Линь Фэн понял, что зашёл в тупик. Что бы он ни говорил, какие бы вопросы ни задавал, в ответ доносилось лишь одно, заученное, как молитва, и лишённое всякой жизни: «Дяденька, дайте денежку».
Толпа зевак, становившаяся всё плотнее, уже начала смотреть на него косо. Послышался недовольный шёпот, обрывки фраз долетали до его слуха, жаля, словно осы.
— И чего пристал к ребёнку? Видно же, что жизнь у неё несладкая, раз в таком возрасте побирается. Родителей винить надо, конечно, но кто знает, что у них там в семье творится…
— Хочешь помочь — дай денег и иди дальше. Не хочешь — проходи мимо, не мешай ей. А то стоит тут, расспрашивает… Со стороны посмотришь, так и на торговца детьми похож.
Слова были неприятными, но в них была своя горькая правда. Он ничего не знал ни об этой девочке, ни о её семье. Кто он такой, чтобы судить её родителей, не зная их истории? В огромной стране с её миллиардным населением миллионы семей жили далеко за чертой бедности, и их жизнь не имела ничего общего с глянцевыми картинками из телепередач. Многие дети были вынуждены взваливать на свои хрупкие плечи непосильное бремя.
Возможно, эта девочка была одной из них. Тяжело вздохнув, Линь Фэн решил отступить.
Он достал из кармана хрустящую купюру в сто юаней и протянул ей. Ему и впрямь некуда было девать деньги. Его жизнь была до аскетизма простой: работа и тренировки. Он почти ничего не тратил, готовил сам. Последняя премия в двести тысяч так и лежала на счету почти нетронутой, а впереди маячили новые выплаты.
«Деньги лежат мёртвым грузом… даже как-то раздражает», — с иронией подумал он.
Но девочка даже не взглянула на купюру. Её взгляд был прикован к пухлому мальчишке неподалёку, который с упоением лизал большое эскимо. Она сглотнула слюну, и в этом простом, инстинктивном движении было больше правды, чем во всех её заученных мольбах. Это была настоящая, неподдельная детская реакция.
— Держи. Только никуда не уходи, подожди меня здесь, — сказал Линь Фэн, вкладывая деньги в её крохотную ладошку.
Он не мог изменить её судьбу одним щедрым жестом, но купить ей простое мороженое было в его силах.
Вернувшись из магазина через минуту, он протянул ей розовый ледяной замок, похожий на пагоду. Сладкий, клубничный аромат ударил в нос. Почти машинально он прихватил ещё и большой леденец на палочке.
— Держи, клубничное. Детям обычно нравится.
Глаза девочки вспыхнули яркими огоньками чистого, незамутнённого желания. Но она не двинулась с места, продолжая стоять на безопасном расстоянии, словно дикий зверёк.
— Эй, если не возьмёшь, я сам съем, — пошутил он, делая вид, что подносит мороженое ко рту.
Она сделала крошечный шажок вперёд, но тут же отступила, не сводя голодного взгляда с лакомства.
Линь Фэн мягко улыбнулся и протянул мороженое ещё ближе, так, что девочке оставалось лишь вытянуть руку.
Она долго колебалась, борясь с искушением и страхом. Наконец, решительно прикусив нижнюю губу, она сделала ещё один неуверенный шаг и дрожащими пальчиками взяла его. Осторожно, словно боясь, что оно растает или исчезнет, она откусила крошечный кусочек. И в тот же миг её лицо озарилось такой чистой, такой ослепительной улыбкой, словно она и вправду стала маленькой принцессой, получившей в дар величайшее сокровище мира.
Но улыбка на лице Линь Фэна тут же угасла, сменившись мрачной, тяжёлой тенью.
На улице стояла удушающая жара, а девочка была одета в поношенную кофту с длинными рукавами. Её кожа была смуглой от грязи и солнца, а руки — худыми и костлявыми. Но страшнее было другое. Когда она потянулась за мороженым, рукав кофты задрался, на долю секунды обнажив её запястье. То, что он увидел, заставило кровь застыть в его жилах: кожа была покрыта уродливыми синяками — старыми, желтовато-зелёными, и свежими, иссиня-чёрными.
Теперь он присмотрелся внимательнее и заметил, что и на её лице, под слоем грязи, проступают такие же следы.
Какие же изверги могли сотворить такое с ребёнком? Заставлять попрошайничать — это уже мерзко. Но избивать её? Так жестоко? Такие… нелюди хуже зверей.
Глядя на сияющее от счастья лицо девочки, так бережно державшей своё мороженое, словно оно было сделано из хрусталя, Линь Фэн с трудом сдерживал подступающую к горлу ярость. Нет. Он не уйдёт. Он не может просто так уйти. Этих тварей нужно проучить. И не как полицейский, не по закону. А как простой мужик — так, чтобы им мало не показалось.
И в этот миг, словно материализовавшись из раскалённого воздуха, к ним подошёл парень с копной выкрашенных в ядовито-жёлтый цвет волос. Не говоря ни слова, он выхватил у девочки мороженое, с омерзением швырнул его на грязный асфальт и с силой растоптал ногой.
— Жрать, жрать, только и знаешь, что жрать! — злобно прошипел он, его лицо исказилось от ярости. — Ты что, сдохнешь без этого дерьма?!
С этими словами он грубо вырвал из её ослабевших пальцев стоюаневую купюру.
Девочка ошеломлённо смотрела на грязное, растоптанное месиво на асфальте. В её огромных глазах погас последний огонёк. В них не осталось ничего — ни слёз, ни обиды, ни страха. Лишь пустота. Словно в этот миг весь её крошечный мир рухнул, оставив после себя лишь холод и безразличие.
— Чего застыла, дрянь?! — взревел парень. — Живо пошла клянчить деньги!
Он замахнулся, готовясь наотмашь ударить её по лицу.
Но его ладонь, так и не достигшая цели, в воздухе перехватила чужая рука. Крепкая, как стальные тиски.
Крашеный обернулся и встретился с глазами Линь Фэна. С глазами, в которых плескалась ледяная, смертельная ярость.
— Кто ты такой? — холодно, почти беззвучно спросил Линь Фэн. Каждое слово, произнесённое им, падало в раскалённый воздух, словно осколок льда. — Почему ты забрал её деньги? Зачем ты растоптал её мороженое?
Парень дёрнулся, инстинктивно пытаясь огрызнуться, но, столкнувшись с этим звериным, нечеловеческим взглядом, сник и промямлил:
— Я… я её отец.
Линь Фэн не отвёл взгляда. Его голос стал ещё тише, ещё смертоноснее.
— Тогда скажи мне, отец… зачем ты растоптал её мороженое?
Сколько времени нужно, чтобы съесть одно мороженое? Пять минут? Десять? Он мог понять — с трудом, но мог — почему тот забрал деньги. Но лишать ребёнка этой крохотной, мимолётной радости? Этого он не понимал. И никогда не поймёт.
http://tl.rulate.ru/book/143772/7582914
Maririska (ветеран рулейта/заложение основ)
28 октября 2025 в 13:06
1
Готово:
