Она не проявляла излишней осторожности в отношении него, предоставив ему максимальные полномочия в ювелирной лавке, поэтому он и смог обнаружить столько несоответствий. К тому же в тот момент он находился в главном городе, так что сразу догадался об их цели.
Цзинь Цзю остановила руку, которая гладила его по спине, и медленно провела пальцами вдоль позвоночника, словно ядовитая змея, ползущая вверх, остановившись у его затылка. В её голосе не было ни гнева, ни радости, когда она тихо спросила:
— Кому ещё ты рассказывал об этом?
Сун Ши Юй, разумеется, почувствовал её едва уловимую жажду убийства. Он давно знал, что так будет. Эти женщины-чиновницы с детства жили при дворе Ди Цзюня, и те, кого отправляли на задания, были безусловно преданы. Даже если он был тем, кого она любила, перед императором это не имело никакого значения.
Твёрдость духа и готовность идти на всё ради достижения цели — вот чему их учили с самого поступления во дворец. Если внутри дворца им приходилось сдерживаться, то за его пределами они не скрывали своих острых граней. Если приказ Ди Цзюня вступал в конфликт с чувствами, они без колебаний отрекались от любви.
Мужчины не имели такого значения, как власть — это был первый урок, который они усвоили.
В её сердце он, по сути, ничего не значил.
И Сун Ши Юй всегда это понимал.
— Дань Си дал тебе способ убить меня мгновенно? — по-прежнему опираясь на неё, он покорно откинул полупрозрачную ткань с затылка. — Должно быть, он сказал тебе, что в трёх цунях ниже выступающей кости на затылке находится матка червя, контролирующая всё моё тело. Тебе нужен кинжал?
Едва он закончил, ладонь Цзинь Цзю ощутила ледяное прикосновение металла. Когда она опустила взгляд и поняла, что это, сердце её сжалось.
Это было оружие, которое он сам вложил ей в руку и которое могло в любой момент лишить его жизни.
Сун Ши Юй, не скрываясь, заставил её сжать кинжал, направленный прямо в его сердце. Его рука легла на острый клинок, и вскоре по ней струилась алая кровь.
Цзинь Цзю почувствовала, что сегодня он ведёт себя странно.
Очень странно.
С тех пор как он встретил Шан Гуань Юэ Яня, он словно нарочно провоцировал её, будто жаждал, чтобы она тут же прикончила его. Сначала он намеренно выводил её из себя, потом сознательно высказывал свои догадки, а теперь добровольно подставлял себя под удар.
Но...
Почему?
Сжав кинжал, Цзинь Цзю пристально посмотрела на него:
— Ответь прямо на мой вопрос. Кому ещё ты рассказывал?
— Если я скажу, что только я один знаю, ты поверишь? — Он смотрел на неё, и в его взгляде мелькнуло что-то неясное, словно зимний пар, выдыхаемый на морозе, — мгновение, и оно рассеялось.
Ты поверишь?
Сможешь ли поверить?
Будучи чиновницей, она по природе своей была подозрительной.
Как она поступит?
Цзинь Цзю долго смотрела на Сун Ши Юя, затем отбросила его и направилась во внутренний двор.
Шторы, задетые ею, с шумом упали в пруд, словно белые горы, мгновенно поглощённые водой.
Сун Ши Юй инстинктивно прикрыл лицо рукавом, но тут же вспомнил, что она уже оставила его. Зачем тогда прятаться?
Раз он помешал её заданию, на этот раз она точно не позволит ему остаться?
Некоторые вещи он тоже не хотел раскрывать. Если бы они попали в руки Шан Гуань Юэ Яня, все его многолетние старания пошли бы прахом.
Он опустил рукав и посмотрел на карпов в пруду, которые всё ещё пытались отыскать черепаху, затем швырнул коробку с кормом в воду.
Плюх!
Вода брызнула во все стороны.
Шаги Цзинь Цзю раздавались от заднего двора до переднего, затем поднялись на второй этаж, где сидел бухгалтер, и наконец донеслись до кладовой.
Впервые она лично проверяла состояние дел в лавке.
Цинь Хуань, недавно получившая должность управляющей, шла рядом и тихо докладывала о мерах, принятых Сун Ши Юем: системе поощрений и наказаний, правилах увольнения и контрактной системе, о которой она сама когда-то упоминала.
Чем больше Цзинь Цзю слушала, тем сильнее росло её недоумение.
Он редко выходил из дома — число его выходов можно было пересчитать по пальцам, причём его обычно сопровождали Цзинь Цзя или другие слуги, так что отследить его перемещения не составляло труда.
Не было ни почтовых голубей, ни писем от родных или друзей, никаких внешних контактов.
Чем больше она копала, тем больше запутывалась.
Как будто он вырос из земли, и с тех пор как она забрала его, в его кругу общения, казалось, осталась только она. Неужели в Золото-Нефритовом Павильоне у него не было ни одного друга?
Всё было настолько чисто, что она уже почти забыла, зачем начала его проверять.
— В кладовой слишком много запасов. Сожгите все записи о клиентах, которые не появлялись здесь более десяти лет. Данные о постоянных покупателях с высоким уровнем повторных покупок соберите в отдельную книгу. Тем, чьи заказы принесли более тысячи лянов, на праздники отправляйте изысканные безделушки. Можно подготовить те фигурки птиц и измерительные приборы, которые я делала раньше.
— Хорошо, госпожа Цзю. — Цинь Хуань покорно кивнула, затем осторожно спросила: — Вы действительно уезжаете в конце месяца с господином Суном?
Цзинь Цзю кивнула:
— Ты уже освоилась с делами лавки?
— Да, госпожа. Цинь Хуань была отправлена сюда ещё в юности и много лет служила под началом управляющего, так что быстро вникла во все процессы. Вы можете не волноваться... — Девушка была искренне благодарна за доверие и избегала лишних слов, говоря только по делу. — Я буду охранять эту лавку для вас, госпожа, и приложу все силы. Год за годом и не повторю ошибок прежнего управляющего.
— Хорошо. Я уже поговорила с бухгалтером. Первые два месяца ты получишь жалованье, как у прежнего управляющего, затем — вдвое больше. Каждый год сумма будет расти в зависимости от прибыли лавки, и твоя доля точно не пострадает. Если будешь работать на меня, просто выполняй мои указания. Если же появится кто-то другой... — Она намеренно оставила фразу незаконченной.
Этим «другим» были её родственники.
Она могла представить, что произойдёт: отобрав у них ювелирную лавку без объяснений, они обязательно начнут жаловаться её родителям.
Единственная причина, по которой она осмелилась действовать, не спрашивая разрешения, — уверенность, что сможет задавить этот скандал.
Цинь Хуань слегка поклонилась:
— Я следую только вашим приказам, госпожа. Если вы лично не распорядитесь, я не посмею действовать по своему усмотрению. Даже если мои родители попытаются заставить меня пойти против вас, я ничего не сделаю. Если начнутся проблемы, мне придётся обратиться в управу, предъявить показания прежнего управляющего и оставить копии документов, чтобы вы могли разобраться по возвращении.
Такой решительности Цзинь Цзю не ожидала.
Она обернулась на выходе и, улыбнувшись, бросила через плечо:
— Работай хорошо. Возможно, в будущем ты получишь не одну лавку.
Не одну?
Цинь Хуань подняла голову, но увидела лишь удаляющуюся спину Цзинь Цзю и услышала торопливые шаги внизу.
Голос служанки донёсся из коридора:
— Госпожа Цзю, господин Сун собрал вещи и хочет уйти. Мне... мне нужно снова всё убрать?
— Что?!
http://tl.rulate.ru/book/144516/7626916
Готово:
