Глава 147. Ожесточенная битва с багбиром!
Гальвес выбрал Роланда в качестве главного героя своего произведения отнюдь не спонтанно.
Будучи бардом, странствующим по континенту уже много лет, Гальвес повидал немало одаренной молодежи. Но те либо были высокомерны и с презрением относились к его предложениям, либо, упиваясь своим талантом, в итоге забрасывали тренировки.
А Роланд среди всех этих гениев был словно глоток свежего воздуха.
Он был скромен и вежлив, и даже на назойливые расспросы Гальвеса в худшем случае лишь с досадой менял тему, никогда не говоря грубостей.
И этот юноша не только в столь раннем возрасте овладел отточенной боевой техникой, но и всего за несколько дней освоил рыцарскую дыхательную практику, а теперь уже и умело применял боевую ци.
Но самое ценное было в том, что, даже обладая таким выдающимся талантом, он сохранял почти суровую самодисциплину, посвящая почти все свое время оттачиванию мастерства и повышению силы.
Гальвес часто думал:
«Разве такой молодой человек — не идеальный кандидат в главные герои?»
Но, в отличие от него самого, с его простыми целями, Авриль была совсем другим делом.
При мысли об этой опасной женщине, предавшей эльфийский народ и пустившейся в бега, Гальвес невольно содрогнулся.
Хоть слухи о ее связях с дроу и не были подтверждены, но одних ее боевых заслуг в борьбе с подземными существами было достаточно, чтобы понять: она — далеко не наивная девушка, а хладнокровный и решительный воин.
Так с какой же целью она, скрывая свою истинную личность, сблизилась с Роландом?
«Уж не влюбилась ли она в его смазливую мордашку?» — пробормотал Гальвес про себя и тут же отверг эту абсурдную мысль.
Он никак не мог связать образ безжалостной Валькирии из Стражи Серебряной Луны с образом влюбленной девушки.
«Ладно…»
Бард покачал головой, снова взял гусиное перо и продолжил записывать накопившееся за этот месяц вдохновение.
«Как и сказал Роланд, по крайней мере, пока Авриль не проявляет враждебности. Что до похода на багбира…» — при мысли об этом свирепом существе, описанном в древних книгах, на лице Гальвеса не было и тени страха. — «…если действительно возникнет опасность, а Авриль продолжит притворяться, тогда придется вмешаться мне. Я не могу позволить, чтобы главный герой моей поэмы бесславно погиб в этом захолустье».
Под шуршание пера на бумаге, события их путешествия плавно ложились на страницы.
Перелистывая свой все более пухлый дневник, Гальвес удовлетворенно улыбнулся.
«Ха! Выбрать Роланда в главные герои было гениальной идеей!» — с некоторым волнением пробормотал он. — «Дайте ему еще немного времени, и даже тот Рудольф из рассказов учителя Вессны определенно будет превзойден! В конце концов, как может какой-то персонаж, бесследно исчезнувший в реке времени, сравниться с живой легендой?»
При мысли о похвале, которую он может получить после выполнения задания, уголки губ барда невольно поползли вверх.
Пока бард предавался мечтам о прекрасном будущем, Тереза и Авриль с поразительной скоростью уже выполнили свои задания.
Всего через день все четверо снова сидели за деревянным столом в гостинице.
Тусклый свет свечи отбрасывал на стол дрожащие тени. Тереза медленно развернула пожелтевший пергамент, ее палец указал на нарисованный углем уродливый силуэт.
— Согласно информации, предоставленной Гильдией авантюристов… — ее голос был низким и серьезным. — …размер багбира равен двум сложенным друг на друга взрослым мужчинам, а плечи шире, чем дверной проем таверны. — она сделала паузу, давая этому ужасающему образу сформироваться в сознании остальных. — Его сила достаточна, чтобы голыми руками рвать железные доспехи, а скорость такова, что он может ходить по опавшим листьям, не издавая ни звука. Но что еще опаснее — это его интеллект. — ее палец скользнул по строке. — Он умеет ставить ловушки, выбирает самый подходящий момент для нападения. И самое неприятное — если он чувствует, что дело плохо, он без колебаний отступает, а затем, словно призрак, прячется в тени, ожидая возможности для мести.
Тереза оглядела всех и отчеканила:
— По самым скромным подсчетам, для его уничтожения потребуется от трех до пяти воинов сверхъестественного уровня, действующих в безупречной координации. И это при условии, что он не сбежит.
— Об этом можно не беспокоиться, — внезапно вмешалась Авриль, ее веселый тон удачно разрядил напряженную атмосферу. Она нарисовала на столе плавный круг. — Я разведала местность в Долине Эха. —каштановые волосы эльфийской девушки качнулись, когда она игриво подмигнула. — Хоть там и много пещер и запутанных троп, но все выходы находятся внутри долины. — на ее губах появилась уверенная улыбка. — Стоит нам перекрыть единственный выход, и ему придется сражаться с нами в лоб. Кстати… — словно что-то вспомнив, добавила Авриль. — …похоже, из-за появления багбира, все монстры, что обитали в Долине Эха, бесследно исчезли.
— А вот это хорошая новость, — кивнул Роланд.
Хоть обычные монстры и не представляли для них угрозы, но отсутствие этих отвлекающих факторов, безусловно, помогало избежать ненужных случайностей.
Длинные пальцы Роланда ритмично застучали по столу. Он быстро обрабатывал полученную информацию.
Подумав мгновение, он взял перо и жирно обвел на пергаменте Терезы слова «мастер засад».
— Раз так… — Роланд отложил перо, его голос был спокойным и уверенным. — …мы будем действовать днем. Используем дым, чтобы выкурить его из пещеры и заставить сражаться с нами в открытую.
Его взгляд скользнул по каждому из спутников.
— План боя прежний. Я и Тереза — в ближнем бою, Авриль и Гальвес — поддержка на расстоянии. Вопросы есть?
Увидев, что все согласно кивнули, Роланд подробно доработал план действий.
На следующий день, на рассвете, все четверо на повозке отправились в Долину Эха.
Как и говорила Авриль, это некогда кишащее монстрами место теперь было пугающе тихим.
В ярких лучах восходящего солнца Роланд, сжав рукоять меча, повел отряд вглубь долины.
Пройдя через узкий проход, перед ними открылась широкая поляна, окруженная горами. На окружающих скалах виднелось несколько больших входов в пещеры и десятки мелких расщелин.
Убедившись, что вокруг безопасно, Роланд отдал тихий приказ.
Вскоре у входов в основные пещеры запылало несколько костров, и густой дым пополз внутрь.
Прошло некоторое время. Когда дым начал сочиться из мелких расщелин, в долине вдруг раздался глухой удар.
Все обернулись на звук и увидели, как из пещеры, словно молния, выскочила огромная фигура.
Почти без паузы, с пронзительным свистом, эта фигура уже была перед Роландом. Ее оружие, превратившись в черную молнию, с ужасающей мощью обрушилось на него.
На этот внезапный удар Роланд, который был наготове, отреагировал мгновенно. Его круглый стальной щит уверенно встретил удар.
— БУМ!
Пронзительный лязг металла эхом разнесся по долине.
Роланд нахмурился. Его руку пронзила острая боль, и он почувствовал, как немеют пальцы. Что еще хуже, всего от одного удара на стальном щите появилась заметная вмятина.
«Какая чудовищная сила…»
Мысли пронеслись в его голове, но руки не останавливались.
Мифриловый меч, сверкнув в воздухе, с резким свистом устремился к уязвимому месту противника.
Однако черная тень оказалась на удивление хитрой. Увидев, что внезапная атака не удалась, она с силой надавила своим тяжелым оружием на щит и, используя отдачу, легко, как перышко, отскочила назад.
— ВЖИК-ВЖИК-ВЖИК!
Почти в тот же миг три стрелы, пролетев по воздуху, вонзились в землю там, где только что стояла черная тень. Их оперение все еще сильно дрожало.
— Р-Р-РА-А-А!
Под оглушительный рев Роланд осторожно опустил щит и, сощурившись, принялся разглядывать врага.
Как и на рисунке Терезы, этот монстр был огромен и мускулист. Это, несомненно, и была их цель.
Багбир.
Но вблизи его внешность была далека от «медвежьей». Уродливое лицо больше походило на жуткую смесь орка и гоблина. Коричневая кожа была покрыта густой шерстью, из пасти торчали желтые клыки, а в алых глазах горел хитрый и жестокий огонь.
Рев багбира еще не стих, а битва уже возобновилась.
Первой атаковала Тереза. Словно серебряная молния, она ворвалась в бой. Ее рапира превратилась в ливень холодных вспышек, точно нацеленных в суставы багбира. Раздалась череда звонких ударов, но острие ее клинка оставляло на грубой коже лишь неглубокие белые царапины.
— Его шкура тверже железа! — крикнула Тереза, отступая. Ее запястье онемело от отдачи.
В тот миг, как багбир замахнулся на Терезу, три острые стрелы треугольником устремились к нему.
Авриль стояла на скале, ее тетива все еще дрожала.
Стрелы летели в глазницы, горло и подколенные ямки, заставив багбира с ревом отступить.
Как раз в тот момент, когда он собирался снова атаковать, поле боя пронзило пение Гальвеса.
Его пальцы, скользнув по струнам, создали звуковую волну, и движения багбира на мгновение заметно замедлились.
«Сейчас!»
С тихим рыком Роланд нанес выпад. Острие его мифрилового меча вспыхнуло ослепительным светом.
— ХРЯСЬ! — лезвие наконец прорвало шкуру и оставило на боку багбира глубокую, до кости, рану.
Хлынула зловонная кровь, но багбир издал странный, дикий смех.
Он резко развернулся и бросился к выходу из долины.
К единственному пути к спасению.
— И не мечтай! — Роланд уже преградил ему путь.
Меч и щит столкнулись, высекая сноп искр. Гравий под их ногами мгновенно превратился в пыль.
Путь к отступлению был полностью отрезан. Багбир внезапно замер.
Кровь, текущая из его раны, странным образом начала испаряться, превращаясь в красный туман, а его коричневая кожа быстро стала алой, как лава.
http://tl.rulate.ru/book/141021/7253323
Готово:
У неë разве не каштановые?