Это была грязная игра без чётких правил.
— Раньше подмешивали, но зерно хотя бы было съедобным. В этом году привезли прогнившее. Как Чу Бофу мог продолжать это терпеть? — Гуань Юэ понизила голос. — Если бы, как раньше, смешали всё вместе… сейчас на Западном краю был бы полный хаос.
— Почему они не подмешали зерно, как в прошлые годы? — спросил Се Миньюнь с невозмутимым видом. — Неужели совесть заговорила?
Очевидно, нет.
— Я помню, что единственный сын заместителя министра Чэня сейчас служит в министерстве финансов. Хотя мой двоюродный брат не имеет чина, но близко дружит с сыном Чэня, — задумался Вэнь Чжао. — Неужели они...
— Характеры этих двоих и так всем известны: кутежи и публичные дома, — сказал Се Миньюнь. — Хотя я и презираю Фу Эра, но воспитание в доме герцога всегда было строгим.
— Кто-то погиб? — тихо спросила Гуань Юэ.
— Нет, до этого не дошло, — пожал плечами Се Миньюнь. — За этим заведением присматривают, все всё понимают, но вслух говорить об этом не принято.
Гуань Юэ цыкнула:
— Значит, не хватило серебра.
— Фу Эр в последние годы не отличился на службе, а в доме герцога строгие порядки. Вот этот сын Чэня как раз служит в министерстве финансов, вот они и придумали такой нелепый план? — покачал головой Вэнь Чжао. — Тогда им следовало бы просить старого маркиза Чу, какая тебе от этого польза?
— Чэнь Пин под предлогом новогодних поздравлений уже стучался в двери к маркизу Чу, — холодно сказал Се Цзяньнань.
— Старый маркиз Чу не впустил его и заставил ждать целый день, — продолжил Се Миньюнь. — Но Чэнь Пин не может вынести это дело на свет, иначе желающих его смерти выстроится очередь от дворцовой стены до городских ворот. Раз путь через дом Чу закрыт, остаётся надеяться на Вэнь Чжао: старый маркиз Чу всё же должен считаться с Северным краем.
— Но как раз семья Фу Эра здорово его обидела, — сделала паузу Гуань Юэ. — А в тот день в доме герцога они заодно обидели и меня.
Се Миньюнь кивнул:
— Вот и выходит, что надо жить в мире с людьми.
Странно было слышать такие слова из уст маленького маркиза Се.
— Вчера я их отшил, но сегодня Фу Эр с женой непременно придут, — он обратился к Вэнь Чжао. — Раз серьёзного вреда нет, чтобы замять дело, хватит одного слова. Решай.
Вэнь Чжао усмехнулся:
— Какое у меня может быть решение.
— Жена маркиза Чу в своё время была в долгу перед твоей матерью. Он в любой момент может попросить аудиенции у императора, но терпит до сих пор, ожидая тебя, — сказал Се Цзяньнань. — Фу Эр недостоин жизни, но решай сам, дарить ли этот долг дому герцога.
Се Цзяньнань взял у Бай Цяня сандаловую шкатулку, открыл её и протянул Гуань Юэ:
— Твои тысяча лянов.
Гуань Юэ перелистала не слишком толстую пачку бумаг:
— Здесь куда больше тысячи, так много...
— Банкноты, земли, лавки, — сказал Се Цзяньнань, бросив взгляд на сына. — Этому сорванцу я не доверяю, так что лучше тебе.
— Я не могу помогать слишком явно, чтобы не дать повода для нападок, — он посмотрел на Вэнь Чжао. — Герцог Фу уже передал тебе приданое твоей матери. Она вышла замуж за человека ниже рангом, поэтому взяла с собой не всё. С этим ларцом, думаю, мне не о чем беспокоиться.
Се Цзяньнань встал и велел подать еду:
— Перекусите пока. Не позднее полудня Фу Эр непременно явится.
После его ухода Наньсин принесла поднос с пирожными.
Гуань Юэ взяла одно и протянула Чуаньляню:
— Зачем вы будили меня утром?
— Поклониться богу богатства! — радостно ответил Чуаньлянь, принимая угощение. — Гу-нян, гун-цзы и маленький хоу могут не беспокоиться, но тебе обязательно нужно как следует помолиться богу богатства!
Гуань Юэ сдула пар с чашки и сделала маленький глоток:
— Чуаньлянь, завтра ты останешься без сладостей.
Чуаньлянь обиженно надулся:
— Гу-нян, я же о тебе беспокоюсь.
Все принялись поддразнивать его, и в комнате на время воцарилось веселье.
Гуань Юэ нетерпеливо посмотрела на дверь:
— Цзылин, сходи на кухню, спроси, почему так долго?
— Сегодня пятое число, будем есть пельмени, — ответила Цзылин. — Сейчас ещё рано, на кухне, наверное, только начали готовить. Подожди немного, гу-нян.
В комнате стало тепло, и Гуань Юэ начала клевать носом.
Скоро предстоит неприятный разговор, и Вэнь Чжао, видимо, боялся, что она уснёт:
— Фу Эр... что ты думаешь?
— Если отбросить всё остальное, я бы просто наблюдала со стороны, — сказала Гуань Юэ. — Но герцог всё же твой дед, а княгиня Цинпин, хоть и находится в Динчжоу, все эти годы пользовалась преимуществами дома герцога.
— Теперь дед передал тебе приданое матери, сделав тебе огромный подарок, — вздохнул Вэнь Чжао. — Фу Эр хоть и не любим дедом, но если случится беда, его всё равно будут защищать.
— Дом герцога — огромное дерево с глубокими корнями, тронешь ветку — дрогнет весь ствол, — кивнул Се Миньюнь. — Как говорится, вместе в радости и в горе. Если только не случится катастрофа, которую нельзя скрыть, они никогда не пожертвуют частью ради спасения целого. У Фу Эра есть сын и две дочери, а если считать родню его жены, то четыре семьи пользуются благосклонностью дома герцога. Хотя они и не важные персоны, но всё же люди с положением, которых нельзя недооценивать.
— Дед не одобряет поступки второй ветви семьи, но может лишь немного их обуздать, — сказал Вэнь Чжао. — Чтобы вырезать эту опухоль, нужна катастрофа, способная вырвать вторую ветвь с корнем. А это дело... спекуляция армейским зерном — для мелкого дома тяжкое преступление, но дом герцога, пожалуй, и внимания не обратит.
Се Миньюнь усмехнулся:
— Даже если бы это зерно съели солдаты Западного края, но дело не получило огласки, дом герцога всё равно смог бы его защитить.
http://tl.rulate.ru/book/146413/7926345
Готово:
