Может, это не он?» — мелькнула в её голове абсурдная мысль, но она тут же её отбросила. Нет, быть не может. И мельчайшие привычки, и едва заметное выражение лица после сна… такое подделать почти невозможно.
Значит…
— Бог-Император вновь благословил тебя? — осторожно спросила Мирей.
Листер поднял руку, и пляшущий огонёк псайкерской энергии обратился инеем и растаял в воздухе. Помолчав мгновение, он едва заметно кивнул. Но в глубине души он чувствовал, что внезапно пробудившаяся сила как-то связана с недавним сном.
Листер прислушался к тонкой связи между собой и варпом. На поверхности проекции его души в имматериуме клубился серый туман, а за его пеленой виднелся силуэт пурпурного феникса, полностью скрывавший истинный свет.
Листер не знал, защитит ли это его от богов Хаоса, но, по крайней мере, рядовые демоны теперь вряд ли станут его беспокоить. В каком-то смысле он стал кем-то вроде уклониста от варп-налогов. Из тех, кто пользуется правами, но избегает рисков.
— Мы сейчас же идём… — произнёс Листер, поднимаясь. Вместе с девушкой он направился к собору.
***
http://tl.rulate.ru/book/146512/8112832
