От тошноты и рвотных позывов у Цинь Цзю навернулись слёзы, хотя она понимала, что с едой, скорее всего, всё в порядке, потому что раньше она спокойно ела то же самое, но отвращение возникало на психологическом уровне.
Возможно, однажды она снова онемеет, как в прошлом, и будет безропотно есть пищу из приюта.
Цинь Цзю вытерла слёзы, прополоскала рот и умылась, затем взглянула в окно.
В душе она тихо позвала Гуанмина, и тот, почувствовав её зов, прилетел на подоконник, с любопытством склонив голову набок.
Он ощущал тревогу, исходившую от Цинь Цзю, хотя вокруг не было никакой угрозы.
— Гуанмин, проверь, нет ли снаружи камер, направленных на моё окно, — шепотом попросила Цинь Цзю.
Получив приказ, Гуанмин взмахнул крыльями и улетел в сторону заката.
Цинь Цзю начала распаковывать вещи из чемодана, как вдруг раздался стук в дверь.
Она прервалась, подошла к двери и осторожно спросила:
— Кто там?
— Сестрица Цзю, это я, Сяо Цин.
В памяти Цинь Цзю всплыл образ мальчика, выходившего из столовой с чемоданом. Она открыла дверь и увидела его, держащего в руках набор для умывания.
— Ты принёс мне это? — спросила Цинь Цзю.
Сяо Цин кивнул. Его глаза были мутными, почти без зрачков, но Цинь Цзю почувствовала, что он смотрит прямо на неё.
Он протянул ей предметы и уже собирался уйти, но Цинь Цзю остановила его:
— Сяо Цин, я раньше тебя не видела. Когда ты попал в приют?
Мальчик застыл, будто её вопрос нарушил запрограммированную в нём последовательность действий. Медленно развернувшись, он ответил:
— Два месяца назад.
Цинь Цзю улыбнулась и помахала ему, давая понять, что он может идти.
Сяо Цин двигался, как робот со сломанными суставами, потому что правая нога уже шагнула вперёд, а левая застыла на месте. Ему потребовалось несколько попыток, чтобы заставить тело слушаться, и лишь потом он ушёл.
Цинь Цзю проследила за ним взглядом, пока он не скрылся за поворотом коридора, затем закрыла дверь и повернула ключ.
Как раз в этот момент вернулся Гуанмин. Он сел ей на руку и тихо чирикнул.
— Есть что-то? — спросила Цинь Цзю.
Гуанмин покачал головой.
Это был плохой знак, потому что если камер не было, значит, директор Лу следила за ней каким-то другим, более скрытным способом.
Она вернулась сюда, чтобы найти документы из своих воспоминаний, но теперь, не зная, как именно за ней следят, действовать стало гораздо сложнее.
Подумав, Цинь Цзю решила, что сегодня ночью попытается пробраться в кабинет директора.
В комнате, где не было никаких развлечений, она включила терминал и переписывалась с друзьями.
Однокурсники с факультета ухода за питомцами уже разъехались по домам. Илайдэ даже прислал фото, где он играет с Сяо Фэном.
В чате студенческого совета было тихо, потому что только Цзинь Чэн активно постил красивые пейзажи, а остальные лишь изредка отвечали смайликами.
Вскоре Цзинь Чэн начал ныть, что все его игнорируют и ему одиноко.
Цинь Цзю невольно улыбнулась, наблюдая за его выходками, но она знала, что это лишь способ Цзинь Чэна отвлечься.
Королевская семья Звезды Утреннего Короля была далека от идеала, так как под внешним благополучием скрывалась гниющая сердцевина.
И если Его Высочество Сакэсэн не решится на радикальные меры, последствия будут катастрофическими.
Ночь опустилась на приют, погрузив всё в тишину.
В темноте открылись глаза Цинь Цзю, которая заранее выключила свет и лежала неподвижно, чтобы создать видимость сна.
Несколько раз она чувствовала, как директор Лу подходила к двери, проверяя, спит ли она. Убедившись, ректор выключила свет в коридоре и ушла.
Гуанмин тоже спал на подоконнике, но проснулся, когда Цинь Цзю встала.
Будучи боевым зверем-разведчиком, он чутко реагировал на любое движение, поэтому даже тихий шаг Цинь Цзю не ускользнул от его внимания.
Гуанмин взмахнул крыльями, но не издал ни звука, подлетел к ней и нежно ткнулся клювом в щёку.
Цинь Цзю легонько прикоснулась к его клюву, призывая к тишине.
Осторожно поднявшись, она постаралась не шуметь, приоткрыла дверь и осмотрела коридор.
Темнота сгущалась по обоим концам, словно чёрные воронки, готовые поглотить всё.
Лунный свет, пробивавшийся сквозь окно, освещал лишь небольшой участок пола перед ней.
Ни шорохов, ни голосов — только звенящая тишина, в которой слышался собственный пульс Цинь Цзю.
Слишком тихо, будто она попала в иной мир.
Это был идеальный момент.
Цинь Цзю крадучись вышла из комнаты, закрывая дверь так, чтобы щёлкнуть лишь самым тихим замком.
Она замерла, прислушиваясь, и, убедившись, что всё спокойно, двинулась к кабинету директора.
Но в тот же миг раздался скрип, и дверь соседней комнаты распахнулась.
Резкий звук ударил по слуху Цинь Цзю, как гром. Она обернулась, но за спиной никого не было, так как дверь, которая только что открылась, теперь плотно закрылась, будто её и не трогали.
Цинь Цзю окинула взглядом все двери в коридоре, и все были на месте. Казалось, звук существовал только в её воображении.
В тишине она слышала, как учащённо бьётся её сердце. Сделав глубокий вдох, она повернулась обратно, и тут прямо перед собой услышала знакомый голос:
— Сестрица Цзю, куда ты идёшь?
По спине Цинь Цзю пробежали мурашки. Она резко опустила взгляд.
Перед ней стояла Бэйбэй, держа в руках плюшевого мишку с почти оторванной головой.
Глаза игрушки казались живыми, и Цинь Цзю почувствовала, как его чёрные зрачки следят за ней.
Бэйбэй смотрела вверх мутными, как у Сяо Цина, глазами. Она появилась будто из ниоткуда.
Сдерживая дрожь, Цинь Цзю присела и натянуто улыбнулась:
— Бэйбэй, почему ты не спишь?
Девочка наклонила голову, не отрывая от неё взгляда:
— Я увидела, что сестрица Цзю не спит, и вышла.
Затем она указала на дверь за спиной Цинь Цзю:
— Я живу в соседней комнате.
http://tl.rulate.ru/book/141475/7206256
Готово:
