Слова Бьякуи Кучики оглушили Рукию. Мысли замерли на несколько секунд.
Разве они не должны были быть здесь, потому что какой-то знатный человек из клана Кучики приметил её?
Но усыновление? Что это значило?
Это что, новая извращённая игра аристократов?
Её мысли запутались. Она повернула свои растерянные, умоляющие глаза к единственному человеку, которому доверяла, – к своему президенту.
Шин, уже знавший, что повлечёт за собой этот визит, не удивился. Поймав её взгляд, он вмешался:
– Что именно вы подразумеваете под «усыновлением»?
Хотя старший член клана Кучики казался раздражённым вмешательством Шина, вопрос давал удобную возможность:
– Отныне госпожа Рукия будет носить имя Кучики. Она будет обращаться к лорду Бьякуе как к своему старшему брату, а он будет относиться к ней как к своей младшей сестре.
Теперь Рукия всё ясно поняла. Но понимание не принесло ясности – только ещё большее замешательство.
Она была обычной студенткой Академии Шино, безымянной сиротой из внешнего Руконгая, 78-го района Инузури. Её таланты и послужной список не были чем-то выдающимся. Какое право она имела быть замеченной одним из Четырёх Великих Благородных Домов Общества Душ?
Её не ослепила эта внезапная честь. Наоборот, она наполнила её большим страхом, большими сомнениями. Ситуация не имела смысла. За этим должно что-то стоять.
Неосознанно её хватка на рукаве Шина усилилась.
Шин перевёл взгляд на Бьякую:
– Могу я спросить, вице-капитан Кучики… почему именно семья Кучики хочет удочерить Рукию?
Бьякуя всё это время тихо наблюдал за Рукией, подмечая, как она цеплялась за Шина с открытым доверием и зависимостью. Его эмоции были сложными. Девушка перед ним – внешностью, поведением – поразительно напоминала его покойную жену.
Если бы он уже не подтвердил, что Рукия и Хисана были сёстрами, было бы трудно поверить, что такое сходство может существовать в этом мире.
Но он ничего не сказал.
Напротив, стоявший рядом старейшина снова шагнул вперед и пояснил:
— Мы отметили характер госпожи Рукии. Если она войдет в семью Кучики, то сможет продолжить обучение здесь, в Академии, получив при этом значительно превосходные образовательные ресурсы и условия проживания.
Это звучало как идеальная сделка.
Однако Рукия чувствовала, словно она видит сон. К ней, к такой, как она, обращается один из Четырех Великих Кланов… это было сюрреалистично.
Для нее даже вице-президент Касадоджи Гогоро был несравненно высокого статуса. Клан Кучики находился в совершенно ином измерении.
Посланники семьи Кучики высказались и теперь ждали ее ответа.
Но, видя ее явную растерянность, старейшина продолжил:
— Мы понимаем, что это серьезное дело. Госпожа Рукия, возможно, не готова принять решение прямо сейчас. Пожалуйста, уделите время, чтобы тщательно все обдумать.
Рукия медленно вдохнула, затем наконец шагнула вперед.
— Хорошо.
Старейшина кивнул.
— Мы вернемся через три дня, чтобы услышать ваше решение.
Бьякуя бросил последний взгляд на Шина, прежде чем обернуться и покинуть комнату. Остальные слуги Кучики безмолвно последовали за ним.
Эхо их шагов растаяло в коридоре. Рукия вдруг опустилась на стол, как сдувшийся воздушный шар.
Она подняла взгляд.
— Президент...
Шин тихо произнес:
— Семья Кучики — самая могущественная и престижная во всем Обществе душ. Их наследие предшествует даже Готей 13 или самой Академии. Они могут даже влиять на волю Центрального 46.
Рукия прикусила губу.
— Вы... говорите мне, что я должна согласиться?
Шин ответил на ее вопрос своим собственным:
— А вы не хотите?
— Я... не знаю, — пробормотала она. — Это звучит так здорово, слишком хорошо, чтобы быть правдой — но именно в этом и дело. Я не заслуживаю этого. То, что они сказали... это не звучало так, будто они говорили обо мне. Честно говоря, президент, вы гораздо более квалифицированы, чем я...
Шин усмехнулся.
— Возможно, они просто хотели девушку.
Это замечание заставило лицо Рукии потемнеть. Она вспомнила холодное, бесстрастное лицо Бьякуи.
Стать его сестрой?
Казалось, это слишком далеко, слишком нереально.
Шин заметил, что она воспринимает всё неправильно, и мягко положил руку ей на голову.
– Рукия, главное, чего ты хочешь. Следуй тому, что подсказывает сердце.
Но правда в том… она не знала, что у неё на сердце. Любой другой на её месте согласился бы в мгновение ока, не так ли? Разве не стоит ей сказать «да»? Её беспокойство исходило от того, насколько абсурдной казалась вся ситуация. Ей нужна была причина, которую она могла бы понять – что-то, что придало бы этому смысл.
Стоит ли ей сказать «нет»?
Сочтут ли её неблагодарной? Приведёт ли это к последствиям?
Часть её хотела, чтобы Президент решил за неё. Она полностью доверяла ему – скажет ли он «да» или «нет», она примет это.
Но взваливать такое бремя на него… это тоже было бы несправедливо.
Тепло его ладони на голове помогло немного успокоить её беспорядочные мысли. Без него она, возможно, совсем бы расклеилась.
– Не торопись, Рукия. Тебе дали три дня. Я также дам тебе отгул от Совета, чтобы подумать.
Она подняла взгляд.
– Президент… а что бы вы сделали?
Шин слегка изогнул бровь.
В этом мире сила была всем. Честно говоря, если бы он был обычным человеком, которому предложили такую возможность, он бы принял её без колебаний.
Но у него была система. Ему это было не так уж и важно.
– Я об этом особо не думал. Но да, я, наверное, согласился бы, – сказал он, слабо улыбаясь.
– …Понимаю, – пробормотала Рукия, опуская взгляд.
Шину было не особо важно, пойдёт ли Рукия по каноническому пути, становясь Кучики, или нет. Если что, это было бы удобно – он мог бы в конечном итоге передать ей Студенческий Совет.
Помимо этого, это действительно была хорошая возможность для неё.
Но это произошло слишком внезапно и без объяснений. Вот почему она так волновалась.
Весь день Рукия была как призрак в классе.
Пока Рендзи не пришел её искать.
– Йо, Рукия!
Его яркая улыбка была заразительной, как всегда.
Но затем он заметил затуманенный взгляд в её глазах, и выражение его лица изменилось.
— Эй… ты в порядке?
Она замялась. Как ей вообще рассказать ему?
Ренджи пошутил:
— Да ладно тебе, уже несколько месяцев прошло. Не говори мне, что ты до сих пор не привыкла к здешней жизни?
Рукия наконец заговорила:
— Семья Кучики… хочет меня удочерить.
Ренджи замер.
— Что?
— Один из Четырёх Великих Благородных Кланов — Кучики. Они приходили несколько дней назад. А сегодня сказали… что хотят сделать меня приёмной дочерью.
Кучики… один из Четырёх Великих Домов…
Эти слова принадлежали миру, далёкому от мира Ренджи.
У него не было времени обдумать это. Вместо этого его лицо озарилось искренним волнением.
— Это же потрясающе, Рукия!
— …
Рукия смотрела на него пустым взглядом.
http://tl.rulate.ru/book/138641/6882282
Готово:
