На южной дороге уезда Дунпин, ведущей к столице, леса стояли густые, пышные. Офицер охраны выбрал для ночлега открытую поляну рядом с ручьём.
Капитан охраны Чэнь Ань, вытянув шею, посмотрел вдаль. Как и ожидалось, длинная вереница торговых караванов выбрала место для отдыха неподалёку на диком поле.
На второй день после выхода из столицы охрану начал преследовать торговый караван, и с тех пор, следуя их примеру, к сегодняшнему дню их сопровождало пять или шесть групп.
Чэнь Ань, увидев, что начальник судебного ведомства Пэй Инву вышел из палатки, поспешил подойти и доложить:
— Опять эти торговцы. Я пойду прогоню их.
Пэй Инву огляделся:
— Что они там делают, собравшись вместе?
Чэнь Ань поспешил узнать и вернулся с ответом:
— В одном из караванов есть женщина, которая хорошо играет в го. В остальных пяти или шести караванах тоже есть любители игры, и они приходят к ней испытать свои силы. Говорят, никто не смог её обыграть.
Чэнь Ань пренебрежительно фыркнул:
— На мой взгляд, что эти низшие сословия понимают в го? Просто бросают камни на доску. Даже если будут изучать игру десять или сто лет, они не смогут сделать и десяти ходов против вас, ваша светлость.
Пэй Инву не ответил, и Чэнь Ань вспомнил, что этот начальник судебного ведомства, несмотря на свою жестокость в расследованиях, был человеком немногословным. На протяжении всего пути он относился к простым людям так же, как и к ним, знатным сыновьям.
Родившись в знатной семье, занимая высокий пост и имея поддержку императрицы, он мог позволить себе игнорировать их, знатных отпрысков, и отказываться от приёмов в местных уездах, предпочитая ночевать под открытым небом, но они не смели выражать недовольство.
Чэнь Ань больше не стал обсуждать этот вопрос, просто поклонился и сказал:
— Я пойду прогоню их, чтобы они не мешали двум вашим светлостям.
Ду Си, подойдя, услышал это и с усмешкой сказал:
— Мы, бездельники, не чувствовали стыда за своё ничегонеделание, но как можно дойти до того, чтобы прогонять простых людей?
Чэнь Ань покраснел, схватился за рукоять меча, но не осмелился вытащить его, только про себя выругался на этого гробовщика, небрежно поклонился и ушёл.
Ду Си холодно усмехнулся.
Раньше офицеры были резервом для военачальников, и во времена императора Тай-цзу и его предшественников было много знаменитых генералов. Но за последние несколько десятилетий всё стало только хуже.
Военные должны защищать страну, но сейчас простые люди не осмеливаются открыто идти по главным дорогам, только стараются следовать за солдатами, чтобы избежать бедствий. Эти будущие генералы не только не задумываются об этом, но и называют простых людей низшими сословиями. Это отвратительно.
Пэй Инву передал ему документ, сел на камень у ручья и забросил удочку:
— Таковы нравы чиновников. Надеяться, что они услышат пару слов и станут чистыми, как лотос, выросший из грязи, невозможно. Зачем вам, брат Ду, злиться?
Услышав слово «грязь», Ду Си нахмурился:
— Нам двоим, можно сказать, повезло.
Они приехали сюда, чтобы расследовать дело об истинном преступнике, связанном с евнухами. Во-первых, они не хотели расследовать, а во-вторых, к тому времени, как они прибыли в Гаопин, с момента преступления прошло уже несколько месяцев. Преступник, который так искусно всё спланировал, вряд ли позволил бы себя поймать.
Теперь, когда наследник герцога Гао начал подниматься, не нужно было их докладов, чтобы все, включая императора, решили, что дело на горе Юньцюань было делом рук остатков сил семьи герцога Гао, целью которых было спасти наследника герцога Гао.
Даже по их мнению, преступник с самого начала нацеливался на Ли Ляня.
Но в этом деле не было смысла тратить время и силы на расследование. Они продолжали расследовать только из любопытства, чтобы узнать, кто же стоял за всем этим.
В любом случае, этот человек должен был быть очень умным и проницательным.
Мятеж князя Синя привёл к потере половины Цзяньхуая, армия клана Гао на севере снова поднялась, и как только эта новость достигнет столицы, весь мир будет в шоке. Ни император, ни чиновники не смогут больше тратить силы на дело Ли Ляня.
Единственное сожаление: они так и не смогли выяснить, кто был тот благородный человек, который не только освободил девять похищенных женщин, но и позаботился о них. Такой характер не может не вызывать восхищения.
Ду Си считал, что дни в столице были невероятно скучными:
— Говорят, рядом есть человек, который мастерски играет в го. Мы оба умеем играть, почему бы не пойти посмотреть?
Пэй Инву бросил на него взгляд:
— Возможно, это ловушка, как у рыбака Цзян Тайгуна, где клюёт только тот, кто хочет.
Ду Си удивился:
— Ты думаешь, этот человек специально создал ажиотаж, чтобы приблизиться к нам?
Среди учёных мужей музыка, шахматы, каллиграфия и живопись считаются изысканными искусствами. В столице много тех, кто умеет играть в го, но настоящих фанатов игры мало. Случайно он и его друг были двумя из них. Они не участвовали в придворных интригах, в свободное время играли в го, чтобы скоротать время, и со временем приобрели некоторую известность.
Ду Си заинтересовался:
— Тогда тем более стоит пойти посмотреть.
На каменной платформе стояла доска для го. Слева сидела загорелая крестьянка в накидке с капюшоном, справа мужчина, который, почесав затылок, с радостью воскликнул, как будто нашёл выход из безвыходной ситуации, и поставил камень, но попал в ловушку и проиграл.
Около двенадцати мужчин вокруг ахнули, обсуждая, как нужно было поставить камень, чтобы переломить ход игры. Увидев двоих, они поспешно поклонились.
Ду Си велел им встать, его улыбчивый взгляд упал на накидку крестьянки, а острые ножи спрятались в узких щелях его глаз:
— В го мы немного разбираемся, поэтому пришли поучиться. Вам не нужно так почтительно кланяться.
Люди встали, хотели остаться посмотреть, но не осмелились, поспешно поклонились и отошли подальше.
Оба господина были мастерами расследований. Когда она ещё была в столице, то тщательно изучила их дела, знала, что играть с ними всё равно что гладить тигра по шерсти. Поняв, что они на самом деле не хотят искать настоящего преступника, она вела себя так, будто не имела никакого отношения к горе Юньцюань.
Не было необходимости больше притворяться. В общении с этими двумя каждая мелочь могла стать лишней.
Она сняла накидку, затем сняла вуаль и грациозно поклонилась двум господам:
— Мои скромные умения потревожили ваши светлости. Прошу прощения.
Ду Си был ошеломлён, во-первых, из-за изысканной красоты женщины, во-вторых, из-за её слов.
Она прямо признала, что специально использовала своё мастерство в го как приманку, чтобы заманить их.
И они действительно пришли.
Сун Лянь честно сказала:
— Ваши светлости, я родом с юга, мне двадцать один год. Меня похитил коррумпированный чиновник и привёз в столицу. Два года назад на улице Чанвэй меня похитили и увезли в округ Ушань, где я стала наложницей.
Несколько дней назад дом, где я жила, был разграблен беженцами. Мне удалось спастись, я взяла немного денег и сбежала, попросив торговый караван сопроводить меня в столицу. Я не ожидала, что, даже притворившись старой и некрасивой женщиной, найдутся те, кто захотят совершить насилие. Два дня назад в чайной я случайно услышала, как ваши светлости обсуждали го и книги, и решила устроить игру. Если бы ваши светлости согласились сыграть со мной, я бы больше не подвергалась опасности.
Когда она только подошла, мужчины уже смотрели на неё пристально. Теперь, когда она показала настоящее лицо, их взгляды стали ещё более назойливыми, как липкие черви, вызывая отвращение.
С её внешностью было вполне естественно, что её похитил коррумпированный чиновник, а затем похитили снова.
В нынешние времена не только обычные женщины, но даже знатные дамы не осмеливаются выходить в дальние поездки без слуг и охраны.
Ду Си почувствовал отвращение, на его лице появилась угрюмость, и он сел рядом. Один из них был чиновником первого ранга, другой шестого, но по тому, как эта женщина относилась к ним, её дух был гораздо выше, чем у тех знатных сыновей из офицерского корпуса.
http://tl.rulate.ru/book/144521/7687803
Готово:
