Парень с коробкой пиццы вошел в дверь, поставил коробку на стол и снова взял свой ноутбук.
Его пальцы, бледные и изящные, замерли над клавиатурой, когда он внезапно вспомнил глаза той девушки.
Она застыла, увидев его лицо — таких он встречал много, но никого не запомнил.
Опустив веки, он спокойно продолжил печатать, его красивое лицо оставалось бесстрастным.
...
Танмо пришел днем.
Едва Юйчу открыла дверь, он уже стоял на пороге, нетерпеливо протягивая руку:
— Дай пятьсот.
Девушка приподняла бровь, разглядывая парня.
Танмо был хорош собой — восемнадцатилетний юноша с юношеской, еще нежной красотой. Но выражение его лица было свирепым, и он смотрел на сестру с явным раздражением.
Однако в этот раз девушка не огрызнулась, как обычно, а мягко улыбнулась:
— Амо пришел. Ты весь вспотел, заходи отдохнуть.
Танмо замер.
На тот момент оригинальная героиня еще не говорила с Линьсиньсинь, и та не успела пожаловаться на нее.
Так что сейчас Танмо был просто бунтарем, но еще не питал к сестре ненависть.
Раньше, когда она вела себя холодно, он отвечал ей тем же.
Но теперь, столкнувшись с ее мягкостью, парень не смог сохранить свирепость. Он нахмурился, но все же буркнул:
— Какой отдых? Не хочу. Давай деньги быстрее.
Девушка снова улыбнулась:
— Заходи, я поищу.
Танмо колебался, но в конце концов нехотя переступил порог.
Оригинальная героиня экономила на кондиционере, но Юйчу — нет. Холодный воздух обволок тело парня, и его выражение сразу смягчилось.
Девушка налила ему воды, и он жадно выпил ее, после чего снова заворчал:
— Ну давай же.
... Несносный ребенок.
Про себя Юйчу закатила глаза, но без лишних слов пошла в спальню и принесла пятьсот.
Танмо рассеянно озирался по сторонам, пока его взгляд не упал на экран ноутбука. Он нахмурился:
— Ты тоже играешь?
Юйчу специально оставила его на виду и кивнула:
— Услышала, что ты увлекся, вот и скачала.
Танмо тут же усмехнулся:
— Что, следишь за мной? Танчу, я всего лишь ухаживаю за девушкой, это же не ранние отношения! Раз уж ты ее соседка, могла бы и помочь, а не стоять у меня на пути!
Юйчу мысленно обратилась к системе:
— Дай мне актерского мастерства.
— Держи, — ответила система.
И когда Танмо закончил свою тираду с холодной усмешкой, девушка сделала растерянное лицо, а затем рассмеялась:
— О чем ты? С чего бы мне следить за тобой?
Увидев его замешательство, она добавила:
— Амо, я тоже считаю, что Синьсинь — хорошая девушка. Откуда ты знаешь, что я не хвалила тебя перед ней?
С такими бунтарями нельзя действовать в лоб. Они ненавидят нравоучения, и даже самые красивые слова будут бесполезны.
Чтобы до них достучаться, нужно сначала стать «своим».
Только когда сорванец почувствует, что ты на его стороне, он начнет прислушиваться.
И потому Юйчу выглядела абсолютно искренней.
Танмо и правда колебался. В его возрасте верилось легко, и вскоре он неуверенно спросил:
— Ты... правда говорила ей обо мне?
Девушка уверенно кивнула:
— Конечно. Не волнуйся, я помогу тебе с Синьсинь.
Танмо остолбенел:
— П-правда?
— Зачем мне врать? — Она протянула деньги. — Вот твои пятьсот. Хватит?
Парень уставился на купюры, потом кивнул:
— Хватит.
— Тогда держи. — Юйчу вложила деньги ему в руку и ласково улыбнулась. — Ты голоден? Наверное, еще не ел — я приготовлю тебе лапшу.
Не дожидаясь ответа, она направилась на кухню, оставив Танмо одного.
Арендованная квартирка была крошечной: одна спальня, кухня, санузел и балкончик. Район — не лучший, за окном — железная дорога с постоянным шумом.
Зато дешево.
Пока она не уволится с работы курьера, придется мириться с этим.
Вскоре она приготовила две порции яичной лапши. Блюдо выглядело простым, но пахло на удивление аппетитно.
Танмо, давно проголодавшийся, взял палочки и откусил. В его глазах мелькнуло удивление.
Юйчу невозмутимо ела свою порцию.
Готовить она умела. В те времена, когда Фэнцин был постоянно занят, а она слонялась между плоскостями, то научилась многому.
Кулинария — одно из этого.
Танмо быстро доел лапшу и отставил тарелку. Девушка снова улыбнулась:
— Амо, может, останешься сегодня? Здесь прохладно.
Парень уже собрался отказаться, но она добавила:
— Заодно поговим о Синьсинь.
Танмо проглотил возражение и неохотно пробормотал:
— Ладно.
На лице — нежелание, но он уже растянулся на диване, удобно устроившись.
Юйчу: [...]
Она помыла посуду и вернулась. Танмо нетерпеливо поманил ее:
— Давай уже.
Девушка усмехнулась, села рядом и серьезно сказала:
— Амо, Синьсинь нравятся скромные парни. Ты знаешь, что она тоже играет? Недавно она нашла себе наставника.
Танмо этого не знал.
Потому что Лихаожуй согласился взять ученицу лишь из-за проигранного спора — просто ткнул в первого попавшегося.
Он еще не увлекся Линьсиньсинь, так что не позволял ей афишировать звание «ученицы Одинокого листа».
http://tl.rulate.ru/book/145376/7765548
Userkod1278 (переводчик/заложение основ)
11 октября 2025 в 10:56
0
Готово:
