Глава 5. Первое знакомство со Светом
Лорн, шатаясь, прошёл ещё несколько десятков метров, прежде чем сознание окончательно покинуло его. Он нашёл место, которое показалось ему подходящим, — пещеру, чей вход был наполовину скрыт занавесом из чёрных лиан, свисавших с поваленного дерева. Убежище было ненадёжным, но в своём изнеможении Лорн был не в силах искать что-то лучше.
Прежде чем войти, он тщательно осмотрел окрестности и, не обнаружив следов других существ, с облегчением скрылся внутри. Пещера была тёмной, сырой и пахла гнилью. Лорн опустился в углу и достал свой скудный паёк — несколько кусочков вяленого мяса с заплесневелым хлебом.
Глаза защипало, но слёзы не шли — сказалось обезвоживание. Внезапные перемены, ужасающие твари, покушение на его жизнь — всё это тяжким грузом легло на душу. Хлеб в этом мире был безвкусным, как воск, и даже есть его было унизительно. Но он заставил себя медленно жевать, чтобы тело впитало каждую крупицу энергии.
Погрустив немного, он снова вернулся к размышлениям.
«Ранив того рыцаря смерти, я не получил никаких воспоминаний. Похоже, чтобы что-то перенять, нужно убить противника. Либо же есть какие-то ограничения на то, что я могу изучить».
Лорн прислонился к влажной стене пещеры, прокручивая в голове недавний бой.
«Разница в силе была огромной, но я смог его ранить. Значит, в этом мире нет такой жёсткой системы уровней, как в игре. Всё дело в навыках и способностях. Чёрный рыцарь Мардук… Имя до боли знакомое. Ах да, меч!»
Собрав остатки сил, Лорн поднял тяжёлый клинок. Этот меч был не просто оружием, а его единственной надеждой на выживание. Он отчётливо помнил, как, сжимая его в руке во время бегства, почувствовал невероятный прилив сил, позволивший ему мчаться по лесу почти всю ночь. Но теперь он был на пределе. В какой-то момент сознание покинуло его, и он замер без движения.
Весенняя ночь была влажной и душной. Вскоре после того, как Лорн уснул, его разбудили приглушённые голоса. Он тут же очнулся, но не смел пошевелиться — голоса раздавались прямо над ним.
— Тревога! Капитан Лефар, здесь свежие следы! Кто-то рядом! — раздался молодой голос, за которым последовал звон обнажаемых клинков.
— Держитесь за мной, — ответил мужчина постарше.
Затем послышался стук, словно кто-то ударил чем-то тяжёлым по земле. Его пытались выманить. С потолка пещеры посыпалась пыль.
Лорн понял, что это люди, но пережитый ужас не позволял ему расслабиться. Звуки приближались. Он с трудом поднялся, опустился на одно колено и крепко сжал чёрный меч, готовый в любой момент нанести удар.
Но это были не мертвецы. Прежде чем они приблизились, вход в пещеру озарился золотым светом, и огромный молот, объятый жёлтым пламенем, разнёс в щепки гнилое дерево, преграждавшее путь.
В проёме показался светловолосый мужчина. Он осторожно заглянул внутрь, его глаза были полны настороженности. В свете, исходящем от его молота, волосы казались ещё ярче, придавая ему немного бесшабашный вид.
«Паладин», — пронеслось в голове у Лорна.
Он не знал, друзья перед ним или враги, но что-то подсказало ему опустить клинок.
Увидев, что воин в пещере не проявляет агрессии, отряд опустил оружие и поспешил на помощь.
— Лорн Пелин, мы пока не можем подтвердить твою личность и не знаем, заражён ли ты. Прошу отнестись с пониманием, — сказал светловолосый, связывая Лорну руки за спиной, пока другой, более низкорослый паладин вливал в него поток Света.
Свет пах, как высушенное на солнце бельё, но при этом был неосязаем. Лорну это показалось забавным, словно какая-то внутренняя энергия из восточных сказок. Но он тут же почувствовал, как напряжение в мышцах спадает, а по телу разливается приятное тепло, будто после массажа.
«А что, — подумал Лорн, — если открыть на этом салон оздоровительных процедур?»
— Два дня назад на перекрёстке Корина мы столкнулись с армией нежити Артаса. Мы не можем позволить им пройти дальше. Там разместился наш орден Рыцарей Серебряной Длани, пятый и шестой пехотные полки Лордерона и местное ополчение — всего более пяти тысяч воинов. Перед моим уходом мы держали оборону, волны нежити разбивались о наши ряды. Но это были в основном обычные мертвецы, никаких чудовищ, о которых говорилось в донесениях, мы не видели.
Паладина звали Дави Лефар. Он усадил Лорна на своего коня и по пути оживлённо рассказывал о текущей обстановке. Лорн был удивлён такой откровенностью и, погружённый в свои мысли, молча смотрел на свой чёрный меч, который везли на отдельной лошади — таким он был тяжёлым.
Из разговора он понял, что это личная гвардия Дави и несколько его последователей. Весь отряд был на конях, и среди них было пятеро паладинов и около двадцати оруженосцев.
— Рыцарь Лефар, этот меч проклят. Скажите своим людям, чтобы были осторожны и не поранились, — предупредил Лорн.
Дави проследил за его взглядом и, бросив на Лорна незаметный взгляд, сказал:
— Сержант Пелин, вы в одиночку управляетесь с таким огромным мечом, это поразительно. Не могли бы вы рассказать, почему он проклят?
Говоря это, Дави жестом велел оруженосцу, крепившему меч, быть аккуратнее.
— Этот меч не мой. Перед тем, как встретить вас, я сражался с рыцарем смерти. Он назвался Чёрным рыцарем Мардуком. Это его клинок, я отнял его в бою.
Лорн говорил тихо, но внимательно следил за реакцией Дави. Он всё ещё не доверял им, кем бы они ни были.
Дави заметно напрягся, затем вскочил на коня и приказал отряду двигаться дальше. Они ехали в тишине, нарушаемой лишь стуком копыт и лязгом доспехов.
— Если я не ошибаюсь, есть только один известный рыцарь по имени Мардук — Мардук Блэкпул, ветеран Второй войны. Его брат был казнён за кражу военного имущества, а жена, его сообщница, покончила с собой в тюрьме. Мардук, вернувшись домой, убил чиновника, который вёл это дело, и исчез.
Дави внимательно осматривал окрестности. Редких мертвецов, появлявшихся на пути, оруженосцы убивали на скаку, не давая паладинам отвлекаться.
Словно что-то вспомнив, Дави продолжил:
— Рыцарь смерти… подходящее название. Артас обратил в нежить рыцарей королевства и даже благородных паладинов Серебряной Длани. Говорят, Андорал и мост через Тондрорил пали именно из-за внезапной атаки этих рыцарей смерти. Они не чувствуют боли, не боятся клинков и в бою сметают даже ряды Серебряной Длани. Должно быть, это был тяжёлый бой, Лорн.
Дави представил себя на месте рыцаря смерти и понял, что стал бы грозным противником. Разница в силе между обычным солдатом и рыцарем была огромна.
— Как рыцарь, я преклоняюсь перед храбростью воина, — с внезапным сочувствием произнёс он. — Прошу простить меня за эти меры. — Он с сожалением посмотрел на Лорна, неподвижно лежавшего на спине коня.
— Капитан Лефар, он уснул, — подъехав, доложил один из рыцарей.
Дави кивнул, и отряд продолжил путь. Его взгляд снова упал на Лорна, и он погрузился в раздумья. Судя по его словам и тому, в каком состоянии его нашли, это была жестокая схватка. Упомянутый им Мардук внушал Дави беспокойство.
Но сейчас у него не было времени на размышления. Он покинул оборонительный рубеж на перекрёстке Корина лишь с одной целью — спасти свой родной город, Дарроушир. Его осаждала нежить, и молодой гонец, рискуя жизнью, доставил мольбу о помощи. Но из-за готовящегося большого сражения никто не мог прийти на выручку.
Отряд Дави мчался под покровом ночи. Стук копыт был единственной музыкой в этой тишине. Рассказ Лорна о рыцаре смерти и проклятом мече заставил Дави по-новому взглянуть на угрозу, но мысли его были полны тревогой за родной дом.
На этой истерзанной чумой земле каждый боролся за свою жизнь. И сейчас судьбы Лорна и Дави сплелись воедино.
Глава 6. На выручку Дарроуширу
Рассветные лучи озарили Дарроушир. Но вместо утренней тишины город был объят пламенем и грохотом битвы. Горящие обломки падали за деревянные стены, а земля была усеяна костями и кусками плоти.
Некогда тихий городок с населением меньше двадцати тысяч, находящийся под юрисдикцией Стратхольма, теперь был на грани уничтожения. Жители в шутку называли его «западной сказкой озера Дарроумир» — окружённый горами Лордерон и густыми лесами, он был укрыт от ветров, славился своим мягким климатом и мирной жизнью.
После начала эпидемии чумы Дарроушир, благодаря своему удалённому расположению, стал убежищем для беженцев. За полмесяца его население выросло до тридцати тысяч, но вслед за людьми пришли полчища нежити.
Сначала это были лишь единичные мертвецы в лесу, с которыми легко справлялись трое паладинов Серебряной Длани и их двадцать всадников. Но вскоре в лесах стали появляться сотни тварей. Тогда в бой вступил гарнизон Дарроушира из пятисот человек, и вместе с рыцарями они создали безопасный коридор для беженцев.
Вскоре паладины поняли, что нежить атакует город целенаправленно и планомерно. Пришлось отступить и укрепить оборону.
И вот теперь все воины Дарроушира под командованием офицера Джозефа Редпата отбивали одну атаку за другой, и каждая давалась всё труднее. Гарнизон был пополнен тремя тысячами ополченцев из числа жителей и беженцев, и ещё пять тысяч были готовы в любой момент встать в строй. Но большинство из них были фермерами, никогда не державшими в руках оружия.
Неделя непрерывных атак истощила защитников. Поля вокруг города были усеяны тридцатью или сорока тысячами трупов нежити. Солдаты были на пределе физических и моральных сил. Отчаяние охватило их ряды.
Запасы стрел и болтов иссякли, и теперь приходилось сражаться в ближнем бою, что лишь усиливало страх в сердцах защитников. А прошлой ночью в рядах нежити появились воины в доспехах.
Сейчас силы Дарроушира были на исходе. Многие солдаты падали от усталости, и в воздухе витал запах смерти и безысходности.
Капитан Редпат смотрел на растущие ряды врага. Они разительно отличались от беспорядочной толпы мертвецов, что атаковала их раньше. Сотни воинов в доспехах Лордерона выстраивались перед защитниками Дарроушира — молчаливые и смертоносные.
Он знал, что этот бой станет решающим. В душе его царил пессимизм, но как командир он не мог сдаться. Ради своей маленькой дочери. Он вспомнил девочку с каштановым хвостиком, такую же вспыльчивую, как её мать. Сейчас она, такая послушная, помогала взрослым таскать припасы, и на её лице всё ещё сияла улыбка. Джозеф не смел даже представить, что станет с его домом, если нежить прорвётся.
— Солдаты, держать строй! — крикнул Редпат. — Вспомните о своих семьях! Мы не уступим им ни пяди земли!
Карин Редпат, его младший брат, первым вскочил на ноги и с яростным рёвом ответил:
— За Дарроушир! За наши семьи!
Он взмахнул мечом, и его пример воодушевил уставших воинов. Они снова подняли своё оружие — мечи, топоры, вилы и молоты — и встали на защиту города.
Поскольку у защитников закончились стрелы, нежить беспрепятственно подошла к стенам. Они не могли позволить врагу разрушить их, иначе город был бы обречён. Городские ворота были открыты, и нежить, как и ожидалось, хлынула в эту брешь.
Солдаты разобрали дома и из досок и брёвен соорудили внутри ворот полукруглую баррикаду, своего рода ловушку. Они пропускали нежить через узкие проходы и убивали их, имея численное преимущество.
Но против воинов в доспехах эта тактика была бесполезна. Несколько огромных мертвецов, не обращая внимания на летящие в них камни и тычки вилами, проломили баррикаду своими топорами. Щепки, словно снег, посыпались на лежащие на земле трупы.
Несколько лучников-мертвецов издалека начали обстреливать защитников. Крики раненых стали раздаваться всё чаще, потери росли. Редпат приказал Карину позвать на помощь измотанных паладинов Серебряной Длани.
В этот момент раздался яростный рёв. Мертвец с огромным топором прорвался через баррикаду, одним ударом разрубил пополам ополченца и замахнулся на другого. Воин попытался отбиться, но его зазубренный меч лишь отскочил от доспехов врага.
Видя, что топор вот-вот опустится, Джозеф Редпат, собрав все силы, ринулся к воину, прикрываясь щитом. В последний момент он подставил щит под удар. Удар был такой силы, что кожа на руке Редпата лопнула от напряжения. Воспользовавшись заминкой врага, он одним ударом отсёк ему голову.
От усталости он рухнул на землю.
— Капитан, вы в порядке? — солдат бросился к нему, чтобы помочь подняться, но в следующий миг стрела, пущенная издалека, пробила ему голову.
«Проклятье!»
Редпат оглядел поле боя. С появлением бронированной нежити их тактика рухнула, а потери среди новобранцев резко возросли. Не хватало ни доспехов, ни оружия, ни выучки. Но хуже всего было то, что они были людьми и их силы были на исходе.
Он видел, как мертвец с широким мечом обезглавил упавшего на колени от усталости воина. Это был Моргул, сын старого кузнеца с соседней улицы, парень, который постоянно просил научить его владеть мечом.
— А-а-а!
Издалека донёсся крик. Это был Эйвен, тихий и худой парень, библиотекарь, который записался в ополчение. Двое мертвецов схватили его за голову и за ноги и, как в перетягивании каната, подняли в воздух. Эйвен отчаянно цеплялся за них, борясь за жизнь. Но вот один из мертвецов дёрнул сильнее.
С глухим звуком тело разорвалось, и кровь хлынула на улицу. Безголовый торс, дёрнувшись, упал на землю, а мертвец швырнул голову в угол.
Глаза Редпата налились кровью. Ярость, словно пламя, охватила его. Он видел, как его солдаты гибнут один за другим, и сердце его разрывалось от бессильной скорби.
Он был занят одним врагом, как рядом появился другой. Он зарубил мечом ещё одного мертвеца, прорвавшегося через баррикаду, и посмотрел вдаль, где собиралась новая волна бронированных врагов.
Эта группа была ещё более грозной. В сверкающих доспехах, с ровным, уверенным шагом они двигались к городу. Бывшие защитники Лордерона, теперь превращённые в скелетов, шли в бой, чтобы уничтожить то, что когда-то защищали.
Их было не меньше трёхсот, и они намеревались одним ударом покончить с Дарроуширом.
Джозеф Редпат принял решение. Он должен был дать своим неопытным воинам ещё хотя бы несколько секунд. Он знал, что с мертвецами за его спиной разберутся паладины.
— За Дарроушир! За Памелу, — тихо, словно клятву, прошептал он.
Не крича и не призывая солдат, он поднял меч и шагнул навстречу врагу.
В тот момент, когда Редпат двинулся вперёд, из тени баррикады выскользнула фигура.
Ассасин.
Редпат не успел обернуться. Смерть неслась к нему на острие кинжала.
Но в последний момент, прежде чем клинок вонзился ему в спину, сбоку в ассасина врезалась другая фигура. Это был Карин Редпат.
Ассасин-мертвец отлетел к баррикаде, раздался хруст костей. Но в падении он успел ранить Карина.
— Карин!
Редпат, вскрикнув, развернулся и одним ударом снёс голову ассасину. Карин был ранен в живот, но, к счастью, кожаный доспех смягчил удар.
На поле боя прибыл отряд паладинов Серебряной Длани. Элитные воины были измотаны, но им удалось стабилизировать ситуацию. Пока Редпат осматривал рану брата, бронированная нежить пошла в атаку.
Лязг костей, скрежет доспехов, гул земли. Молчаливая атака нежити была пропитана холодной, безжалостной решимостью.
Баррикада была прорвана во многих местах. Резервные ополченцы, вооружённые косами и дубинами, бросились затыкать бреши своими телами. В их глазах был страх, но они знали, что сдаваться нельзя.
Джозеф посмотрел на приближающиеся ряды врага, и его охватило чувство безысходности. Он не смел представить, что произойдёт, когда они ворвутся в город.
— У-у-у!
Вдалеке, словно луч солнца, пробившийся сквозь тучи, прозвучал протяжный звук рога.
http://tl.rulate.ru/book/140021/7516539
