— Хм? — его голос прозвучал низко и бархатисто, с непоколебимой уверенностью, а взгляд стал тяжёлым. — Разве не естественно, когда муж сопровождает жену за обедом?
Сердце Линь Циу пропустило удар. Его горячее дыхание обожгло её лоб, оставив ощущение жара, и ей оставалось лишь встретить его пронизывающий взгляд, так как отступать было некуда.
Дыхание её участилось.
Хо Тинчжоу задержал взгляд на её порозовевших щеках, и, казалось, её реакция его удовлетворила. Не говоря более ни слова, он отступил на полшага, восстанавливая привычную дистанцию, будто его недавнее навязчивое приближение никогда не происходило.
* * *
За окном неоновые огни переливались, словно светящаяся река.
Хо Тинчжоу сидел напротив неё, непринуждённый и элегантный, а его голос вновь приобрёл обычную сдержанность.
— Что хочешь заказать?
Линь Циу очнулась и невольно переплела пальцы.
— А... всё равно, — ответила она быстро, с привычной осторожностью, так как выбор блюд никогда не был для неё важным, особенно в присутствии Хо Тинчжоу.
Он не стал настаивать, лишь слегка кивнул, подняв руку и постучав костяшками пальцев по перегородке.
— В «Наньюнь».
— Хорошо, господин Хо, — шофёр тут же ответил, и перегородка снова поднялась.
Линь Циу слегка замерла. Название «Наньюнь» казалось знакомым, возможно, это был высококлассный ресторан, специализирующийся на кухне Миньнань.
Она невольно подняла взгляд на Хо Тинчжоу. Мужчина закрыл глаза, и его профиль в свете фонарей казался ещё более замкнутым, не выдавая никаких эмоций. Откуда он знал, что она родом из Цюаньчжэня?
Необъяснимое чувство, словно множество пузырьков, начало подниматься в её груди.
Машина остановилась перед уединённым зданием в традиционном стиле. Белые стены, черепичная крыша, у входа висели два скромных фонаря с каллиграфической надписью «Наньюнь».
Официант, явно узнавший машину Хо Тинчжоу, почтительно открыл дверь и провёл их через извилистый коридор к уединённому залу у воды.
Деревянная дверь с резьбой открылась, раскрывая небольшое, но изысканно обставленное пространство, наполненное лёгким ароматом зелёного чая.
Сев за стол, они получили меню от официантки в строгом ципао. Хо Тинчжоу, не глядя, подвинул его к Линь Циу.
— Выбирай.
Она взяла тяжёлое меню, и её пальцы скользнули по фотографиям и знакомым до боли названиям: заливное из морских червей, утка с имбирём, суп с морскими гребешками... Каждое название было как ключ, открывающий воспоминания о приморском городке, пропитанном солёным ветром.
Она сжала губы, подавляя нахлынувшие чувства, заказала несколько классических блюд с мягким вкусом и вернула меню Хо Тинчжоу.
Тот не стал его брать, а просто сказал официантке.
— И добавьте «Прыгающего Будду» по-старому.
— Конечно, господин Хо, — официантка поклонилась и вышла, тихо закрыв дверь.
Вскоре на столе появились изысканные закуски. Линь Циу взяла кусочек прозрачного заливного, и знакомый вкус — прохладный, с лёгкой кислинкой и остротой — расслабил её напряжённые нервы.
— Чжао Минчэн говорил, — Хо Тинчжоу, сохраняя достоинство, вытер руки горячим полотенцем и взял палочки, плавно меняя тему, — что аранжировку «Стаи птиц, возвращающихся в гнездо» поручили тебе?
Рука Линь Циу замерла в воздухе, сердце сжалось. Она опустила палочки и встретила его взгляд.
Его глаза были спокойны, будто речь шла о рядовом деле, но это не позволяло ей отмахнуться.
— Да, — она кивнула, пальцы непроизвольно сжались. — Давление действительно велико. Эта мелодия слишком известна, и плохая аранжировка может оказаться пародией.
Её голос звучал искренне, но в словах чувствовалась упрямая решимость.
— Но я всё же попробую. Раз уж госпожа Цзян дала мне этот шанс, я не хочу подводить доверие.
Хо Тинчжоу слегка прикрыл глаза, пальцы замерли на чашке.
Линь Циу сделала глоток чая, чтобы смочить пересохшее горло.
— Не ради того, чтобы доказать что-то другим, а чтобы однажды мой отец мог искренне гордиться дочерью, — при упоминании отца, Линь Чжэна, её взгляд потускнел, голос стал тише. — Но сейчас он...
— Состояние твоего отца стабильно, — голос Хо Тинчжоу был ровным, но в нём звучала утешительная нотка. Он положил на её тарелку кусочек жареных устриц в яйце. — Я видел последний отчёт: врачи считают, что через полгода он сможет вернуться на родину.
Линь Циу резко подняла голову, её круглые глаза расширились от удивления.
— Правда?
— Угу, — его короткий ответ был как глоток спокойствия.
Он поднёс чашку к губам, пальцы скользнули по тёплому фарфору, и он небрежно добавил.
— На днях звонила старуха.
Линь Циу, всё ещё обрадованная новостями об отце, застыла.
— Свекровь? Она в порядке?
— В полном здравии, — его тон не изменился, но проницательный взгляд остановился на ней. — Просто упомянула, что давно тебя не видела.
Её ресницы дрогнули, взгляд стал вопрошающим.
— Она хочет тебя видеть, — его голос был нейтрален, будто речь шла о чём-то обыденном. — Как-нибудь сходим в усадьбу Хуаюэ?
Воздух будто застыл.
Пальцы Линь Циу бессознательно сжали край салфетки на коленях. В каком качестве ей идти? Как супруга или просто как она сама?
Неловкость и вина сдавили грудь. Она открыла рот, но слова застряли в горле.
Хо Тинчжоу не торопил, лишь налил ей чаю.
— Что, — он поднял глаза, уловив её растерянность, уголки его губ дрогнули, — не хочешь увидеть Коко?
— Коко?!
В её глазах вспыхнули звёзды, все сомнения растворились в чистой радости.
Хо Тинчжоу, отметив её сияющий взгляд, понял, что его «козырь» сработал.
Он выжидающе смотрел на неё.
Она энергично кивнула, голос звенел от нетерпения.
— Когда пойдём?
В глубине его глаз мелькнула тень улыбки.
Он подвинул к ней горшочек с «Прыгающим Буддой». Ароматный бульон дымился, переливаясь янтарными оттенками.
— Ешь.
[Авторская ремарка]
Хо Тинчжоу, ты настоящий лис. [очки]
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/143137/7380739
Готово:
