Когда слуга из резиденции подошёл к воротам двора, Наньсин уже крепко спала. В полусне она услышала голоса, но была слишком сонной, чтобы открыть глаза, и, перевернувшись на другой бок, продолжила спать.
Се Цзинхэн окликнул её дважды, но, увидев, что она не просыпается, сдёрнул с неё одеяло. Наньсин наконец полуоткрыла глаза и с недовольным видом уставилась на того, кто потревожил её сон. У неё был сильный характер по утрам, и если она не высыпалась, то весь день могла быть в плохом настроении.
Он заметил, что её глаза, широко раскрытые в полумраке комнаты, всё ещё блестели, как у маленькой жёлтой собачки, которую он держал в детстве, словно она вот-вот собиралась укусить. Он не стал обращать внимания на её несвоевременный гнев и заговорил мягче.
— Бабушка серьёзно больна. Из резиденции прислали за нами, чтобы мы немедленно вернулись. Вставай, собери вещи. Нас ждут у ворот.
Наньсин, только что проснувшаяся, реагировала медленно. Она подумала несколько мгновений, прежде чем поняла, что речь идёт о бабушке Се Цзинхэна, которая серьёзно заболела. Если их вызвали в такое позднее время, значит, всё действительно плохо. Не теряя времени, она встала, оделась и собрала свои вещи.
— Возьми пару сменных нарядов, остальное позже заберут, — раздался сзади голос Се Цзинхэна.
Он имел в виду, что они больше не вернутся в этот маленький двор?
Кучер гнал лошадей на полной скорости в направлении усадьбы Юнчанхоу.
Наньсин сидела в карете, и сонливость полностью прошла. Освещение в древние времена было скудным, и её начальник, казалось, был даже беднее её самой. В обычные дни он экономил на всём, свечи зажигались только в крайнем случае, и со временем она привыкла ложиться спать с заходом солнца. Так что она проспала почти семь часов, что было вполне достаточно.
Се Цзинхэн сидел наискосок от неё, и она украдкой наблюдала за его реакцией. Он слегка наклонил голову, свет, проникающий через щели в окне, падал на его лицо, но невозможно было понять, что он чувствует. Он смотрел в окно кареты, думая о чём-то своём.
Он прожил много лет вдали от дома, его жизнь совсем не походила на жизнь аристократа, и, вероятно, он не был близок с семьёй, поэтому отсутствие сильных эмоций было вполне объяснимо.
Но в её сердце закралось сожаление. Ей было жаль маленьких цыплят, которых она вырастила во дворе, жаль качели, которые недавно построила...
Неужели он имел в виду, что теперь они будут жить в резиденции? Она уже полностью привыкла к жизни в усадьбе, к свободе и отсутствию ограничений. Каждый день она подметала пол, поливала овощи, в свободное время ходила на рынок, спорила с Ду Хэном... Казалось, что так можно было бы жить вечно. Неожиданная необходимость уехать вызывала в ней нежелание.
Если бы Се Цзинхэн не женился, она могла бы попытаться развить с ним отношения, завязать роман. В конце концов, за время общения он показал себя человеком с хорошим характером и воспитанием, особенно его внешность, которая очень нравилась ей, как любительнице красивых лиц.
О чём она думает?
В глазах других она была всего лишь тунфан, инструментом для согревания постели, незначительной служанкой.
Наньсин покачала головой. Она слишком привыкла к спокойной жизни в маленьком дворе и начала забывать о своём положении.
К тому времени, когда они добрались до резиденции, уже начинало светать.
Бабушка выпила лекарство и снова уснула. Се Хоуе и Да Нянцзы провели рядом с ней всю ночь и тоже ушли отдыхать, поэтому Се Цзинхэн не смог сразу увидеть бабушку. Слуги провели их в угол резиденции, в один из дворов.
Этот двор пустовал с момента постройки резиденции. Он был отделён от других дворов небольшим садом, находился в уединённом месте и, поскольку никто там не жил, редко убирался, оставаясь заброшенным.
Наньсин уставилась на огромную паутину на двери и не удержалась от вопроса:
— Ты уверен, что здесь можно жить?
Слуга, который их привёл, ответил с высокомерием:
— Да Нянцзы велела привести вас сюда. Она сказала, что этот двор большой, находится в уединённом месте и очень тихий, что идеально подходит для выздоровления третьего молодого господина. Третий молодой господин вернулся внезапно, и у нас не было времени убрать. Поживите здесь пока, через некоторое время Да Нянцзы прикажет всё привести в порядок.
Ещё через некоторое время? Как можно жить в комнатах, полных пыли?
Её удивило, что Ду Хэн, обычно защищавший своего господина, не высказал никаких возражений. Се Цзинхэн также проигнорировал слова слуги и направился прямо в дом.
Раз уж начальник ничего не сказал, она, как мелкая сошка, не могла иметь собственного мнения. Смирившись, она взяла метлу и начала убирать.
Двор действительно был большим, в нём было более десяти комнат разных размеров. Се Цзинхэн, наверное, не будет против, если она выберет одну из них для себя.
Хм, теперь ей не придётся ютиться в одной комнате с Се Цзинхэном.
Поскольку двор обычно пустовал, двери и окна комнат были плотно закрыты, и внутри всё оказалось не так плохо, как она ожидала. Мебель и убранство были на месте, только пыли было много, но после уборки жить можно.
Кроме них троих, во дворе больше никто не жил. Значит ли это, что она может первой выбрать комнату, которая ей понравится?
Обойдя двор, она обнаружила, что небольшая комната на северо-западе, кроме главного флигеля, имела лучшее расположение. Из окна открывался вид на маленький сад во дворе, по бокам не было соседних комнат, а утреннее солнце проникало внутрь, создавая хорошее освещение.
Она с радостью взяла метлу, чтобы убрать своё будущее жилище.
— Твоя комната здесь, — неожиданно раздался голос Се Цзинхэна, и он указал на комнату рядом с его собственной. — Теперь будешь жить здесь.
— А? Эти две комнаты почти одинаковые, могу ли я жить здесь? Там плохое освещение, а мне нравятся комнаты с солнечным светом... — Она почувствовала, что он чем-то недоволен, и её голос постепенно затих.
http://tl.rulate.ru/book/144608/7642427
Готово:
