37 – Моя одноклассница?!
31 августа, первый день восьмого лунного месяца, солнечно, легкий ветерок.
Благоприятный день для свадеб, усыновления, открытия бизнеса и путешествий; неблагоприятный для начала строительства.
Аэропорт Чанъань.
Цжэн Цин остался доволен выбранной школой датой, рассчитав удачу после долгих размышлений.
Прежде чем отправиться в аэропорт, он заглянул к Хуэй Цзы Цзи, чтобы узнать у Пань Лю Эр о процедуре посадки.
— Ты берешь свой посадочный талон и находишь сотрудника аэропорта у любой свободной стойки, чтобы обменять его на карту для входа, а затем просто следуешь инструкциям на карте, чтобы сесть на самолет, — терпеливо объяснила Пань Лю Эр, но у Цжэн Цина все еще оставались сомнения.
— Любая стойка?
Зачем мне искать свободную? — спросил он.
— Разве очереди не медленнее! — Пань Лю Эр, глядя на Цжэн Цина, словно на дурака, сказал: — Зачем стоять в переполненных стойках, когда есть свободные?
Цжэн Цин молча склонил голову, записывая процесс в свой маленький блокнот.
— Когда будешь в мире, спрашивай, если не понимаешь, не стесняйся.
Многие люди летают впервые, в аэропорту повсюду информационные стойки, можешь спросить любую симпатичную девушку, — нетерпеливо сказала Пань Лю Эр, махнув рукой в знак прощания.
— Я могу пойти к любой обычной информационной стойке в аэропорту? — Цжэн Цин подчеркнул слово «обычной».
— Что, ты хочешь, чтобы Первый Колледж повесил вывеску Альянса Волшебников в аэропорту Чанъань?! — Пань Лю Эр закатила глаза, его длинные волосы развевались на ветру.
Цжэн Цин был совершенно безмолвен.
Он, вероятно, смутно предполагал, что процесс посадки должен проходить в стиле волшебников.
Словно нужно пройти через определенную стену со своим багажом?
Или, может быть, прочитать заклинание в странное зеркало, расположенное в заброшенном туалете аэропорта?
Однако реальность оказалась гораздо проще.
С билетом в руке Чжэн Цин нашёл свободную стойку и менее чем за минуту обменял его на посадочный талон.
Никакой проверки багажа, никаких долгих ожиданий, даже утомительных досмотров или сложных проходов не было.
Чжэн Цин упомянул дополнительное место для «питомца», держал Посейдона на руках, и вошёл в зал ожидания.
Сотрудники зала проводили его к VIP-входу и вежливо попрощались.
Следуя указателям, Чжэн Цин прошёл по пышному красному ковру, через строгий коридор, мимо некоторых свободных покрытий, и быстро сел в самолёт, направляющийся в Первый колледж.
Интерьер салона оказался куда просторнее, чем казалось снаружи: слева располагались два кресла, справа — одно.
Каждые два ряда кресел были обращены друг к другу.
Бортпроводники были одеты в строгие тёмно-синие мантии, их волосы были собраны в пучок, на лицах играли профессиональные улыбки. В одной руке они держали книги по праву, другой указывали Чжэн Цину на его место.
Чжэн Цин заметил, что книга по праву, которую держала стюардесса, была тем же Болонским изданием, которое он видел в книжном магазине «Оригинал», её привлекательные украшения и великолепные цветочные узоры ждали его в безупречном виде.
Стюардессы казались очень состоятельными, подумал Чжэн Цин, поражённый.
Он вспомнил, что книга по праву стоила в магазине «Оригинал» более двадцати нефритовых монет, тогда как его полная стипендия составляла всего десять нефритовых монет.
Следуя указаниям стюардессы, Чжэн Цин легко нашёл своё место.
Его место было слева, у прохода, в пятом ряду.
Пассажиры вокруг уже устроились, и единственным свободным местом оказалось окно рядом с ним.
Чжэн Цин мысленно молился, чтобы это место принадлежало красивой девушке.
Место было просторным, а чёрная кожа — мягкой, заставляя его расслабиться, как только он сел.
Серебристое металлическое сияние отражалось от подлокотников с обеих сторон, и рука невольно заскользила назад, на колени.
Посейдон сидел у него на коленях, и Чжэн Цин внимательно оглядел своих соседей.
Сидящий напротив мальчик был невысоким, с прической "голова-арбуз" и огромными очками в черной оправе.
В руках он держал толстую тетрадь в черном переплете и быстро что-то писал.
Рядом с "арбузоголовым" мальчиком сидел элегантный юноша со средней длины волосами, собранными в хвост, бережно прижимавший к себе подозрительный длинный сверток и молча уставившийся на сухую бетонную землю за окном.
Вполне возможно, что это была девушка, но мог быть и юноша.
Эта неопределенность сильно занимала мысли Чжэн Цина, и он перевел взгляд на двух других пассажиров напротив.
Через проход сидел лысый полноватый мальчик в серых одеждах, с ниткой темно-пурпурных чёток из личи на шее. Он был поглощен свитком и, покачивая головой, что-то в нем изучал.
Напротив полноватого мальчика находился пассажир, уткнувшийся головой в стол и крепко спавший.
Чжэн Цин мог лишь строить догадки о личности этого пассажира, ориентируясь на его бордовые волнистые волосы.
Беглый взгляд по салону, но ни один взгляд не встретился с его.
Чжэн Цин вдруг почувствовал скуку.
Тогда он достал свой Свиток Талисманов из сумки из серой ткани, развернул потайной столик, выдвинувшийся из подлокотника, взял кисть и тушечницу, потер руки и приступил к своей ежедневной практике.
Свиток Талисманов был от Хуэй Цзы Цзи, с Сеткой Возврата, на желтой бумаге, один свиток содержал шестьдесят страниц, на каждой странице был изображен часто используемый талисман, такой как Талисман Изгнания, Талисман Спокойствия, Талисман Изгнания, Талисман Молитвы, Талисман Призыва, Талисман Переселения и так далее.
После завершения копирования талисман можно было оторвать и использовать в любое время.
Если он не использовался, его можно было продать обратно в магазин канцтоваров: шесть идеально написанных талисманов обменивались на один чистый свиток – честная сделка для старых и малых.
Если бы весь Свиток Талисманов был написан безукоризненно, Чжэн Цин мог бы обменять его на десять свитков, и Бабушка Цай из Бай Цао Тан с широкой улыбкой подарила бы ему тушечницу или кисть из кроличьей шерсти.
С десяти лет Чжэн Цин никогда не тратил денег на талисманы, даже чернильница и кисть, подаренные ему владельцем книжной лавки, служили много лет.
Он окунул кисть в чернила на чернильнице, нежно погладил ее, поднял, сосредоточился, сделал мазок — и все было готово.
Чжэн Цин удовлетворенно кивнул на Талисман Спокойствия.
Нет ничего более умиротворяющего, чем написание талисмана.
Если и есть что-то лучше, так это написание двух талисманов.
Когда он снова взял кисть, его прервал чей-то голос.
— Здравствуйте, — робкий голос прозвенел у него в ухе.
Чжэн Цин поднял голову.
Перед ним стояла маленькая девочка, лет десяти, с неуверенным видом, таща за собой розовый чемоданчик.
У девочки были две косички, напоминающие рожки, розовое платье и белые круглые туфли на шнуровке.
В руке она сжимала помятый посадочный талон.
Лоли!
В душе взревел Чжэн Цин.
Боковым зрением он заметил, как мальчик с прической «арбузная голова» напротив отложил ручку и поднял голову, чтобы посмотреть.
— Кажется, я сижу у окна, — тихо сказала маленькая лоли.
— Ах, простите, пожалуйста, проходите, — Чжэн Цин поспешно встал, приветливо улыбнувшись, — Где ваша семья? Разве они не идут с вами?
Говоря это, он помог девочке запихнуть ее розовый чемоданчик на багажную полку.
Чжэн Цин уже спрятал свой тяжелый багаж в серую сумку; он не ожидал, что некоторые волшебники станут таскать с собой этот громоздкий багаж.
— Разве в объявлении Первого колледжа не говорилось, что родителям не разрешается сопровождать? — удивленный голос маленькой лоли прозвучал позади него.
Рука Чжэн Цина дрогнула, и он чуть не получил по голове розовым чемоданчиком.
Он запихнул чемодан на полку и плотно закрыл дверцу.
Затем он опустил голову и посмотрел на маленькую лоли, стоявшую перед ним.
Этот ребенок — мой одноклассник??!!
http://tl.rulate.ru/book/140013/7311654
Готово:
