Заметив, что все взгляды устремлены на неё, Лун Юй Цзяо мягко улыбнулась:
— Сяо У, о чём ты говоришь? Сегодня ты занята, а посуду я помою сама, — сказала она.
Её голос звучал даже нежнее, чем когда Лу Сюань звал Шэнь У в постели.
В душе Шэнь У не было ни волнения, ни раскаяния. Если Ли Пин по её наущению решила создать проблемы, то пусть готовится к ответному удару. Даже если её интуиция вдруг окажется неправа.
Шэнь У никогда не была доброй душой — лучше перестраховаться, чем упустить врага.
Завтрак оказался невкусным. Когда все закончили есть и принялись убирать, Лун Юй Цзяо взяла на себя работу Шэнь У, а Сюй Инь заставила Лу Е выполнить свою часть.
Лу Е, крадучись, последовал за ней на кухню:
— Дорогая, проследи за моими родителями.
— Мама говорит, что это женская обязанность, а папа твердит что-то про «благородного мужа, который держится подальше от кухни», — добавил он.
Сюй Инь бросила взгляд на улицу:
— Если слушаешь родителей, иди ночевать к ним.
Лу Е взглянул на Лун Юй Цзяо на кухне, затем придвинулся к Сюй Инь и понизил голос:
— Я слушаю свою жену.
— Завтра мы идём в родительский дом, а сегодня мне ещё надо в поле. Я попрошу третьего брата купить кое-что для завтрашнего визита, — продолжил он.
Когда Лу Сюань и Шэнь У уже собирались уходить, Лу Е подбежал к ним. Увидев Шэнь У и зная, что его жена с ней враждует, он тихо сообщил только брату о необходимости покупок.
Шэнь У стояла неподалёку и всё отчётливо слышала.
Поймав момент, когда никто не смотрел, она подмигнула Сюй Инь.
Лу Сюань одолжил единственный в бригаде велосипед.
Узнав, что он едет в город, Лу Лао Тай тут же принесла картошку, батат и зелень с огорода.
— Отнеси это второму брату, ему одному там непросто.
— Скажи, чтобы не экономил на еде, — добавила она.
Она хотела прикрепить продукты к багажнику.
Лу Сюань взял их:
— Сзади поедет Шэнь У.
Сама она в город не выбиралась, и мысль о том, что Шэнь У поедет вместо неё, возмутила Лу Лао Тай:
— Зачем она там нужна? Только работу задерживает. Вот же Лун Юй Цзяо помогает…
— Мама, товарищ Лун сама не против. Не стоит за неё переживать. У меня в городе дела, а на обратном пути я привезу тебе что-нибудь вкусное, — ответил Лу Сюань.
Он протянул руку:
— Мама, дай мне и третьему брата десять юаней.
Услышав про деньги, Лу Лао Тай быстро ретировалась, уже отойдя, крикнула Лу Сюаню:
— Не забудь отдать овощи второму брату! Слышишь?
— И не тратьте попусту! Сделали дела — и сразу назад.
Лу Сюань дал знак Шэнь У садиться. Та устроилась на заднем сиденье, сначала с любопытством оглядываясь, но вскоре единственной её мыслью стало то, как болят от тряски ягодицы.
Она ткнула пальцем в спину велосипедиста.
Её маленькие руки беспорядочно скользили по его телу, и Лу Сюань в свои годы ощутил, как всё внутри него напряглось.
Он поймал её руку:
— Не балуйся.
— Выбери получше дорогу. Я и так вся разбитая, а ты мне ещё и задницу оттряс, — пожаловалась Шэнь У.
Лу Сюань покраснел до ушей от её бесстыдных слов:
— Ладно.
Он сбавил скорость и старался объезжать ухабы, но даже так к моменту прибытия в город Шэнь У чувствовала себя так, будто её разобрали по косточкам.
Сначала Лу Сюань заехал в коммуну за необходимым, затем отправился с Шэнь У в кооперативный магазин. Там продавалось всё: от сельхозинвентаря до масла из ракушек, зеркалец, резинок для волос и ниток с иголками.
У самой Шэнь У не было средств по уходу за кожей, поэтому она купила две баночки масла из ракушек по три мао — себе и Сюй Инь, а также по две бутылочки миндального крема «Гондэн» по одному юаню за штуку, что равнялось дневному заработку рабочего. В деревне же за целый день труда не получали и юаня.
Перед покупкой Шэнь У взглянула на Лу Сюаня.
Тот сохранял невозмутимое выражение лица, но, встретив её взгляд, спросил:
— Нужно что-то ещё?
— Печенье, бисквиты, хворост — всё это можно взять завтра… родителям, — ответила она.
Оглядев ассортимент кондитерских изделий той эпохи, Шэнь У взяла немного сахарной халвы и протянула кусочек Лу Сюаню:
— Ешь.
Тот машинально хотел отказаться.
Но едва он открыл рот, как она поднесла мягкую сладость к его губам. Сладкий вкус распространился по языку.
Шэнь У сунула ему халву в рот, а себе взяла ещё кусочек.
— Старшая невестка готовит отвратительно, я с утра так и не наелась, — сказала она.
Сладость ненадолго утолила голод.
Лу Сюань взял ещё пачку персикового печенья:
— Оно долго не портится, можно есть понемногу.
— Если отдать маме, она мне не даст, — вздохнула Шэнь У.
Лу Лао Тай строго учитывала каждую крупинку, и даже муку для готовки отмеряла с точностью.
Что уж говорить о таких деликатесах, как печенье.
Лу Сюань сказал:
— Не отдадим. Спрячем в нашей комнате, будешь есть тайком, когда проголодаешься.
Именно этого Шэнь У и ждала.
— Третий брат, ты самый лучший, — прошептала она.
Её тихий, но наполненный доверием голос согрел Лу Сюаня изнутри.
Шэнь У не планировала покупать что-то для родителей прежней хозяйки тела, но Лу Сюань всё же взял ещё две пачки печенья и уже собирался брать хворост, когда она остановила его.
Задумавшись, Шэнь У пояснила:
— Мои родители ко мне плохо относились. Мы теперь семья, и денег у нас немного. Нужно думать о себе, а если появится ребёнок, придётся копить и на него.
Лу Сюань смотрел на свою миниатюрную жену, слушая её слова.
Она была изнеженной, любила чистоту, но в душе оставалась хорошим человеком, и его сердце дрогнуло.
— Тогда купим что-то другое, — предложил он.
Прежде чем Шэнь У успела сообразить, что именно, Лу Сюань указал на розовую простыню с крупными цветами. Такие она видела только в ностальгических роликах о прошлом. Но цена оказалась немаленькой — почти десять юаней.
Покупка опустошила бы их бюджет. Хотя Шэнь У считала себя расточительной, тратить почти все сбережения на простыню она не решалась.
— Давай не будем, — прошептала она Лу Сюаню. — Дома есть две, если почаще стирать, хватит.
Лу Сюань, видимо, о чём-то подумал, и его лицо приобрело странное выражение:
— Тогда я куплю хлопка и сошью тебе дополнительное одеяло, чтобы кровать была помягче.
Шэнь У решила, что одеяло — более разумная покупка, чем простыня за все деньги.
Выйдя из магазина, она уговорила Лу Сюаня прокатить её по городу. Тот оказался не таким убогим, как она ожидала: было всё необходимое, включая рабочих, выходящих с фабрик.
Эти люди считались в ту эпоху высокооплачиваемыми, и Шэнь У, неспособная к тяжёлому труду в поле, им слегка завидовала.
Лу Сюань подъехал к машиностроительному заводу, остановил велосипед и, сняв овощи, поздоровался с охранником.
— Дядя, я второму брату кое-что привёз, — сказал он, протянув старику пучок зелени.
Шэнь У добавила:
— Возьмите себе, дядя.
Охранник, явно знавший Лу Сюаня, внимательно посмотрел на Шэнь У:
— Твоя жена?
Лу Сюань кивнул.
— Хорошая, вид сразу видно — девица славная.
*Ошибаешься*, — подумала Шэнь У.
— Брат твой во втором цеху, только вот… — Охранник запнулся, словно не решаясь продолжить.
http://tl.rulate.ru/book/143943/7541906
Userkod1278 (переводчик/заложение основ)
10 марта 2026 в 12:44
0
Готово:
