— Режьте этим!
Чжао Инь достал четыре огромные крысиные лапы и вручил их женщинам, после чего отдал приказ:
— Рабыня номер два, научишь их делать стрелы. Мне нужно как можно скорее изготовить двадцать тысяч штук!
Все четверо почтительно согласились, и только тогда Чжао Инь покинул жизненное пространство.
Встреча с сестрами Ли стала неожиданной, но приятной находкой!
Вернувшись во внешний мир, Чжао Инь запрыгнул на спину Старины Хэя. Путь в город Синьчэн нужно было продолжать.
Сун Сяодао лениво устроилась в объятиях Чжао Иня, играя с пространственным кольцом.
— Чжао Инь, они обе такие красотки. Неужели сердце не ёкнуло?
— Сердце ёкнуло? — усмехнулся Чжао Инь.
За семь лет прошлой жизни в апокалипсисе бесчисленное множество женщин всех мастей распластывались перед ним в самых разных позах…
Тогда его прежние моральные устои постепенно очерствели, а под конец и вовсе сменились пресыщением и усталостью.
— Такие женщины, как они, в большинстве своем ищут лишь одного — защиты. Чтобы есть лучше других, одеваться теплее. Сколько душещипательных признаний, сколько лести и угодничества… Но стоит случиться беде, как они предадут тебя первыми!
— Они будут и дальше дарить ласку победителю, так же пылко его любить и шептать ему на ухо признания от всего сердца!..
Голос Чжао Иня становился все тише. В прошлой жизни он слишком много видел и слишком многое понял. То светлое, что когда-то жило в его сердце, давно угасло.
В итоге он научился остерегаться женщин, но не смог уберечься от предательства лучшего друга и названого сына!
По сути, он был неудачником.
— Чжао Инь, как думаешь, через семь лет я стану такой же, как они? — спросила Сун Сяодао.
Она до сих пор помнила его слова о том, что она — его женщина из будущего, которое наступит через семь лет.
Чжао Инь покачал головой:
— Не знаю.
Нынешняя жизнь уже отличалась от прошлой. Чжао Инь никогда не считал себя мастером манипуляций. Поэтому в этой жизни он старался не заводить близких отношений. Его показное равнодушие было всего лишь маской, за которой скрывался страх!
Небо, несколько дней бывшее ясным, снова затянулось тучами.
Вскоре на мир обрушился второй апокалиптический дождь. Поднялся сильный ветер, трепавший растрепанные волосы Сун Сяодао и щекотавший ими лицо Чжао Иня.
Хлынул ливень, его тяжелые капли били по лицу девушки и по телу мужчины.
— Чжао Инь, я не изменюсь, — тихо прошептала Сун Сяодао.
Чжао Инь снял свою шапку из собачьей шкуры и натянул ей на маленькую головку. В его глазах промелькнула редкая нежность.
— Хорошо!
— Мы остановимся переждать дождь? — спросила она.
— Нужно торопиться. Или мне отправить тебя в жизненное пространство?
— Не хочу! Я останусь здесь, с тобой! — Сун Сяодао расстегнула его доспех из крысиной шкуры и целиком забралась внутрь. — Ух ты! Как тепло!
— Мяу-у-у~
Белыш, сидевший на плече Чжао Иня, тоже попытался залезть к нему за шиворот.
Чжао Инь схватил его за шкирку и вытащил наружу.
— Ты, черт возьми, мутировавший зверь, чего тебе дождя бояться?
Белый котенок огляделся.
Обезьяну окутывал тонкий слой пламени, и капли дождя испарялись, не успев коснуться его шерсти. Старый Бык, прищурившись, шел под дождем — он был водяным буйволом, и дождливая погода его только бодрила.
С шерсти Старины Хэя и шести гигантских крыс вода тоже скатывалась, не оставляя и следа, словно на них были плащи.
— Мяу-у-у! — обиженно пискнул Белыш.
Он сидел на плече Чжао Иня, весь промокший, понуро опустив уши.
Два часа спустя ливень усилился. Отряд Чжао Иня наконец покинул горный хребет Давэй и снова углубился в безлюдный лес, продолжая путь на север…
И хотя они были не одни, силуэты нескольких людей и зверей выглядели одиноко, постепенно растворяясь в чаще.
— Кто в этом пустынном мире оплакивает вчерашний день? Ушедшее не вернется, оставив лишь скорбящего, что слагает печальную песнь…
Дождь заливал глаза Хун Сяотяня. Он, по колено в грязи, ковылял по раскисшей земле и вопил во все горло.
Тан Тан, наконец-то прикрывшая свой бюстгальтер рваной женской спортивной майкой, молча шла впереди.
А Старина Цинь замыкал шествие. У всех троих за спиной были огромные мешки, набитые одеждой, снятой с зомби, и собранными дикими травами.
— А-а-а! Я хочу быть птичкой, парящей в небесах! Свободной, вольной, а-а-а!..
Шмяк!
Старина Цинь пнул Хун Сяотяня под зад.
— Ишь ты, грамотей нашелся! Если, твою мать, зомби приманишь, я твоего «птенчика» оторву!
— Я же просил не пинать меня по заднице! — Хун Сяотянь, пошатнувшись, обернулся и, увидев мрачное лицо Старины Циня, тут же выдавил из себя улыбку. — Дядя Цинь, при таком шуме дождя они меня не услышат, даже если я горло сорву. Не переживайте!
— Хватит шуметь, впереди что-то происходит! — вдруг остановилась Тан Тан.
Издалека доносились неясные крики выживших и ругань.
Все трое тут же нырнули в ближайшие кусты и посмотрели в ту сторону, откуда доносился шум. Там, у подножия горы, виднелась пещера.
Возле входа трое мужчин избивали двух женщин ногами и кулаками. Один из них держал рваный мешок, за который женщины, несмотря на побои и кровь, цеплялись мертвой хваткой.
— Опять дерутся? — нахмурился Хун Сяотянь. — Который раз за сегодня? Что случилось со всеми лагерями в округе?
Тан Тан молчала, погруженная в свои мысли.
— Тан Тан, будем их останавливать? — спросил Старина Цинь.
Тан Тан закусила губу и вдруг произнесла:
— Как вы думаете, в этом мире… действительно больше не осталось ни одного островка чистоты?
Старина Цинь усмехнулся:
— Я и до Конца света таких мест не видел, что уж говорить про сейчас?
Сказав это, он тяжело вздохнул.
Хун Сяотянь моргнул.
— Дядя Цинь уже в возрасте, вот и любит говорить всякие упаднические вещи. Вот увидите, в будущем мы обязательно найдем такую чистую землю!
Он поднял голову к небу.
— Там цивилизация возродится, у всех будет вдоволь еды и одежды, не будет ни зомби, ни катаклизмов. Мир станет чище, чем до апокалипсиса!
Тан Тан, кусая губу, смотрела на избиваемых женщин.
Она вспомнила, как ее мучил Линь Тяньфэн, и как тот парень спас ее…
— Если кто и сможет создать в этом мире островок чистоты, то это будет он, — тихо проговорила она.
— Тан Тан, так вот почему ты все это время тайно шла по его следу? — кажется, Старина Цинь наконец все понял.
Тан Тан взрослела с каждым днем. Она была умна, хладнокровна и очень способна!
Вот только в отношении того человека она слепо его идеализировала.
Чжао Инь был силен, сильнее кого-либо!
Но Старина Цинь никогда не считал, что этот парень по имени Чжао Инь заслуживает такой преданности.
— Пусть он и спас тебе жизнь, ты давно уже с ним в расчете.
— Дядя Цинь, вы не поймете, — сказала Тан Тан. — Он не плохой человек.
В самый темный час ее жизни кто-то принес ей луч света, пусть даже тот и осветил дорогу лишь на мгновение.
— Смысл жизни не в том, во что превратился мир, — продолжила Тан Тан, — а в том, есть ли впереди надежда!
— Я боюсь этой беспросветной тьмы, когда перед глазами лишь отчаяние. Но каждый раз, когда я вижу его, я чувствую себя так, словно я в мире до апокалипсиса!
— Просто чувство, и все? И в этом смысл твоего преследования? — спросил Старина Цинь.
Тан Тан прошептала:
— А что еще остается делать человеку в этом мире? Да и нужно ли что-то еще?
Хун Сяотянь вмешался:
— Сестрица Тан Тан, а давайте мы сами создадим такой островок чистоты!
http://tl.rulate.ru/book/143959/7932379
Готово:
