× Ура! Первый день лета К обсуждению

Готовый перевод After Escaping Famine, the Three-Year-Old Fubao Became Everyone’s Treasure / После бегства от голода трёхлетнюю Фубао все начали обожать: К. Часть 541

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Е Цзюаньэр поспешно остановила её:

— Ай, зачем им? Они уже подмастерья, не дети же!

— Пока не женятся, все считаются детьми, всем положены деньги на счастье! — возразила Е Лаотайтай. — К тому же, это подарок детям, не мешай.

Е Цзюаньэр, сдерживая руку Е Лаотайтай, подмигнула сыновьям.

Е Сяньсинь и Е Сяньлэй замахали руками, отказываясь.

Но против многочисленной семьи Е им было не устоять, и вскоре кошельки оказались в руках Е Сяньсиня и Е Сяньлэя.

— Старая невестка, ну что ты... — К счастью, Е Цзюаньэр подготовилась заранее: в семье Е много детей, и она уже приготовила шесть кошельков с деньгами на счастье.

Е Сяньсинь почувствовал, что кошелёк от Е Лаотайтай был лёгким, и в нём зашевелилось недовольство.

У них всего двое детей, а у семьи Е — шестеро. Это же совсем несправедливо.

Кошелёк от семьи Е выглядел красиво, но люди оказались жадными: монет внутри похоже было меньше, чем положила его мать.

С такими мыслями Е Сяньсинь слегка помрачнел и уже мечтал поскорее закончить поздравления и уйти.

Но Е Сяньлэй ничуть не расстроился, а напротив, сразу подошёл к Чжан Тянь, которая расчёсывала шерсть Сяо Е, и с улыбкой сказал:

— Чжан Тянь, с Новым годом!

— Дядя, с Новым годом! — громко ответила Чжан Тянь, не переставая при этом расчёсывать Сяо Е.

Сяо Е удобно устроился у её ног, лениво подставляя живот, выглядело это совершенно безобидно.

Но Е Сяньлэй знал, что только Чжан Тянь могла так свободно мять пушистые уши и мягкий живот Сяо Е, для остальных это было невозможно.

Он присел рядом и заговорил с Чжан Тянь.

Е Сяньсинь думал, что после поздравлений можно будет уйти, но его младший брат отправился смотреть, как расчёсывают собаку, а родители и вовсе зашли в дом и уселись на кане для беседы.

Ему ничего не оставалось, как последовать за ними.

Войдя в дом, Е Цзюаньэр и Лю Цюань положили подарки на стол.

Увидев, что они принесли и сладости, и ткани, Е Лаотайтай с упрёком сказала:

— Невестка, что это ты? Зачем столько принесла? Это же слишком!

Но Е Цзюаньэр ответила:

— Старая невестка, не говоря уже о прочем, одно только то, что вы помогли Сян Лэю устроиться в подмастерья, уже вызывает у меня безмерную благодарность. Эти подарки — сущая мелочь, они даже не могут выразить моих чувств.

— Невестка, что ты говоришь, мы же родня, какая тут благодарность.

Слушая, как Е Лаотайтай и Е Цзюаньэр обмениваются этими бессмысленными любезностями, Е Сяньсинь не выдержал и встал.

Взгляды всех в комнате тут же устремились на него.

Е Цзюаньэр с недоумением посмотрела на сына:

— Что с тобой?

— ... — Е Сяньсинь запнулся. Что он мог сказать? Что завидует младшему брату, который стал подмастерьем в столице, и потому ему не по себе?

Но он быстро нашёл отговорку:

— Мама, в комнате слишком жарко, я пойду посмотрю, чем занимаются Сяньлэй и остальные!

Е Цзюаньэр рассмеялась:

— Ну конечно, у тётушки дома теплее, чем у нас.

Е Лаотайтай поспешно добавила:

— Я уже старая, мёрзну, вот они и таскают дрова, топят печь. Молодые ведь горячие, вам, конечно, жарко!

Е Цзюаньэр кивнула:

— Ну иди, поиграй с Сяньлэем, мы ещё немного поболтаем и пойдём.

Е Сяньсинь просто искал предлог, и играть с кучей малышей ему было куда менее интересно, чем сидеть в комнате.

Но теперь отступать было некуда, и Е Сяньсинь вышел за дверь.

Он огляделся: во дворе семьи Е почти ничего не было, он казался просторным и чистым, только под деревом посередине стояли два снеговика.

Е Сяньлэй сидел с Чжан Тянь у дверей восточного флигеля и расчёсывал собаку, а остальные пятеро детей куда-то исчезли.

Слушая смех у восточного флигеля, Е Сяньсинь становился всё мрачнее, особенно раздражала его подобострастная манера Е Сяньлэя.

Ну помогли ему устроиться в подмастерья в столице, ну и что? Неужто нужно так стараться угодить?

Думая так, Е Сяньсинь медленно подошёл к дереву посередине двора и пнул одного из снеговиков.

— Уа-а-а! — у дверей восточного флигеля раздался плач Чжан Тянь. — Мой снеговик!

Сяо Е вскочил и залаял на Е Сяньсиня.

Е Сяньлэй вздрогнул, обернулся и тут же спросил:

— Брат, ты что делаешь?

Услышав, что у Е Сяньлэя уже проскальзывает западный акцент, Е Сяньсинь почувствовал ещё большее раздражение.

— Да просто снеговик, ну и что?

Плач Чжан Тянь быстро привлёк внимание пятерых братьев.

Они тоже помогали лепить снеговиков, и теперь, увидев, что Е Сяньсинь сломал большого, рассердились.

Но они знали, что Е Сяньсинь — старший сын их двоюродной бабушки, и не были с ним близки. К тому же, он был старше, и они не знали, как поступить.

Е Лаода с женой, услышав плач Чжан Тянь, поспешили выбежать из дома.

Е Лаода первым подхватил дочь на руки, вытирая её слёзы:

— Чжан Тянь, что случилось? Почему плачешь?

Чжан Тянь, всхлипывая, показала на снеговика, не в силах вымолвить ни слова.

И все во дворе устремили взгляды на Е Сяньсиня.

Е Сяньсинь невольно отступил на два шага, но затем остановился, думая про себя: да просто снеговик, что в нём особенного? Ну сломал, и что?

Чжан Тянь жалобно обняла Е Лаоду за шею.

— Папа, снеговик, которого я для тебя слепила, сломан, у-у-у...

Е Лаода и Е Дасао переглянулись, не зная, что сказать.

Этот снеговик действительно был специально слеплен детьми для Е Лаоды и имел особое значение для их семьи, но для остальных он был просто обычной снежной фигурой.

К тому же, гости пришли поздравить с Новым годом, и нельзя же ругать их за то, что они случайно повредили снеговика.

Е Дасао могла только утешать Чжан Тянь:

— Тянь, дорогая, дядя Сянсинь наверняка сделал это не специально. Давай я помогу тебе починить снеговика, хорошо?

Е Сяньлэй поспешил добавить:

— Верно, Тянь, мой брат точно не хотел его ломать. Я сейчас помогу тебе его починить.

Он подмигнул Е Сяньсиню, намекая, чтобы тот тоже что-нибудь сказал и успокоил девочку.

Но Е Сяньсинь снова всё неправильно истолковал. Чжан Тянь называла его «дядя Сянсинь», а Е Сяньлэя — просто «дядя». Вот так сразу видно, кто кому ближе.

Он даже не подумал о том, что сам всё время работал подмастерьем в уездном городе и почти не общался с детьми из семьи Е.

Е Сяньсинь был настолько поглощён мыслями о родительской несправедливости, что проигнорировал попытку брата его выручить. Вместо этого он молча развернулся и ушёл.

Глядя на удаляющуюся спину брата, Е Сяньлэй растерялся: что за капризы?

http://tl.rulate.ru/book/145030/7837972

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода