— Я прошёл собеседование, — слова Шао Цзина вернули её в реальность.
— В следующем месяце выхожу на новую работу, сегодня у меня ужин с коллегами. Та женщина на пассажирском сиденье — сотрудница новой компании, будем работать вместе. Не надо ревновать по пустякам.
Услышав это, Чжоу Минси немного успокоилась, но почти сразу же почувствовала себя подлой.
Она совершила ошибку и теперь словно пыталась утянуть его за собой в эту пучину.
— Наверное, зарплата повысилась? Сколько будешь получать? — прочистив горло, спросила она.
Шао Цзин назвал сумму, от которой у Чжоу Минси снова затрепетало левое веко.
Сунь Вэньянь говорила, что левый глаз дёргается к деньгам, и, похоже, это правда.
— В предыдущей компании у меня были акции, после ухода могу их продать.
— Сколько? — её голос звучал сдавленно.
Шао Цзин назвал ещё одну сумму.
— Так много… — она была в шоке.
С этими деньгами они практически достигли начальной финансовой свободы.
— Может, купим просторную квартиру? Или большой загородный дом? — на мгновение она забыла об измене, думая лишь о том, как потратить эти деньги.
Шао Цзин повернулся к ней:
— Не зарывайся. — Он сделал паузу. — Ты серьёзно думаешь вложить все деньги в недвижимость прямо сейчас?
— Тогда положим на депозит и будем жить на проценты. — У них также были акции и фонды, но все они оказались в минусе.
Фондовый рынок — это место, где тебя могут обобрать до нитки, и Чжоу Минси больше не хотела с ним связываться.
После раздумий она пришла к выводу, что банк — самое надёжное место.
— Когда появится ребёнок, расходов будет много, — неожиданно сказал он.
— Ребёнок? — Чжоу Минси выпалила. — Какой ещё ребёнок?
— Мне 32, — холодно ответил Шао Цзин. — Как ты думаешь, зачем мне менять квартиру?
Их нынешняя квартира в хорошем районе, с приличной школой рядом, но окружение оставляло желать лучшего, да и комнат всего две. С ребёнком места точно не хватит.
Шао Цзин хотел купить трёхкомнатную квартиру, желательно в том же районе. Он уже связался с агентом, и в ближайшее время ему начнут предлагать варианты.
— Я пока не хочу детей, — сказала Чжоу Минси. — Я же говорила тебе, что мой 3D-мобильный проект скоро перейдёт в стадию анимации. Работа начнётся в ближайшее время, и мне снова придётся задерживаться. Сейчас не лучшее время для ребёнка.
Хотя с Чэн Цзянем она говорила об уходе легко и без колебаний, Чжоу Минси отлично понимала, что не готова бросить работу.
«Путешественник во времени» был для неё цифровым питомцем. Она наблюдала, как он растёт, развивается, как стремительно набирает популярность. За эти годы другие компании, выпускающие игры для женщин, не раз пытались переманить её, предлагая высокие зарплаты, но Чжоу Минси оставалась непреклонной.
Однажды она так измоталась на этом проекте, что попала в больницу, а постоянные переработки привели к психологическим проблемам. Она вложила в игру слишком много сил. В прошлом году компания уже заявляла о возможном выходе на биржу, и хотя тогда ничего не вышло, Чжоу Минси знала — это вопрос времени.
У неё были акции компании, и после IPO она могла получить крупную сумму.
Поэтому сейчас она не могла позволить себе ребёнка.
— Ты сам говорил, что только я решаю, заводить ли ребёнка и когда, — напомнила она, но, почувствовав, что прозвучало слишком резко, смягчила тон. — Правда, сейчас не время. Ну и что, что тебе 32? Ты ещё молод. Посмотри на наших ровесников — большинство даже не женаты.
— Назови хотя бы приблизительные сроки.
Он говорил так же сухо, как если бы требовал от подчинённых: «Сделай презентацию» или «Напиши отчёт».
— Не могу, — покачала головой Чжоу Минси. — Минимум два-три года, максимум — три-пять.
— Тогда давай вообще не будем заводить детей, — предложил он.
— И так сойдёт. — Чжоу Минси никогда не испытывала интереса к детям и не представляла себя в роли матери.
Её мать была вспыльчивой, в детстве она постоянно кричала на дочь, хотя после обычно старалась загладить вину.
Чжоу Минси с детства научилась угадывать настроение окружающих, и в ней не было и тени избалованности единственного ребёнка.
Только с Шао Цзином она осознала, что достойна любви и что её можно получать не только через угождение.
В период медового месяца тот, кого любят, часто ведёт себя беспечно. Чжоу Минси прожила больше двадцати лет под эмоциональным прессингом родителей, но затем поняла, что и сама может манипулировать чувствами, причём её жертва будет только рада.
Она интуитивно начала «дрессировать» Шао Цзина, как собаку.
Тот, будучи инженером за двадцать без опыта отношений, привязался к ней всей душой и терпел все её капризы.
Чжоу Минси почувствовала вседозволенность и, постоянно испытывая его, утверждалась в мысли, что он «без ума от неё».
Но когда страсть угасла и наступила монотонность семейной жизни, Шао Цзин будто очнулся. Он больше не поддавался на её уловки.
Он хотел равенства и уважения.
Как ни смешно, за тридцать лет Чжоу Минси так и не научилась любить по-настоящему.
Сегодня она не солгала Чэн Цзяню: в прошлом году в Синьцзяне они с Шао Цзином переживали кризис, и впервые она задумалась об их проблемах.
Она хотела, чтобы он снова стал прежним — безропотным и готовым отдавать.
Но Шао Цзин отказался. Он больше не был так снисходителен.
Чэн Цзянь стал её спасательным кругом. Или, точнее, она переспала с ним отчасти из желания отомстить Шао Цзину.
Раз ты меня не любишь, найдутся другие.
Автор:
Жэнь Пиншэн
http://tl.rulate.ru/book/143395/7425310
Готово:
