Глава 168. Завершение разработки Metal Gear
На следующий день после премьеры «Моего соседа Тоторо» Накаяма Такуя уже вернулся на своё поле битвы, сотканное из телефонных проводов, факсовой бумаги и кофеина.
Он потёр виски, пытаясь на время изгнать из мыслей суровое лицо Мамору Осии и горящий взгляд Хидэаки Анно. Все эти метафизические рассуждения об искусстве и самовыражении должны были уступить место более конкретной реальности.
Едва он сел, ассистент бесшумно поставил на его стол чашку дымящегося чёрного кофе и папку с документами.
— Управляющий директор, проект режиссёра Кодзимы завершён.
Рука Накаямы Такуи, тянувшаяся к папке, на мгновение замерла. Затем, в его налитых от бессонных ночей кровью глазах, вновь вспыхнул обжигающий свет.
Отдел разработки игр, недавно сформированная команда Кодзимы.
Хидэо Кодзима сидел рядом с Накаямой Такуей, слегка наклонившись вперёд и крепко сжав руки. На экране человечек под кодовым именем «Солид Снейк» прижимался к стене, осторожно избегая конусообразного поля зрения вражеского солдата.
В углу экрана монотонно сканировал пространство радар, и каждое обновление позиции врага требовало принятия напряжённых тактических решений.
Накаяма Такуя не отрывал взгляда от экрана. Он видел, как в условиях ограниченных технических возможностей Хидэо Кодзима, искусно используя скроллинг, слои и логические триггеры, создал совершенно новый игровой опыт. А вплетённые в геймплей диалоги и система радиосвязи постепенно обогащали персонажей и детали сюжета.
Когда Солид Снейк успешно проник в назначенное место и демонстрация игры закончилась, в комнате повисла недолгая тишина. Хидэо Кодзима с тревогой посмотрел на Накаяму Такую, ожидая окончательного вердикта.
Накаяма Такуя медленно повернул голову и, протянув руку, с силой похлопал Кодзиму по плечу.
— Кодзима-сан, — его голос был спокоен, но в нём чувствовалась неоспоримая весомость, — я не ошибся в тебе. Это именно та игра, которую я ждал. Именно её я хочу показать всему миру как проявление уникальной творческой мощи, принадлежащей нашей Sega.
К концу апреля общественное мнение было практически полностью захвачено консолью PC Engine от NEC. Новинки, вышедшие в конце марта, покорили игроков своими яркими цветами и плавной графикой. Игры Sega в последнее время тоже продавались неплохо, но не вызывали особого ажиотажа и не привлекали много внимания. В репортажах СМИ создавалось впечатление, что компания выдыхается.
Игровая мекка, Акихабара.
На центральной улице, полной людей, самый заметный гигантский рекламный щит за одну ночь был сменён. Утреннее солнце осветило новый постер. На нём не было ни яростных криков, ни разноцветных магических эффектов, ни милых мультяшных героев.
Главной фигурой на изображении был мужчина с решительным лицом и глубоким взглядом. Его черты, словно высеченные из камня, тонули в суровых тенях. Фоном служили запутанные механические конструкции и холодная сталь. Резкие штрихи и текстура, напоминающая тушь, придавали всему изображению гнетущую серьёзность и давящую атмосферу.
Постер, словно молчаливый чужак, выглядел совершенно неуместно среди окружающих его шумных и весёлых мультяшных плакатов, но при этом обладал мощной, неотразимой аурой.
Прохожие останавливались.
— Что это?
— Постер к фильму? Какая компания сняла?
— Нет, внизу логотипы Sega и MD… это игра?
Сначала было недоумение. Затем оно быстро переросло в жгучее любопытство и желание узнать больше. В правом нижнем углу плаката стояла не слишком приметная подпись:
«Ёдзи Синкава».
Это незнакомое имя, вместе с этим уникальным по стилю «произведением», мгновенно стало горячей темой для обсуждения среди игроков и редакторов игровых журналов. Созданная им атмосфера «взрослости, серьёзности и глубины», словно точный магнит, притянула к себе тех зрелых игроков, которые уже успели немного устать от традиционных сказочных историй про «победу над королём демонов».
Буря, разожжённая одним плакатом, только начинала набирать силу. Это был именно тот разогрев, которого хотел Накаяма Такуя. Он хотел, чтобы имя Metal Gear ещё до официального релиза прочно ассоциировалось со словом «неповторимый».
Глядя на отчёты о бурных обсуждениях игроков за окном, Накаяма Такуя мысленно вернулся на несколько месяцев назад.
Тогда проект Metal Gear только-только был запущен, и Хидэо Кодзима ломал голову над художественным стилем игры. Многие из его дизайнерских решений времён Konami использовать было нельзя. Ему нужен был совершенно новый визуальный язык, идеально сочетающийся с темой скрытного проникновения.
— У меня есть один человек. Возможно, тебе стоит взглянуть на его работы.
Накаяма Такуя достал из ящика стола стопку рисунков и протянул их Хидэо Кодзиме.
Это были работы Ёдзи Синкавы, студента художественного факультета Киотского университета Сэйка, которого Такуя нашёл, следуя воспоминаниям из прошлой жизни, — будущего арт-директора серии Metal Gear, дизайнера персонажей, мехов и рекламных материалов.
Хидэо Кодзима лишь раз взглянул на них, и его глаза загорелись. Уникальное понимание света и тени, полные силы линии, холодная атмосфера, в которой люди и машины сливались воедино, — всё это мгновенно поразило его. Он тут же отправился в Киото, чтобы лично пригласить этого молодого человека, ещё учившегося в университете, присоединиться к проекту.
Ёдзи Синкава был типичным отаку, обожавшим аниме, игры и модели, поэтому на приглашение от известной игровой компании он согласился почти без колебаний.
Но за этим последовала проблема: Хидэо Кодзиме приходилось постоянно мотаться между Токио и Киото. Ёдзи Синкава начал чувствовать, что тормозит проект, и даже в порыве чувств хотел бросить учёбу, чтобы полностью посвятить себя работе.
— Не торопись с решением, — остановил его Накаяма Такуя.
Он не стал читать нотаций. Вместо этого он разложил на столе последний эскиз меха, нарисованный Синкавой.
— Смотри, дизайн этой механической руки очень эстетичен, в нём чувствуется мощь, — палец Накаямы Такуи указал на одно из сочленений на чертеже. — Но в реальной механике это соединение было бы слишком хрупким и просто не выдержало бы резких движений, таких как удар или захват.
Его палец скользнул к другому эскизу персонажа.
— Мускулатура спины нарисована очень рельефно, с большим напряжением. Но ты упустил из виду, что при таком повороте корпуса его левая лопатка должна находиться в совершенно другом положении. В твоём рисунке это противоречит логике строения человеческого скелета.
В этих словах не было ни капли критики, но на лбу Ёдзи Синкавы выступил холодный пот. Его необузданное воображение впервые было так точно измерено линейкой под названием «реальность». Он вдруг осознал, что те предметы в университете, которые он считал скучными и нудными, — анатомия человека, основы промышленного дизайна, — были вовсе не бесполезной теорией. Они были тем самым фундаментом, который позволял его фантазиям твёрдо стоять на земле.
Позже Накаяма Такуя даже лично съездил с Синкавой к его научному руководителю в университете, попросив того порекомендовать дополнительную литературу и учебные материалы, выходящие за рамки стандартной программы, и помог ему составить план, позволяющий совмещать учёбу с практикой в проекте.
В конце той встречи Накаяма Такуя посмотрел на этого талантливого, но ещё незрелого молодого человека и серьёзно сказал:
— Синкава-кун, я жду от тебя не просто гениальных рисунков для Metal Gear. Я хочу, чтобы ты стал первым великим мастером, который в будущем поведёт за собой эстетику всей Sega, и даже всей игровой индустрии.
Эти слова, словно гигантский камень, брошенный в озеро души Ёдзи Синкавы, подняли огромные волны и вернули ему веру в то, что он сможет и закончить учёбу в университете, и освоить все дополнительные материалы, предложенные его научным руководителем.
http://tl.rulate.ru/book/146358/8260556
Готово:
