◎ Пальцы, смоченные влагой ◎
Утреннее солнце, наполненное особым светом раннего лета, ярко освещало постаревшие окна архивной комнаты. Высокие металлические стеллажи были забиты пожелтевшими нотами, сценариями и теоретическими трудами.
Когда сценарист Чжан и Юй Мэн вошли, Линь Циу склонилась над раскрытой тетрадью и тщательно делала пометки.
— Доброе утро, учитель Чжан, доброе утро, Юй Мэн, — голос девушки звучал слегка хрипловато.
Сценарист поправил очки, и его лицо сохраняло привычную серьёзность.
— Сяо У, ты уже здесь, как раз вовремя, — он указал на стул напротив и без предисловий спросил. — О тех двух отрывках, что ты упоминала — на каких именно страницах оригинальной партитуры они находятся? Есть ли шанс найти черновики или заметки твоего отца с вариантами аранжировок?
Линь Циу тут же открыла принесённые ноты и уверенно ткнула пальцем в помеченные загибами страницы.
— Учитель Чжан, вот здесь — начало allegro в третьей части и финальное adagio в пятой.
Одновременно она осторожно извлекла из рюкзака тетрадь, завёрнутую в крафтовую бумагу.
— Это записи моего отца о характерных мелизмах и глиссандо в стиле юэских напевов Наньинь, а также его мысли о совмещении стилей. Возможно, это может пригодиться.
Она бережно подвинула тетрадь к Чжану, который, словно обрёл сокровище, надвинул очки на переносицу и жадно начал листать.
— Отлично! Просто великолепно! — воодушевлённый, он тыкал пальцем в страницы, и морщинистое лицо его озарилось. — Есть направление, есть ориентиры, теперь всё пойдёт как по маслу! Юй Мэн, тебе нужно раздобыть самые чёткие копии этих отрывков из оригинальной партитуры и примеры классических вокальных партий в стиле Наньинь с пометками об эмоциональных акцентах! Сяо У, со мной — будем прорабатывать ключевые фразы по методике твоего отца!
— Есть, учитель Чжан! — Юй Мэн тут же ринулась к шкафам.
— Хорошо.
Трое плотно обступили заваленный бумагами круглый стол и мгновенно погрузились в работу.
Комната наполнилась шелестом перелистываемых страниц, приглушёнными горячими спорами и скрипом пера, выводившего ноты.
Время текло незаметно, пока в дверь не постучали.
Чэнь Юнь, сияя, заглянула в комнату с бумажным пакетом.
— Всех с передышкой! Подкрепляемся углеводами!
Она раздала три стакана с ледяным чаем, по которым стекали капли.
— Держите. Говорят, в Гонконге за этим чаем очереди. Еле достала. Попробуйте, хорош ли?
Аромат молочного улуна разлился по помещению.
Юй Мэн, ликуя, швырнула папку с ксероксами.
— Спасибо, Юнь-цзе! Я уже сохну как верблюд! — она вонзила трубочку и жадно глотнула.
Линь Циу отложила ручку, размяв запястье, и взяла свой стакан.
— Благодарю, учитель Чэнь.
— Да брось ты церемонии, — улыбнулась та, взглядом старшей сестры окинув девушку, и тихо добавила. — Сестрёнка Циу, не переживай так. Директор Цзян хоть и резковата, но добрая душа. Она просто болеет за проект, не принимай близко к сердцу.
Линь Циу сжала стакан, и капли влаги смочили её кончики пальцев.
Она покачала головой спокойно, но твёрдо.
— Учитель Чэнь, слова директора Цзян меня не задели. Сейчас я сосредоточена лишь на одном — сделать эту работу как можно лучше.
Чэнь Юнь, встретив её ясный уверенный взгляд, одобрительно кивнула и похлопала по плечу.
— Вот это настроение! Тогда не отвлекаю, — подхватив пустой пакет, она бесшумно выскользнула, прикрыв дверь.
Вдохновлённые чаем, они с новыми силами погрузились в обсуждения, пробы, отвержения и новые попытки. Ключевые моменты совмещения стилей, как маяк в тумане, постепенно проступали сквозь нотные строчки.
Солнце поднялось, пересекло зенит и начало клониться к закату. Сценарист Чжан наконец откинулся на спинку стула, пододвинув последний исправленный лист.
— Готово, каркас собран! — он снял очки, потирая переносицу, и усталость смешивалась с удовлетворением на его лице. — Сяо У, по методике твоего отца эти вставки не режут слух, а будто созданы для этой партитуры! Юй Мэн, у тебя готовы пометки?
— Так точно, учитель Чжан! — та протянула стопку копий.
— На сегодня хватит, — он глянул на часы. — Все на ужин и отдых. Завтра — детализация. Сяо У, сегодня ещё раз проработай вокальные партии в стиле Наньинь, потому что это сложный момент, но ключевой!
— Хорошо, учитель Чжан, — девушка аккуратно упаковала отцовские записи.
Попрощавшись, она быстрым шагом вышла из театра. Вечерний ветерок, пропитанный прохладой, развеял духоту архива.
Поймав такси, она торопливо бросила.
— Южные ворота Гонконгского университета, побыстрее, пожалуйста.
Машина лавировала в потоке, а Линь Циу, прислонившись к стеклу, мысленно повторяла мелодичные фразы, и её пальцы бессознательно отстукивали ритм на коленях.
Сегодня был день группового выпускного фото.
На площади перед актовым залом толпились однокурсники в мантиях и квадратных шапочках, оживлённо фотографируясь.
Переодевшись, Линь Циу поспешила к месту сбора, но вдруг замедлила шаг, уловив странную атмосферу, потому что несколько студентов украдкой поглядывали на неё и перешёптывались.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/143137/7380740
Готово:
