Дорога из леса была тихой.
Естественно, ведь в нашей группе были единственные живые люди в округе.
Возможно, поэтому, покидая место нападения, мы походя собрали другие пригодные к использованию вещи в приличном состоянии и кое-как погрузили их на повозки.
Обыскивать повозки в поисках полезных предметов или сдирать шкуры с нетронутых монстров было немыслимо.
Мы просто брали то, что уже было подготовлено — например, шкуры, которые уже были сняты и погружены на повозки, или предметы с телег, которые не перевернулись в хаосе и остались чистыми.
Я, случайно заливший её кровью, с особым усердием собирал такие предметы и грузил их на нашу повозку по мере нашего продвижения.
Нашим приоритетом было движение, а сбор предметов — второстепенной задачей. Миновав место нападения, мы без колебаний ускорили шаг через лес.
Благодаря этому в нашей повозке скопились высококачественные шкуры Красных Волков и ткани из Нового Королевства, которые везли другие торговцы — предметы, которых у нас изначально не было.
— Чрезмерная жадность всегда навлекает беду.
Я просто брякнул то, что где-то слышал.
Тем не менее, это было не то, над чем стоило смеяться.
Особенно учитывая, что торговцы, которые жадно собирали материалы с монстров и вещи погибших, в итоге были убиты теми, кто был в чёрных мантиях.
— Это не то чтобы неправильно, но разве не стоит быть жадным, когда время подходящее?
Я говорил сам с собой, но почему-то Ева возразила.
— Иначе денег не заработаешь.
В её словах была правда.
— Деньги важны.
— Деньги важны.
Соглашаясь с ней, я протянул руку, чтобы погладить Му, который шёл рядом со мной.
Возможно, из-за его кроткого нрава он не уклонялся от моего прикосновения.
Мы двигались быстро, сохраняя бдительность.
К счастью, ни преследования, ни нападения не было, так что мы смогли благополучно уйти.
— Такое чувство, будто я вернулся с того света.
Выйдя из леса и пройдя ещё немного, выпалил Рави.
— Те парни, кем они были?
— Они определённо из Ордена Эмирисона, это точно.
Ответил Хейвен.
— Они определённо не обычные люди. Они замешаны в тёмных делах.
— Если то, что сказали те, кто сражался с нами, правда, то они, похоже, Инквизиторы.
Когда ответила Ева, Хейвен задумчиво застонал, прежде чем продолжить.
— Госпожа нанимательница, я думаю, нам следует притвориться, что мы их никогда не видели.
— Согласна. Орден Эмирисона — не та группа, с которой мы хотим враждовать.
Я, честно говоря, не понимал, о чём они говорят.
Но по атмосфере казалось, что все остальные в курсе, так что мне было неловко спрашивать.
— Господин Кей, вам тоже следует быть осторожным. Это самый могущественный религиозный орден на континенте.
— Не думаю, что они станут преследовать нас в чужой стране, верно?
— Конечно, они не могли бы открыто проводить такие нападения, как ранее, в другой стране.
Ева ненадолго замолчала во время разговора.
— И всё же, они распространяются повсюду под знаменем религии.
А, чёрт.
— Что бы кто ни говорил, у них больше всего последователей среди всех религий на континенте. Среди них много обычных людей, но…
— Наши противники, похоже, из не самой обычной фракции.
— Если ценишь свою жизнь, лучше притвориться, что ничего не знаешь.
Хейвен сказал членам своего отряда, что их устранят, если они признают, что что-то знают.
— Мы даже не знаем, правда это или нет.
— Бережёного бог бережёт.
Ответил Хейвен на возражение Рави.
Возможно, из-за мысли, что они могут попасть под прицел крупнейшей религиозной группы континента, все выглядели обеспокоенными.
«Какой же великий грех я совершил в прошлой жизни?»
Хотя в чужой стране у них было бы меньше власти по сравнению с той, где их религия была государственной, мысль о том, что глаза и уши врага могут быть где угодно, делала будущее безрадостным.
— Что ж, поскольку все парни, что напали на нас, мертвы, может, притвориться, что мы ничего не знаем, и сработает.
Хейвен попытался предложить оптимистичный взгляд.
Казалось, он и сам хотел в это верить.
***
После решения скрыть личность нападавших, мрачная атмосфера беспокойства о будущем постепенно рассеялась, и вскоре небо начало темнеть.
Только тогда наши тела начали жаловаться на усталость, так что мы все молча решили разбить лагерь.
Как бы мы ни хотели убраться подальше от того места, мы были слишком уставшими.
Естественно, когда группа разбивает лагерь, кто-то должен нести вахту.
Хотя мы шли несколько часов после выхода из леса, мы решили стоять на страже парами по двое, чтобы остерегаться возможного преследования или нападения.
К счастью для меня, мне выпало дежурить в первую смену, а потом спать.
Лучше, чем просыпаться ото сна.
И человек, стоявший со мной на страже, был тем, кто обычно этого делать не должен.
— В такой ситуации было бы неправильно, если бы только я не дежурила.
— Ты поистине достойная нанимательница.
Это не было ни сарказмом, ни лестью.
Я сказал это как искренний комплимент.
К счастью, это, похоже, было воспринято правильно, так как Ева просто улыбнулась.
Остальные уже погрузились в глубокий сон от усталости, в то время как мы с ней молча смотрели на костёр.
Внезапно Ева рассмеялась.
— Почему ты вдруг смеёшься?
— Знаешь, Кей, с тобой я пережила много интересного.
— Интересного?
— Например, твоё пьяное поведение…
«Исчезни, тёмное прошлое, которого нет в моей памяти».
— Или то, как я была вся в человеческой крови, как раньше.
— Эм, не думаю, что быть вся в человеческой крови считается интересным опытом.
Что ещё важнее, видеть, как ты улыбаешься, будучи вся в крови, было ещё страшнее.
Ева легко рассмеялась, бросая сухую ветку в костёр.
— У тебя ведь был ко мне какой-то вопрос, не так ли, Кей?
— Да.
Это магия ночи? Магия костра?
Или её желание скоротать время, раз уж мы остались вдвоём?
За последние несколько дней в наших разговорах меня кое-что интересовало.
Я воспользуюсь этой возможностью, чтобы спросить.
http://tl.rulate.ru/book/144921/7697819
Готово:
