Готовый перевод Report to the Empress, the Tyrant Has Mind-Reading Powers / Доложите императрице: У тирана есть способность к чтению мыслей: Глава 53. Вздор! Между мной и Тираном ничего не было

На следующий день, ещё до рассвета, Чжу Ухуань услышала, как рядом кто-то встаёт.

Она сонно повернула голову и посмотрела.

После того как она приняла ванну, остаток ночи они с Фэн Чанъе провели в гармонии. На огромной трёхметровой кровати каждый занял свою половину, спал под своим одеялом, и никто никому не мешал.

Поскольку больше конфликтов не возникало, Чжу Ухуань смотрела на него довольно благосклонно.

Она зевнула.

– Ваше Величество, не поспите ещё немного? На улице ещё темно.

Фэн Чанъе одевался.

Услышав её голос, он обернулся и посмотрел на неё.

Раньше, когда он спал один, он не обращал на это внимания. К тому времени, как он просыпался, все служившие ему евнухи и служанки уже были на ногах. Все вставали рано вместе с ним, и он совсем не считал ранний подъём мучением.

Но сейчас…

Видя эту женщину, уютно лежащую в постели, сонно щурящуюся на него, словно после этого вежливого вопроса она, как только он уйдёт, сможет снова зарыться в одеяло и сладко проспать ещё пару часов…

Внезапно стало так обидно.

Почему он, правитель Поднебесной, так усердно трудится, а его императрица не разделяет с ним ни горе, ни радости?

Он усмехнулся, откинул полог и протянул руку, чтобы сорвать с неё одеяло и заставить её тоже встать и сидеть рядом.

Однако, по мере того как он медленно приближался к краю кровати и наклонялся к ней, он заметил, что она, не до конца проснувшаяся, словно лишилась всякой сообразительности и совершенно не реагировала на его действия.

Она не проявляла никакой настороженности к его приближению, её прекрасные глаза по мере его приближения понемногу расширялись, становясь круглыми, и в них отражалось лишь недоумение и замешательство.

Словно только что проснувшийся котёнок, когда хозяин подходит к нему, его зрачки медленно расширяются, и в них переливается свет…

Очень мило и красиво.

– Ваше Величество?

Она всё так же смотрела на него этим растерянным взглядом, её длинные ресницы слегка дрогнули.

Фэн Чанъе молча рассматривал её в таком состоянии несколько секунд и внезапно смягчился.

Он очень естественно перенёс руку, уже протянутую, чтобы сорвать с неё одеяло, к её лицу и легонько ущипнул.

– Ничего, спи.

Ущипнув её, он убрал руку, выпрямился и продолжил одеваться.

Словно в его наклоне не было ни капли дурных намерений.

Одевшись, он ушёл, стараясь открывать и закрывать дверь как можно тише.

Чжу Ухуань очень хотелось спать, и, увидев, что он ушёл, она закрыла глаза и снова заснула.

Сейчас ещё даже не рассвело, наверное, только четыре с лишним.

В своей прошлой жизни, когда у неё не было занятий или подработки, она спала до девяти утра и просыпалась сама.

В полудрёме ей показалось, что она слышит, как Фэн Чанъе приглушённым голосом на кого-то сердится снаружи.

Но почему-то гнев быстро утих, он тихо отдал какие-то распоряжения и ушёл.

Во дворце и снаружи воцарилась тишина.

Через полчаса.

Когда небо начало светлеть, Суцю тихо вошла в комнату, откинула полог и осторожно разбудила Чжу Ухуань.

Чжу Ухуань открыла глаза и посмотрела на неё, всем своим видом выражая желание проспать ещё пятьсот лет.

– Госпожа, вам пора вставать. Скоро Ваше Величество вернётся с утреннего приёма, и вам нужно будет вести наложниц во дворец Долголетия и Благополучия, чтобы приветствовать вдовствующую императрицу.

– …

При одном упоминании о приветствиях у Чжу Ухуань разболелась голова.

Когда она смотрела сериалы, ей больше всего нравились сцены, где наложницы приветствовали императрицу!

Потому что там обязательно были ссоры!

Обязательно были эффектные отпоры!

Смотреть на это было захватывающе, и хотелось кричать от восторга.

Но когда ей самой пришлось участвовать в этом, никакого восторга она не испытывала.

Потому что все явные и тайные интриги наложниц будут направлены против неё.

Она боялась, что не справится.

– Госпожа?

Видя, что хозяйка лежит и не хочет двигаться, Суцю с сочувствием сказала:

– Госпожа, прошлой ночью вы впервые удостоились милости, а Ваше Величество был так нежен с вами. Вы, должно быть, очень устали?

– …А?

Сонливость Чжу Ухуань, как только она поняла смысл слов Суцю, мгновенно улетучилась!

Что значит "впервые удостоилась милости", и Ваше Величество был так "нежен" с ней?

Что за непристойные речи!

Она тут же вскочила с кровати, повернулась к Суцю и с потрясённым лицом спросила:

– Кто сказал, что я и Ваше Величество прошлой ночью… кто это сказал?

Суцю моргнула.

– Все так говорят, и Ваше Величество тоже это подтвердил. Госпожа, вы…

Не успела Суцю договорить, как увидела, что её госпожа быстро закатала рукав, обнажив белоснежное предплечье, на котором алела киноварная точка целомудрия, заставив её проглотить оставшиеся слова.

Она ошеломлённо уставилась на киноварную точку госпожи.

– Как… как такое может быть?

Чжу Ухуань взглянула на неё.

"А я-то хотела спросить, как вы можете нести такой вздор", – подумала она.

"Ты говоришь, что даже тот тиран всё подтвердил, я уж испугалась, что, пока я спала, он подсыпал мне какое-то зелье, а потом переспал со мной!".

Потрогав киноварную точку, Чжу Ухуань осталась довольна.

Хорошо, что не переспал.

Чжу Ухуань успокоилась, но Суцю теперь запаниковала!

Она от волнения даже заикаться начала.

– Госпожа, вы прошлой ночью не… не совершили с Его Величеством супружеский обряд… т-т-тогда что теперь делать? О том, что вы удостоились милости императора, теперь по всему заднему дворцу слухи ходят!

Она с тревогой посмотрела на неё.

– А у вас киноварная точка на месте. Если другие наложницы узнают, не станут ли они тайно насмехаться над вами, мол, вы так отчаянно хотите милости императора, что уже прибегаете к таким грязным трюкам и распускаете слухи…

Чжу Ухуань нахмурилась.

Она спросила Суцю:

– Ещё только рассвело, как эта новость успела разнестись по всему заднему дворцу?

Суцю украдкой взглянула на неё, опустила голову и осторожно ответила:

– Придворный летописец вчера вечером узнал, что Ваше Величество оказал вам милость, и посреди ночи встал, чтобы записать это важное событие в придворном журнале. А как только дворцовые ворота открылись, он в восторге побежал в исторический архив, чтобы зарегистрировать запись…

Она сглотнула.

– А потом молодой евнух, служивший у входа в архив, с которым он дружит, узнал об этом от него и… и… и разболтал по всему заднему дворцу.

У Чжу Ухуань тут же разболелась голова!

Этот проклятый придворный летописец!

Она стиснула зубы.

– Он что, записывая всё это, не должен сначала показывать императору?

Суцю тихо сказала:

– Нет, не должен… По словам евнуха Юаня, наш император – человек широкой души, не обращает внимания на мелочи и никогда не запрещает летописцу ничего записывать. Проверяет записи он всего раз или два в год…

У Чжу Ухуань от злости перехватило дыхание!

Этот тиран!

Там, где надо быть внимательным, он не обращает внимания, а где не надо – придирается к мелочам!

Как можно не придавать значения таким вещам? Он что, не понимает, что репутация императора часто страдает из-за "правды", записанной этими придворными летописцами!

– Но сегодня утром Ваше Величество вёл себя странно.

Суцю снова заговорила о сегодняшнем утре.

– Когда Ваше Величество уже собирался покинуть дворцовые ворота, он вдруг вернулся и подозвал летописца, велев показать ему придворный журнал.

– Прочитав его, он в гневе обозвал летописца дерзким, но через мгновение его гнев утих.

– Он бросил журнал летописцу и велел ему попозже показать его вам, госпожа, а затем ушёл.

http://tl.rulate.ru/book/145076/7725850