Цзи Юньчань не раз думала о встрече с Янь Хэном.
Она представляла, как он, вернув себе былое положение, будет допрашивать её, спрашивая, почему она была так жестока.
Она представляла, как они встретятся на улице, оба в бедственном положении, и она искупит свою вину перед ним.
Но она никак не могла представить, что всё произойдёт именно так.
В самый тяжёлый и унизительный момент её жизни он смотрел на неё свысока, словно на мох, пробивающийся между камнями.
Он не произнёс ни слова.
Лицо Цзи Юньчань побледнело, и в её сердце поселилось отчаяние.
Это было почти смешное противостояние.
Янь Хэн прекрасно знал, что человек, стоящий перед ним на коленях, мастерски владеет этим искусством, но у него самого не было терпения для таких игр.
Он сжал в руке кнут и, подняв его, приподнял подбородок Цзи Юньчань.
Неожиданно она встретилась взглядом с холодными глазами Янь Хэна.
Снег падал на его чёрную мантию, точно так же, как в тот день, когда он вручил ей ветку сливы. Но теперь он выглядел ещё более опасным и решительным.
В его знакомых, красивых глазах не осталось и следа былой нежности, только безудержный взгляд.
Это было возмездие?
Цзи Юньчань не могла сдержать дрожь.
Почувствовав её трепет, Янь Хэн наконец снизошёл и отпустил её.
Его голос был холоден и насмешлив, когда он произнёс первые слова после их встречи:
— Цзи Юньчань, давно не виделись.
Её чёрные зрачки мгновенно расширились.
На её длинных ресницах застыл снег, который, дрожа, быстро растаял от тепла её тела, оставив глаза влажными.
Она открыла рот, но в горле пересохло, и она не смогла произнести ни слова.
Вокруг царила лишь тишина, нарушаемая шелестом падающего снега.
Чжичжоу Ван Юань наблюдал за этой сценой.
Он видел, как обычно равнодушный господин теперь был настойчив, а только что покорённая, ещё не испытанная красавица согнулась, словно пытаясь скрыться.
Очевидно, они были старыми знакомыми.
Или заклятыми врагами, или бывшими возлюбленными.
Но кто они друг другу, Ван Юань не мог понять.
В любом случае, этой красавицей ему не суждено было насладиться.
С сожалением он стиснул зубы и бросил злобный взгляд на Лю Гуаньши.
Лю Гуаньши опустил голову, и холодный пот выступил на его лбу.
Ветка сливы, не выдержав тяжести, наклонилась и закачалась.
Снег, упавший с неё, разлетелся вокруг, осыпав голову Цзи Юньчань.
Янь Хэн продолжал смотреть на неё, изучая её.
— Прошло столько лет, а вы, кажется, забыли о прошлом, госпожа Цзи.
Его холодный голос был ещё суровее, чем ночной ветер, и в нём не было и намёка на насмешку.
Сказав это, он, казалось, потерял интерес и снова поднял глаза, обращаясь к Ван Юаню:
— Господин Ван, пойдём.
Он говорил так, словно имел дело с кем-то случайно встреченным, с опавшим листом.
Безразличие, без любви или ненависти.
Янь Хэн даже не стал бы специально наступать на такой лист.
Цзи Юньчань едва выдерживала это равнодушие.
Она поспешно опустила голову и, с трудом выдавив из себя голос, произнесла его имя:
— Янь Хэн...
Её слабый голос растворился в ветре, не оставив следа.
Сапоги уже повернулись, и чёрный край его одежды, развеваемый ветром, мелькнул перед глазами Цзи Юньчань.
— Юаньюань, возьмись за мой рукав.
Иней на ветвях ивы, сверкающее ночное небо, грохот фейерверков... Его глаза, полные смеха, сияли, а низкий, бархатистый голос звучал с ноткой беспомощности:
— Пожалуйста, сделай это для меня.
— Если я на тебя разозлюсь, ты должна взяться за мой рукав.
Сердце Цзи Юньчань сжалось.
Но... теперь он уже не будет злиться на неё.
Даже если она изо всех сил схватится за этот рукав, она станет лишь помехой, вызывающей его раздражение.
Цзи Юньчань не была уверена, что сможет вынести такое выражение его лица.
Поэтому она собрала все свои силы, чтобы удержаться от желания схватиться за край его одежды.
Ван Юань, предполагавший, что между ними были близкие отношения, замешкался. Он не ожидал, что Янь Хэн так быстро потеряет интерес, и хотел продолжить испытывать его:
— Вся эта красота в саду...
Но Янь Хэн прервал его:
— Не нужно, давайте начнём.
Ван Юань пришлось смириться.
— Пожалуйста.
Он сделал приглашающий жест и повёл Янь Хэна в главный зал.
Цзи Юньчань оставалась на коленях, пристально глядя на удаляющуюся фигуру Янь Хэна.
Он по-прежнему был статен, даже в толпе он выделялся. Суровые условия границы не сломили его, а сделали ещё более заметным, добавив ему решительности полководца.
Она всегда знала это, с грустью думала Цзи Юньчань. То, что ей удавалось с трудом, Янь Хэн делал с лёгкостью.
По сравнению с её прошлым, Янь Хэн должен был быть тем, кто прославился.
Он захватил двенадцать городов и стал легендой в одном сражении. Это было то, чего он заслуживал.
А она, предавшая его и ударившая, когда он был в беде, стала его единственным пятном.
В главном зале царило веселье.
В зале было тепло от печи, и слуги подавали изысканные блюда. Лёгкая музыка, танцы, изысканные вина и угощения создавали приятную атмосферу.
Янь Хэн сидел во главе стола, принимая поздравления чиновников, отвечая на них двумя словами, но не улыбаясь, сохраняя своё обычное невыразительное выражение лица.
В разгар веселья Ван Юань, сидевший на втором месте, украдкой наблюдал за выражением лица этого грозного воина и, подумав, поманил к себе доверенного слугу.
Его веки, покрытые морщинами, подёрнулись в свете ламп, и он тихо приказал:
— Приведи ту, что стоит на коленях во дворе, чтобы она обслуживала гостей.
Слуга поклонился и ушёл. Ван Юань поднял тяжёлые веки, взглянул на Янь Хэна, сидящего во главе стола, и затем опустил взгляд, издав удовлетворённое "хм". Он покачал головой и взял палочки, чтобы положить себе кусочек жирного жареного гуся.
Янь Хэн был рассеян.
http://tl.rulate.ru/book/145721/7777336
Готово:
