Глава 110. Всемогущая Sony
Душный летний полдень. Тяжёлые тучи низко нависли над Токио, стрекот цикад, казалось, вот-вот разорвёт разреженный воздух, действуя на нервы. В лаборатории электронных разработок штаб-квартиры Sony кондиционер работал идеально, отсекая уличный зной.
Накаяма Такуя только что закончил очередное обсуждение общей сборки и отладки аркадного проекта на LD (LaserDisc). Инженеры Sony были полны энтузиазма по поводу этого проекта, сочетавшего в себе новейшие видеотехнологии, и стол для совещаний был завален различными техническими терминами и графиками. Такуя, хоть и был молод, ничуть не уступал им в понимании технических деталей и на равных общался с инженерами Sony. Его меткие замечания порой заставляли даже местных технарей втайне одобрительно кивать.
К концу совещания атмосфера немного разрядилась. Кэн Кутараги, весьма авторитетный в Sony технический специалист, лично подлил Такуе кофе. Он смотрел на этого молодого человека, который был значительно моложе его, но уже занимал высокий пост управляющего директора в Sega. На его лице читался свойственный инженерам интерес. Профессионализм и хладнокровие, которые Такуя проявил при обсуждении LD-проекта, произвели на него глубокое впечатление.
Он поставил кофейник и, бессознательно постукивая кончиком пальца по ручке чашки, кажется, подбирал слова.
— Господин управляющий Накаяма.
Такуя, не отрываясь от работы по отладке, ответил:
— В чём дело?
Кэн Кутараги слегка наклонился вперёд:
— В последнее время в игровом мире прямо-таки буря. Этот PC Engine от Hudson и NEC наделал столько шума, что чуть всю Акихабару не перевернул. А реакция Nintendo, старика-президента Ямаути, была просто молниеносной. Говорят, многие производители теперь боятся и пикнуть.
Он сделал паузу, его острый взгляд впился в Такую, словно пытаясь что-то разглядеть за его спокойным выражением.
— И только вы, Sega, в такое время на удивление тихи. Новые аркадные игры выходят одна за другой, качество, спору нет, на высоте, но рынок домашних консолей... как будто вас это вообще не касается.
Кэн Кутараги поднял свою чашку, сделал глоток. В его взгляде читалось неприкрытое любопытство и даже некоторая отстранённая оценка наблюдателя.
— Серьёзно, господин управляющий, у вас в Sega... неужели совсем нет никаких мыслей по поводу этой новой консольной войны? Или же у вас есть какие-то планы, о которых мы не знаем?
Эта серия вопросов, хоть и прозвучала как праздная болтовня, на самом деле была неприкрытым зондированием. Воздух в комнате, казалось, на мгновение застыл.
Такуя, услышав это, всё понял. Он отвернулся от отладочных работ, на его лице появилась беззаботная улыбка, и он тихо рассмеялся.
— Кутараги-сан, да аркадный рынок — это же золотое дно!
Он подошёл и сел рядом с Кутараги, расслабленно откинувшись на спинку дивана.
— Смотрите, у владельцев аркадных залов нет никакой привязанности к производителям.
— Если игра хорошая и приносит деньги, они с большим энтузиазмом её закупают.
— Наш аркадный бизнес в Sega всегда был на первом месте. Репутация и каналы сбыта — твёрдые, как скала.
Он сделал паузу, отпил глоток кофе и продолжил:
— Не то что на рынке домашних консолей, где ещё неизвестно, примут ли игроки твой продукт, заплатят ли за него.
— Зачем нам так просто отказываться от такой стабильной дойной коровы и бросаться в этот алый океан, чтобы до крови биться с ними?
Такуя говорил легко и непринуждённо, но в душе думал: «Внутренние фракции, связанные с аркадным бизнесом, в Sega слишком сильны. Особенно после провала SG-1000 на рынке домашних консолей, позиции этих ветеранов стали ещё крепче, их слово имеет огромный вес. Если бы не тот факт, что техническая платформа новой домашней консоли является продолжением новой аркадной платформы System 16, что гарантирует лёгкое и быстрое портирование множества аркадных игр, кто знает, сколько бы было внутреннего сопротивления и сомнений».
Кэн Кутараги пристально смотрел на Такую. Видя, что тот полон уверенности в своём аркадном бизнесе и, кажется, действительно пока не думает о домашних консолях, в его глубоких глазах промелькнула мысль.
Он кивнул и, больше не расспрашивая, вернул разговор к их совместному проекту.
— Господин управляющий, взгляните.
Кэн Кутараги указал на стоявший неподалёку, уже обретший форму, прототип LD-аркадного автомата. Его металлический корпус холодно блестел в свете ламп.
— Наша аппаратная часть почти готова, основная система собрана.
— А когда мы увидим готовый контент от вас, от Sega? Особенно — ключевую интерактивную видео-часть? — в его тоне слышалась озабоченность ходом проекта.
Такуя развёл руками, на его лице появилось идеально выверенное выражение беспомощности и ожидания.
— Так я же всё жду хороших новостей от вашей Sony Music, — с усмешкой сказал он. — Я ведь особо упоминал, что мне нужны самые горячие хиты или те песни, которые Sony собирается мощно раскручивать.
— И ещё, я особо подчёркивал, — первоклассный хореограф. Где он?
Услышав это, на лице Кутараги появилась нескрываемая самодовольная улыбка. Было очевидно, что он к этому подготовился и был уверен в себе.
— Не беспокойтесь, господин управляющий. Сегодня как раз и будет приёмка товара.
Кэн Кутараги повернулся и сделал приглашающий жест в сторону стоявшего позади него мужчины — смуглого, поджарого.
— Это господин Лавелл Смит-младший.
Он сделал небольшую паузу, наблюдая за реакцией Такуи, и только потом продолжил:
— Он — главный хореограф для заглавной песни эпохального альбома Майкла Джексона «Bad», который выходит в этом году.
Голос Кутараги стал громче, каждое слово звучало весомо, в тоне слышалась нескрываемая гордость и предвкушение.
— И более того, мастер-ленту с заглавной песней «Bad» мы в Sony Music уже получили, только что закончили. — Он намеренно замедлил речь, произнося по слогам. — Сегодня вы сможете первыми её услышать!
Наконец, он слегка развёл руки, словно демонстрируя бесценное сокровище:
— Этого достаточно, чтобы доказать искренность и мощь нашей Sony, не так ли?
Майкл Джексон!
«Bad»!
Мастер-лента!
Лично хореограф!
Глаза Такуи на мгновение дрогнули. «Кто в прошлой жизни не знал Майкла Джексона, Короля поп-музыки! Надо признать, размах у Sony просто невероятный, всемогущий».
Такуя, подавив внутренний восторг, подошёл и крепко, обеими руками, пожал руку Лавелла Смита-младшего. Он сжал её с такой силой, что этот крепко сложенный темнокожий танцор даже слегка приподнял бровь.
— Мистер Смит, наслышан о вас! Для меня огромная честь сотрудничать с вами! — Такуя с трудом сдерживал волнение в голосе и начал общаться со Смитом.
После рукопожатия Такуя, почти не в силах ждать, даже забыв о любезностях, тут же увлёк Смита в бурное обсуждение на английском языке концепции танцевальной части LD-игры. В конце концов, в прошлой жизни он был китайцем, и его «чинглиш», не испорченный японским акцентом, Смит вполне мог понять без переводчика. Он, сдерживая темп, подробно объяснял Смиту требования к дизайну танцев, а также связь между игрой и самим танцем и некоторые интерактивные функции.
Смит, очевидно, был профессионалом. Поначалу он был несколько удивлён идеей сочетания игры и танца, но быстро уловил суть требований Такуи. Он даже не сел, а лишь обменялся парой фраз с ассистентом, включил на портативном магнитофоне короткий ритмичный отрывок и начал импровизировать. Несколько движений — и в них уже угадывался божественный дух «Bad». Такуя то и дело кивал, его глаза горели ещё ярче.
В перерыве между обсуждениями Такуя вдруг хлопнул себя по бедру и повернулся к Кутараги.
— Кутараги-сан, костюмы!
— Костюмы и реквизит тоже должны быть на уровне! — сказал он так, будто только что вспомнил. — Лучше всего полностью воссоздать тот самый классический образ Майкла Джексона из клипа «Bad» — кожаная куртка, металлические пряжки, молнии, и даже его привычный жест — всё должно быть идеально!
— Ни одной детали нельзя упустить! Только так мы сможем достичь наилучшего аудиовизуального эффекта и погружения! Когда «Bad» завоюет весь мир, наша игра станет самой яркой сценой в аркадных залах.
http://tl.rulate.ru/book/146358/8135653
Готово:
