Во имя мира.
Так прошли трое суток.
Пора бы уже и основной группе вернуться, а их даже хвоста не видно.
Делать было нечего – только ждать.
Мы сидели в тесной норе, всё время бок о бок, и я ловил себя на мысли, что при таких раскладах даже с нашей Ледяной принцессой волей–неволей начнёшь сближаться.
После Черных врат мы и так порядком сдружились.
А с тех пор, как я устроился в штаб Хварим, она ещё и следила за моими тренировками.
Во многом я обязан этой старшей.
И всё же о человеке по имени Ким Чона я знал удивительно мало.
Может, это время и есть шанс нам друг друга получше узнать.
Отец как–то сказал:
«Хочешь понять, почему человек так поступает, – для начала разберись, в какой он ситуации».
Ждать было скучно, и, чтобы убить время и заодно узнать о старшей побольше, я спросил:
— Старшая, а вы вообще зачем этим занимаетесь?
У каждого человека что–то да есть, чего он хочет.
Я в Хварим работаю уже больше трёх месяцев.
Наступил новый год, мне стукнуло двадцать один.
За это время я присмотрелся к людям в компании.
У всех была своя цель.
Например, Чон Гинам – будто ходит на работу только затем, чтобы все поняли, какой он безнадёжный тип.
— Деньги, повышение, «Порше».
Есть Йохан, уверенный, что культ золотого тельца – единственный правильный способ выжить в этом мире.
А есть и такие, как Гвитхэ, который живёт под девизом:
«Ради моей любви».
Романтик, но из–за безответной любви – ещё и предельно грустный парень.
Тимлидер как–то раз во время драки орал мне в самое ухо слово «долг».
Мог бы сказать нормально, обязательно было бить?
Тимлидер Сибаль – стопроцентный приверженец кулачной дипломатии. Подозреваю, под словом «долг» он имеет в виду рациональное желание как следует отмутузить людей.
Логично же, мать его.
На мой брошенный без особых мыслей вопрос наставница просто уставилась на меня.
— А ты?
И спросила в ответ.
Отвечать вопросом на вопрос – вообще–то невежливо.
Но утаивать мне было нечего.
И скрывать – тоже. Да я и не собирался это скрывать.
Я уже раскрыл рот, чтобы подробно объяснить, зачем я здесь и ради чего дерусь, но вовремя сообразил, что получится длинная история, и потому позаимствовал манеру наставницы.
Кратко и по существу.
— Ради мира во всём мире.
Наставница так же лаконично ответила в своей манере.
На ответ – ответ.
— Месть.
Мир во всём мире и месть.
Сочетание, мягко говоря, так себе.
Но сейчас мы сидим здесь с одной и той же целью.
Ради того, чтобы выкрасть новый материал – Накопительный камень, который обнаружила и добыла Ассоциация Псиоников, основанная особым видом людей со сверхспособностями.
Если подумать, это наполовину самое обычное воровство.
С этими мыслями я снова забрался в глубь норы и лёг.
Хорошо хоть не холодно.
Плащ–дождевик от Хварим благодаря особому материалу не шуршал и был на ощупь мягким.
Воздух был до противного сухой, губы трескались, но я решил, что так всё–таки лучше, чем вечная сырость.
Уже собирался было закрыть глаза, но тяжёлый, глухой воздух не нравился, и я заговорил.
— Мне нужна была практика. Реальный бой, настоящие тренировки. Вот это всё.
Поэтому–то я с детства мечтал стать военным.
Чем занимается военный? Охраняет жизни и имущество гражданских.
Ради этого он учится и тренируется.
Высокая зарплата, разные возможности – причин несколько, но в итоге я выбрал Хварим по одной.
Здесь я могу тренироваться как мне нужно.
Ладно, не то чтобы тренировки были идеально «под меня», но хотя бы они позволяют по‑настоящему использовать кровь Бессмертного.
— Сохранение сил – это тоже работа.
Ледяная наставница сказала это ровно и холодно, но в этих словах было заботливое тепло.
Пусть прошло всего три месяца, но, если не считать времени сна, мы проводим вместе буквально весь день.
Теперь я различал оттенки её обычно однообразной речи и понимал, что она чувствует.
Тимлидер Сибаль на её месте рявкнул бы:
«Заткнись и спи уже».
А она аккуратно заворачивает то же самое в «сохранение сил».
Я послушно закрыл глаза.
То ли я нервничал из‑за того, что основная группа так и не появилась.
То ли на меня подействовал разговор с наставницей.
А может, дело было в том, что мы уже несколько дней торчим в этом чужом мире.
— А, чёрт, опять этот сон.
Это я сказал во сне.
Врата Хьюза – тот самый инцидент, когда открылись гигантские Черные врата.
В детстве я оказался в самом центре этого кошмара.
Как именно я туда попал – в памяти провал.
Перед тем как Черные врата внезапно раскрылись, сирены взвыли так, будто сошли с ума.
Люди впали в панику и завыли вместе с ними.
А передо мной была чья‑то спина – кто‑то заслонил меня собой.
— Всё в порядке.
За этой спиной виднелась причина, по которой Врата Хьюза стали для человечества синонимом ужаса.
Всех Инвейдеров классифицируют по номерам. Начинаются они со Слепого пса и дальше – слаймы, орки, Доппельгенгер и так далее.
Инвейдеров было бесчисленное множество.
Всю эту безликую массу обычно так и называли – номерные.
Раз среди людей попадаются гении с выдающимся даром, почему среди Инвейдеров не должно быть таких же уродов‑талантов?
Они были.
Монстры, которые, унаследовав особенности своего номера, эволюционировали в совершенно новый экземпляр.
Их назвали нестандартными Инвейдерами.
Оттуда и берутся Именные персонажи.
У особо поехавших сектантов находились те, кто поклонялся таким Именным персонажам как богам.
И вот один такой Именной персонаж.
— Давненько не виделись?
Я по‑свойски поздоровался.
Сонный монстр здороваться, разумеется, не собирался.
И всё пошло по кругу.
Тебя рвут на куски. Тебя разрывает изнутри. Тебя дробит в крошку.
Человеческая жизнь дешевле мухи. Раздавленный череп, тела, катающиеся по полу.
Ребёнок погиб. Мать погибла.
Умер отец, умер друг.
Семья погибла, родня погибла.
Все умерли.
Картинка сменилась, и появился отец.
— Тебе надо не в армию, а туда, где тебе самое место.
На самом деле отец таких слов никогда не говорил.
Он просто отправил меня в Спецотряд Бессмертных. Но ощущалось это именно так.
— Да‑да. Военный – это была моя мечта, пока я был обычным человеком.
Вообще–то нацелиться на что‑то вроде морских спецподразделений или спецназа – тоже неплохо, разве нет?
— Сдавай экзамен.
Говорит отец.
— Тело Оборотня не ломается. Значит, можно и получить по шее.
Добавляет мать.
Но растить сына, методично его дубася, – это же немного отличается от привычных методов воспитания, не так ли, мама?
Если сказать это вслух, она ответит, что именно эта разница и делает меня сильнее, и сразу объявит спарринг.
Сам ведь этого хотел – так что возражать нечего.
Отец и мать исчезают.
Из соседнего подъезда выскакивает Хемин.
Тут уж сомнений никаких: снится откровенный бред.
— Женись на мне. Троих детей – и достаточно?
Нет, ты не в моём вкусе от слова совсем.
— Тогда на мне?
Появляется У Михо.
Вот уж с кем я через четыре дня брака точно помру от разрыва сердца.
— Тогда на мне?
Теперь уже старшая. Лицо чуть‑чуть покраснело, выражение – абсолютно невообразимое в обычной жизни.
Все знакомые девушки, что ли, сегодня в сборе?
Простите, но если я на вас женюсь, старшая, то от вашей суровой пустоты моя позитивная, светлая и чистая душа мигом превратится в ледышку.
Хотя, возможно, моя большая и прекрасная душа смогла бы растопить ваш лёд.
Но нет – нет так нет.
— Не вариант. У меня есть идеал.
Хотя слова прозвучали во сне, ощущение было такое, будто губы и правда шевельнулись.
Где‑то между сном и явью я открыл глаза.
По шее скользнул ледяной холодок.
— Вставай.
Передо мной было лицо наставницы. Совершенно пустое, хмурое, прямо противоположное тому, что только что виделось во сне.
— Проверь.
Едва она договорила, я понял, почему проснулся.
Чутьё Бессмертного – почти полноценная внутренняя сирена.
Обычно такая острота чувств доступна лишь чистокровным Бессмертным из прямой линии, но я, посмотрев на Чон Гинама, понял, как этим пользоваться.
Да какая разница, как оно работает. Главное – что работает.
В этом мире мы с наставницей были только вдвоём, и я, и в бодрствовании, и во сне держал свои чувства натянутыми, как струна.
Наставница, похоже, уловила не само присутствие, а перемену в воздухе.
Такая интуиция приходит с большим опытом.
Но до точности чувств Бессмертного ей всё равно далеко – поэтому‑то она и разбудила меня.
Я сосредоточился на образе.
Представил, как от меня во все стороны расходится широкая паутина, и распустил её вокруг.
Ну‑ка, что тут у нас.
— Двое.
Обострившиеся чувства заранее подсказали движение противника.
Даже если глазом не видишь, уши и шестое чувство сложили картину вместе.
Это были не Инвейдеры. Люди.
И расстояние до них было уже не таким большим.
Наставница без тени эмоций вытащила из‑за пояса свой любимый ТТ.
Я подал ей наш командный жест: ни звука.
Рука наставницы, уже потянувшаяся взводить затвор, застыла.
Даже маленький шум для противника – уже сигнал тревоги.
Если враг окажется Бессмертным, лишний риск ни к чему.
Может, использовать Отвод глаз?
Нет. Наставница так не умеет.
Мозг заработал на полную.
Тимлидер заранее прогнал в голове почти все возможные сценарии и расписал под них наши позиции и маршруты.
Мы сидели тут по двум причинам.
Во‑первых, это точка, куда должна вернуться основная группа.
Во‑вторых, отличная позиция для снайпера.
Но если первыми сюда приходят не свои, а какие‑то чужие?
И эти чужие знают, что мы здесь?
Нет, это уже чушь.
Значит, у них одна очевидная причина оказаться в этом месте: они тоже кого‑то ждут.
Если только они не сумасшедшие, которые подстерегают Инвейдеров ради развлечения, – то цель у них та же, что и у нас.
Они ждут основную группу.
Тимлидер разбирал несколько вариантов.
Панда, помощник менеджера, тогда популярно объяснил, почему всё пойдёт именно так.
Ассоциация Псиоников слишком поздно запросила подмогу.
Спецотряд Бессмертных, польстившись на миссию, вписался в неё, хотя подготовиться толком не успел.
Нападение неизбежно.
Впрочем, именно поэтому Ассоциация Псиоников и позвала наш Спецотряд, готовая смириться с потерями.
Шум, хаос, заваруха – гарантированы.
«И вот что нам для этого нужно».
Так сказал Тимлидер, когда заговорил о переменных.
Этими переменными были мы с наставницей.
И, похоже, противник подумал точно так же.
Раз хотят напасть на основную группу, то и они выставили вперёд такую же пару.
Заняли точку и ждут.
Объяснение вышло длинным, но вся ситуация пронеслась в голове, как несколько быстро листаемых фотографий.
Бой будет. Я понимал, что происходит, оценил обстановку и уже знал, что должен сделать.
Я растворился в тени и подал наставнице сигнал.
Готовность к бою.
Снаружи меня, прижавшегося к стене у самого входа в нору, видно быть не должно.
Чужие шаги подошли ближе.
— Кто‑то есть.
Донёсся голос.
Лязг.
Наставница дёрнула затвор ТТ.
Щёлк.
Этот тихий звук возвестил о начале боя.
Неожиданное место, неожиданная встреча.
А вот реакция противника была вполне ожидаемой.
— Медленно бросайте оружие и выходите.
Один сунул в нору ствол автомата, второй остался позади, прикрывая его.
По лицам было видно одно – Бессмертными они не были.
Наставница послушно опустила ствол вниз.
Но бросать оружие не спешила.
— Я сказал: бросайте оружие.
Повторил противник.
Наставница промолчала. Есть вещи, которые понимаешь без слов.
Хотя вместе в реальных боях мы были не так уж часто, тренировки и спарринги своё дело сделали.
Мы понимали друг друга без слов. Наставница уловила мой замысел.
— Кто вы?
Спросила она, не выпуская ТТ.
— Дважды одно и то же не повторяю.
Рявкнул тот.
Пока наставница аккуратно опускала ТТ на пол, второй тип тщательно осматривал нору.
Если у него хоть немного мозгов…
— Откуда вы?
Даже без нашивок и знаков отличия по нашему фирменному плащу, снаряге и одежде он мог догадаться, что перед ним не любители.
По крайней мере – люди с подготовкой.
— Ты одна?
Как только первый, держащий на прицеле наставницу, задал этот вопрос, я пришёл в движение.
Секретная техника Бессмертных Отвод глаз скрыла моё присутствие.
В ту же секунду наставница поменяла стойку так, будто собиралась кинуться в атаку.
— Не двигаться!
Первый взволнованно крикнул и положил палец на спуск, второй тоже напрягся и полностью сосредоточился на наставнице.
Я и нырнул в образовавшуюся щель.
Рывком выскочил вперёд и сзади выбил ногой опорную ногу у того, кто стоял ближе ко входу.
— Э!
Испуганный крик – и палец дёрнул спуск.
Та‑та‑та‑тах!
Пули прочертили над норой длинную огненную линию.
Я схватил потерявшего равновесие за шиворот и швырнул.
На правую руку навалилась тяжесть взрослого мужика да ещё с полным вооружением.
Он со свистом полетел вперёд, и второй, сработав на рефлексах, попытался его поймать.
На этом их шансы кончились.
Я выскочил вперёд, левой рукой выдернул нож Боуи и прижал лезвие к горлу того, что стоял сзади, а правой выхватил пистолет и направил его в лоб первому.
Вот идиоты, даже шлемы не надели.
— Стоять.
Сказал я.
Сквозь сухую пыль оба только моргнули.
Всё закончилось в один миг.
http://tl.rulate.ru/book/139426/9504804
Готово:
