Слова Гао Кая легли на них тяжким грузом.
Они, конечно, догадывались, что на лесоповале будет несладко, но чтобы человеческая жизнь там не стоила и ломаного гроша... к такому они были не готовы.
— Брат Кай, у меня вопрос, — немного помедлив, произнёс Ли Тяньшунь. — Если мы сбежим, и в лагере решат, что нас загрызли звери... нам же выпишут свидетельства о смерти. Мы же тогда станем людьми без документов, без прописки! Мы никогда не сможем выбраться из тайги!
— Хе-хе, не переживай, — спокойно ответил Гао Кай. — Я всё продумал. Этот дом... я уже договорился с человеком с чёрного рынка. Он оформил нам троим новые документы. Теперь моё имя — Гао Дакай, твоё — Ли Тяньюань, а Увальня — Лю Дакан. Наша новая прописка — здесь, в этом доме. Завтра я заберу домовую книгу. Как только мы уедем на лесоповал, мы навсегда порвём со своей прошлой жизнью. Старые документы нам больше не понадобятся.
Услышав это, Ли Тяньшунь и Лю Увалень с облегчением выдохнули. Раз у них будет официальный статус, они не станут бесправными бродягами, запертыми в тайге навечно.
Во всей провинции Хэйлунцзян район Большого Хингана был на самом строгом контроле. С одной стороны — из-за огромных запасов древесины, с другой — из-за длинной границы с Советами. Власти опасались, что советские шпионы могут проникнуть в страну через таёжные дебри.
Поэтому контроль здесь был жёстче, чем где-либо ещё. Чтобы попасть в Большой Хинган, обычного разрешения на передвижение было недостаточно — требовался специальный пограничный пропуск. И если попасть внутрь было ещё относительно просто, то выбраться обратно — почти невозможно. Требовались проверки на всех уровнях.
Гао Кай прекрасно знал здешние порядки. В прошлой жизни он провёл в этих краях слишком много времени.
Пока по всей стране уже гремели экономические реформы, Большой Хинган оставался закрытой зоной. Лишь в 1984 году мелким торговцам разрешили ездить в посёлки и уездные города. А пограничный режим ослабили только после девяностого года, когда Союз уже распался.
Но к тому времени, когда в остальном Китае реформы шли полным ходом, Большой Хинган только-только начинал просыпаться. Лесные ресурсы были практически истощены, и все лесоповалы пришли в упадок. Лесное управление пыталось спасти ситуацию, запускало новые проекты, но было уже поздно. Именно тогда рабочим разрешили уходить в бизнес или искать другую работу.
Видя, что его братья готовы идти с ним до конца, Гао Кай решил посвятить их во все тонкости.
— Большой Хинган — это кипящий котёл. Хоть армия и следит за порядком, не допуская крупных бунтов, для простого человека это — территория беззакония.
Он сделал паузу, собираясь с мыслями.
— Там живут самые разные народы. Больше всего орочонов и эвенков, но есть и представители других малых народностей. Повсюду — пограничные войска и лесоповалы. Есть и поселения ханьцев — потомков тех, кто бежал в тайгу от войн несколько десятилетий назад. Все они живут за счёт тайги: лес, дичь, рыба, ягоды, коренья.
— Но главное — в глухой тайге полно не только советских шпионов, но и беглых каторжников, отчаянных головорезов. Там действуют контрабандисты, которые таскают через границу советские радиоприёмники и прочую технику. Добавьте к этому местных охотников и браконьеров, и вы поймёте, что такое настоящая территория беззакония.
— Там постоянно пропадают люди. Ушёл на охоту и не вернулся — обычное дело. Никто не будет разбираться. Все по умолчанию считают, что его задрал зверь. Этим и пользуются бандиты — убивают и грабят, зная, что им ничего не будет. В тайге полно ценной пушнины, редких лекарственных трав. Это привлекает всякий сброд, который нелегально пробирается в тайгу за лёгкой наживой.
Он обвёл друзей тяжёлым взглядом.
— Вы должны быть готовы. Наш план побега основан на том, чтобы инсценировать нападение дикого зверя. После этого нам придётся какое-то время жить в лесу, пока лагерное начальство не выпишет нам свидетельства о смерти. И только потом мы сможем тайно вернуться в Харбин. Это значит, что нам придётся выживать на этой территории беззакония. Теперь вы понимаете, почему я говорил, что нам понадобится оружие? Если у нас не будет стволов, нас прикончат не звери, так бандиты. Только оружие даст нам шанс выжить в тайге.
При этих словах Ли Тяньшунь и Лю Увалень снова напряглись.
— Брат Кай, — с тревогой в голосе произнёс Ли Тяньшунь, — я в жизни ружья в руках не держал... Если всё так, как ты говоришь, разве я смогу выжить в лесу? Я же даже стрелять не умею.
— Не переживайте, — уверенно ответил Гао Кай. — Были бы деньги, а оружие и патроны мы купим. Когда окажемся в лесу, будете тренироваться каждый день. Месяца не пройдёт, как научитесь стрелять. Меткость — дело наживное, она приходит с практикой. Хороший стрелок вскормлен пулями, а не талантом.
Он посмотрел на них, и в его голосе прозвучала непоколебимая уверенность.
— Человек, который вернулся с лесоповала, рассказал мне всё о здешних лесах. Он даже указал несколько тайных убежищ, где мы сможем переждать опасность. Поверьте мне. Я всё продумал. Я не из тех, кто лезет в омут с головой.
Эти слова немного успокоили Ли Тяньшуня и Лю Увальня. Это придало им хоть какую-то уверенность.
http://tl.rulate.ru/book/143621/7499882
Готово:
