Он слегка наклонил голову, и густые черные волосы, подобно облаку, рассыпались по его прозрачно-бледным плечам, делая его то ли коварным соблазнителем, то ли невинным ребенком.
— Как раз сегодня я совершил ошибку...
В его ослепительно прекрасных глазах мелькнула подавленная эмоция, и юноша слегка прикусил губу.
Что ж, стоит попробовать.
Он знал, что та девушка любит другого.
Попробуем — и узнаем.
Кто важнее в ее сердце — он или Емисинь. Он почти не надеялся, казалось, даже приготовился быть отвергнутым. Но...
Попробуем.
На этот раз он будет настоящим негодяем.
И тогда — либо любовь, либо конец.
Емисинь нахмурился, глядя на юношу, не понимая его слов, но при виде этого потрясающе красивого лица инстинктивно захотел уйти.
"Потрясающе" — не самое подходящее слово для описания внешности, но красота этого юноши требовала именно таких эпитетов.
Он не испытывал зависти, но и симпатии тоже.
Нахмурившись, он повернулся, чтобы уйти, мысленно ругая себя за то, что не взял слуг, но в следующее мгновение ощутил, как кто-то схватил его за запястье.
Емисинь вздрогнул.
Он обернулся и увидел, как ослепительно красивый юноша слегка морщится, словно испытывая отвращение от прикосновения, поднимает на него взгляд и прищуривается.
Емисинь инстинктивно отдернул руку.
Юноша позволил ему это сделать, в его прекрасных глазах мелькнул темный огонек, а затем он усмехнулся.
Невероятно красивая улыбка.
Он откинулся назад, и его роскошные черные волосы развевались на ветру, обрамляя ослепительную улыбку, столь яркую, что на нее почти невозможно было смотреть, словно дух-искуситель.
Емисинь не успел понять, что происходит, как они оба оказались в воде.
А в следующее мгновение в воду прыгнул еще кто-то.
Юноша медленно погружался в воду, и легкая грусть и разочарование едва успели коснуться его сердца, как он увидел приближающуюся фигуру — его руку схватили.
Они всплыли.
Цыцзин медленно моргнул, глядя на близкое лицо девушки с яркими чертами. Она подняла его подбородок пальцем:
— Ты что, дурак? — в ее голосе звучали и злость, и насмешка.
Юноша снова медленно моргнул, капли воды скатились с его длинных ресниц, стекая по бледным щекам и исчезая в складках белоснежной одежды.
Он вдруг протянул руку, его тонкие пальцы ухватились за край ее одежды с почти детской настойчивостью.
— Ты... спасла меня. Да? — он был готов к другому.
Если бы они оба упали в воду, она бы спасла того, кто ей дорог. Он лишь хотел раз и навсегда развеять свои иллюзии, но неожиданно...
Она спасла его.
Неважно почему.
Теперь он не отпустит. Ни за что.
Его бледные пальцы крепко сжимали край ее одежды, а в голове еще царила путаница, когда он услышал тихий вопрос третьей принцессы:
— Умеешь плавать?
Не успев подумать, он кивнул, но тут же опомнился и, боясь, что она отпустит его, чтобы спасти того другого, сжал ткань еще крепче.
Принцесса вдруг рассмеялась, с одобрением прошептав:
— Молодец.
Так и есть — будущая жена. Она-то знала: Фэнцин не из тех, кого можно так просто столкнуть в воду. Видимо, это было намеренно. Отлично. Насколько ей известно, Емисинь плавать не умеет...
Утонуть не утонет, но помучается.
Выбравшись на берег, Юйчу оглянулась на Цыцзина: его белоснежная одежда промокла насквозь, воротник приоткрывал ключицы, черные волосы рассыпались, создавая образ неземной красоты. Его глубокие черные глаза молча смотрели на нее, тонкие губы сжаты.
Из воды все еще доносились крики Емисиня. Юйчу подняла брошенный перед прыжком плащ:
— На.
В их мире честь мужчины значила многое, а его нынешний вид мог вызвать кровотечение у случайных зрителей...
Лучше уж любоваться самой...
Юйчу смотрела на него с "чистым" взглядом.
Юноша замешкался, сжал губы, на его бледных от воды щеках появились едва заметные ямочки.
Он взял плащ, в его глазах мелькнула тень, он взглянул на озеро:
— Дянься, а Лангунь Емисинь...
— Не беспокойся, — третья принцесса махнула рукой, улыбаясь. — Его кто-нибудь спасет.
Слово "кто-нибудь" явно обрадовало юношу, его обычно холодное выражение смягчилось, глаза сузились, а красивые губы слегка приподнялись.
— Пойдем. — Третья принцесса взяла его за руку, бросила последний взгляд на озеро и повернулась.
Юноша опустил глаза, покорно позволив вести себя, под сдержанной холодностью прямая покрасневшие уши.
Приведя его в свою комнату и закрыв дверь, Юйчу встретилась с его взглядом и только тогда осознала, что натворила — так запросто привела его к себе и заперлась...
Теперь выпускать его было неловко, она неуверенно рассмеялась:
— Ну, в таком виде тебе не стоит показываться на людях... Может, переоденешься здесь...
Черт, как же это звучит двусмысленно.
Юноша медленно моргнул, не отвечая.
Юйчу поспешила пояснить:
— Видишь ли, если ты пойдешь по двору мокрый, люди начнут сплетничать. Переоденься у меня, я велю принести тебе одежду. В конце концов... — она горько усмехнулась. — С моей репутацией все решат, что я просто "испортила" очередного слугу. Никто и не подумает, что это ты.
Это же чистая забота, верно?
Едва она закончила, как заметила, что юноша замер, его взгляд застыл на ее лице.
Юйчу поспешно улыбнулась, стараясь показать, что действует исключительно из добрых побуждений, без скрытых мотивов.
Но тот лишь сжал губы, отвел взгляд и слегка прикусил свою прекрасную нижнюю губу, не выражая никаких эмоций.
...
Это явно не было благодарностью.
Юйчу не понимала, чем снова его разозлила, и вышла, чтобы попросить одежду.
Юноша молча переоделся в соседней комнате и вышел, увидев третью принцессу за столом: на развернутом свитке она медленно выводила что-то кистью.
Он подошел и взглянул.
...Эти иероглифы были ужасны.
http://tl.rulate.ru/book/145376/7765640
Userkod1278 (переводчик/заложение основ)
11 октября 2025 в 14:59
0
Готово:
