Шэнь У чувствовала себя измотанной, её ноги были словно ватные, и когда она услышала этот голос рядом, то на мгновение растерялась.
Её довели до состояния, когда она уже не могла ни отступить, ни продвинуться вперёд, и казалось, что если она не скажет, всё так и останется в подвешенном состоянии. В глазах Шэнь У выступили слёзы:
— Я не знаю.
Внезапно она сильно укусила его за плечо.
Пусть знает, как плохо себя вести.
Лу Сюань, видя, что она не отвечает, погрустнел, но в то же время позволил себе немного расслабиться.
В конце концов Шэнь У дошла до того, что даже дышать ей не хотелось.
Она закрыла глаза и погрузилась в глубокий сон.
А вот хмель у Лу Сюаня после всей этой физической активности как рукой сняло. Он смотрел на лежащую на кровати девушку, чья кожа была белой с лёгким румянцем.
Если бы она сейчас проснулась, то наверняка стала бы ворчать из-за того, что вся испачкалась.
Лу Сюань переоделся, вышел, набрал свежей воды и немного обтёр спящую.
Затем лёг рядом, обнял её длинной рукой и притянул к себе. Теперь, когда он был трезв и не хотел спать, он внимательно разглядывал Шэнь У.
Даже во сне её брови были слегка нахмурены.
Лу Сюань невольно подумал о доме Шэнь и о том, что даже во время церемонии возвращения в родительский дом могло произойти такое. Неизвестно, сколько обид пришлось пережить этой капризной особе в прошлые годы.
Когда Шэнь У проснулась, Лу Сюань играл с её волосами.
Она растерянно открыла глаза:
— Который час?
В их комнате не было часов, поэтому Лу Сюань раздвинул занавеску и взглянул на улицу:
— Наверное, скоро конец работы.
Свет из окна придал всему вокруг ощущение реальности. Всё тело болело, будто душа отделилась от плоти. Она уставилась на Лу Сюаня широко раскрытыми глазами, словно спрашивая, что за безумие он устроил.
Лу Сюань тоже увидел результаты своих действий и потирал нос:
— Я был пьян.
Шэнь У пнула его ногой.
Нечего притворяться! Она же знала, что в пьяном виде мужчины обычно не могут даже подняться, так что это всего лишь отговорка.
Лу Сюань даже не пытался уклониться, позволив ей ударить себя в грудь.
Лёгкое одеяло соскользнуло с них из-за этих движений. Шэнь У и так не могла смотреть на себя, но, когда одеяло упало, стало видно, что Лу Сюань выглядит не лучше: на его плече отчётливо виднелись следы её зубов, не говоря уже о царапинах от ногтей.
Шэнь У взглянула.
— Ладно, считаем, что квиты.
— Подай мне одежду, я пойду готовить ужин.
Лу Сюань спустился, принёс ей одежду, помог одеться, затем посмотрел на небо за окном:
— Я ненадолго выйду.
Уже почти стемнело, и Шэнь У снова надела ту высокую блузку.
Когда она вышла, остальные тоже начали возвращаться с работы. Узнав, что рыбу и паровые булочки дала семья Сюй Инь, Лу Лао Тай чуть не прыгала от радости.
Ещё пару дней назад она смотрела на Сюй Инь с недовольством, а теперь та казалась ей просто замечательной.
Лун Юй Цзяо прошептала старухе:
— Сегодня третья и четвёртая невестки вместе ходили в родительский дом.
Она говорила негромко, так что только Лу Лао Тай её услышала.
Та повернулась к Шэнь У:
— Третья невестка, а что ты принесла?
Хотя Шэнь У не расслышала слов Лун Юй Цзяо, в книге действительно был такой момент, когда Лу Лао Тай, подстрекаемая ею, узнавала, что Шэнь У ничего не принесла, и устраивала скандал.
Теперь Шэнь У казалась ей совершенно неприятной.
Шэнь У пожала плечами:
— Ничего. Моя мама ещё надеется, что вы отправите ей жареную курицу и свиную ногу.
Услышав такие требования, Лу Лао Тай округлила глаза. Жареная курица и свиная нога? Да они сами такое нечасто едят!
Она взглянула на плавающую в воде живую рыбу и язвительно процедила:
— Все выдают дочерей замуж, любят своих детей, а вот некоторые...
Эти слова действительно могли ранить изначальную героиню, и после таких намёков она ещё сильнее завидовала Сюй Инь. Но для Шэнь У они ничего не значили. Она незаметно переглянулась с Сюй Инь.
Та посмотрела на Лу Лао Тай:
— Вам-то какое дело? Вам ведь не достанется.
Лу Лао Тай, чьё лицо ещё не успело сменить радостное выражение, опешила:
— Что?
Сюй Инь повысила голос:
— Моя мама приготовила это специально для меня, другим не положено. Так чего вы радуетесь?
На этот раз её слова разнеслись достаточно громко, чтобы все услышали.
Улыбка окончательно сошла с лица Лу Лао Тай.
Сюй Инь и сама не обращала внимания на чужие взгляды. Она взяла рыбу и протянула её Шэнь У:
— Ты хорошо готовишь. Если приготовишь мне, я поделюсь с тобой половиной. Будешь?
— Разве я дура, чтобы отказываться от рыбы? Конечно, буду! — с этими словами Шэнь У выхватила одну из рыб.
Они быстро разошлись в стороны, делая вид, что терпеть не могут друг друга.
Шэнь У, держа рыбу, усмехнулась, обращаясь к окружающим:
— Видимо, владеть навыками — это полезно. Даже враги будут к тебе обращаться.
Лу Лао Тай смотрела на её лицо с румянцем и находила эту улыбку раздражающе яркой.
Когда Лу Сюань вернулся, он увидел, что вокруг его жены собрались люди, и, решив, что её донимают, быстро подошёл.
В руке он держал дикую курицу.
Пробившись сквозь толпу, он увидел, что его жена улыбается, а вот лицо его матери было зелёным от злости.
Увидев его, Лу Лао Тай выплеснула на него свой гнев:
— Ты вернулся днём и не пошёл на работу. Чем занимался?
Чем занимался?
Лу Сюань вспомнил о дневном безумии.
Разумеется, об этом нельзя было говорить. Он поднял дикую курицу:
— Четвёртый брат принёс рыбу от родни. Я не хотел, чтобы моя жена расстраивалась, поэтому пошёл поймал курицу.
Услышав это, Лу Лао Тай даже вид курицы не обрадовал её.
Шэнь У посмотрела на курицу, затем на Лу Сюаня.
Неужели он пошёл за ней, чтобы её не притесняли?
Похоже, он действительно следовал своим словам.
Шэнь У взглянула на Сюй Инь и высокомерно подняла подбородок:
— Если хочешь курицу, сегодня мы готовим вместе.
Сюй Инь ответила:
— Ну и ладно!
Затем Шэнь У повернулась к Лу Лао Тай:
— Мама, если все хотят мяса, то сегодня я буду использовать приправы и гарниры по своему усмотрению.
— Все сегодня тяжело работали и устали. Мы, кто ходил в родительский дом, не трудились, так что приготовим всем что-нибудь вкусное, чтобы все поели с удовольствием.
Эти слова Шэнь У адресовала всем присутствующим.
Ей даже не пришлось уговаривать.
Все разом уставились на Лу Лао Тай, особенно шумно вели себя дети.
— Бабушка, разреши тёте Сань!
— Бабушка!
…
Даже обычно спокойные мужчины, которые считали, что кухня — не их дело, не могли удержаться и тоже смотрели на Лу Лао Тай. Обычно они ели лишь картошку, но третья невестка готовила её как-то по-особенному. А тут ещё и мясо, и рыба — прямо как на Новый год.
После тяжёлого дня всем хотелось чего-то вкусного.
Одно представление об этом вызывало слюнки.
Лу Лао Тай, окружённая взглядами, сдалась. Хотя третья невестка была вспыльчивой, сейчас все встали на её сторону.
Достав ключ от шкафа, она не забыла напомнить:
— Экономить! И масла поменьше лить!
Шэнь У взяла ключ, отдала курицу Лу Сюаню, чтобы он её обработал, а вскоре к нему присоединился Лу Е, чистя рыбу.
Даже дети помогали Шэнь У: мыли овощи, чистили чеснок.
Все были в приподнятом настроении.
На кухне Шэнь У открыла шкаф, который Лу Лао Тай особенно берегла. Там лежали белый и коричневый сахар, сушёный перец, бадьян, а также соевые бобы, зелёная фасоль, пшеничная, кукурузная и гаоляновая мука — словом, самые ценные запасы семьи Лу…
Сюй Инь не интересовалась этим, зато её привлекла высокая блузка, которую Шэнь У надела с наступлением темноты. Скрестив руки, она обошла подругу вокруг, а в глазах её читалось озорное любопытство. Убедившись, что никто не смотрит, она резко расстегнула пуговицу на блузке…
http://tl.rulate.ru/book/143943/7541914
Готово:
