Готовый перевод The Symbiotic Panel: I Cultivate Longevity in the World of Cultivation / Симбиотическая Панель: Я Выращиваю Долголетие в Мире Культивации: Глава 225: Серебряная Луна и Огонь Кремня, Дун Цзюнь и Ваншу

Глава 225. Серебряная Луна и Кремень-огонь, Дунцзюнь и Ваншу

Неужели они погибли?

Осознание этой реальности отозвалось в Ли Е острой болью. С тех пор как он вступил на путь совершенствования, ему ещё не доводилось испытывать столь тягостного чувства. Эмоции, зародившиеся в самой глубине души, тонкими нитями оплетали его сердце, заставляя на мгновение забыться в оцепенении.

Его чувства были глубоки: чтобы применять многие заклинания, он должен был постигать саму суть этих эмоций; без понимания и сопереживания невозможно было пробудить истинную силу. Он прекрасно осознавал, что такая чувствительность — одновременно и благо, и проклятие.

— Чирик?

В этот миг Синяя птица Хун Доу, которая всё это время восстанавливала силы в обители и не знала нужды в сражениях, внезапно прилетела, хлопая крыльями. Опустившись на его плечо, она потёрлась прохладным клювом о его щеку.

Разлука.

С тех пор как она последовала за Ли Е, это чувство почти покинуло её; тоска Боба Акации Жизни и Смерти едва не развеялась окончательно.

Ли Е мягко коснулся её перьев. Прохлада, исходившая от птицы, была подобна ледяному дождю в миг расставания; от этого прикосновения даже он, Истинный Владыка на стадии Золотого Ядра, давно не ведающий ни холода, ни жары и способный в одном холщовом платье идти сквозь снега, ощутил сырость и озноб.

— Всё в порядке.

— Мне следовало знать, что перед лицом жизни и смерти даже я со всей моей силой остаюсь беспомощным.

— Но куда же ушли их души?

Он не раз слышал от старших братьев и сестер, что в обителях внутренних учеников на хребте Тяньвэнь всё — от рождения до смерти — подчинено строгому порядку. Души существ не могли уйти в круг перерождения без ведома хозяина.

Если он найдёт их души, у него будет способ насильно удержать их в мире живых. В крайнем случае, он мог бы создать для них тела с помощью искусства водной туши — сотворить оболочку для насекомого было делом нехитрым.

— Чирик?

Синяя птица подняла голову, взирая на небеса. В её глазах промелькнула искра недоумения; она несколько раз прочирикала Ли Е и покачала головой.

Это значило, что она не смогла отыскать души.

Её истинной формой был Боб Акации Жизни и Смерти; в её глазах тоска и грань между бытием и небытием были единственными красками этого мира, но даже она потерпела неудачу.

Неужели они и впрямь исчезли навсегда?

— Хозяин.

Лоза Духовной Жизни внезапно приблизилась: — Если моё чутьё меня не обманывает, их угасшие души слились с этой землёй.

— Они не желали, чтобы вы знали об их близкой кончине, потому и окутали это место завесой тумана, которую не заметили ни я, ни вы.

Это было подобно тому, как старые кошки или собаки добровольно покидают дом перед смертью.

Ли Е молча кивнул.

— Я понимаю.

— Но идущий по пути Дао всегда ищет тот единственный шанс из десяти тысяч.

Он склонился, коснувшись пальцами двух золото-красных цветков, распустившихся во всём своём великолепии. Их жар напомнил ему о тех временах, когда он только прибыл сюда, и эти крошечные существа, задирая головы, доверчиво касались его рук.

[Наименование]: Цветок души кремня-огня.

[Настроение]: Покой.

[Состояние]: Духовное растение, выросшее из тел Кремень-огненных кристальных червей, сгоревших в пламени лунного света и Кремня-огня. Пока Ли Е нуждается в нём, оно будет цвести в любых условиях.

Богиня Луны Ваншу питает к этим цветам великую симпатию и готова даровать божественный чин в обмен на них.

Ваншу?

Неудивительно, что лунный свет здесь всегда казался ему необычайно ярким. Вероятно, Предковница Ваншу давно почуяла здесь нечто желанное, но не могла войти без его дозволения.

— Поистине, они до последнего вздоха оставили мне великий дар.

— Но я не отдам вас никому.

Он отвел взгляд от этих двух цветов и посмотрел на три других, в которых ещё теплилась жизнь — вернее, там ещё были живы Кремень-огненные кристальные черви.

[Наименование]: Цветок кремня-огня, встречающий луну.

[Настроение]: Спокойствие.

[Состояние]: Цветок, в котором Кремень-огненный червь выступает основой, объединившей Кремень-огонь и Духовное пламя лунного державия. Сейчас он стоит перед мучительным выбором, стремясь найти точку равновесия между двумя огнями. Если баланс не будет найден — он погибнет.

Ожидаемое время смерти: двадцать часов.

В глазах Ли Е внутри этого золото-красного цветка струились потоки лунного сияния; Серебряная Лунная Трава и само окружение вливали в него особую духовную силу. Лишь Кремень-огненный червь, чьё тело было скрыто под землёй, источал яростный Кремень-огонь, который оставался ярким и тёплым даже среди вечного льда и лунного холода.

В этой духовной энергии Кремня-огня уже начали проступать вечные краски, подобные сиянию Золотого Ядра — величественного солнца.

Увидев это, Ли Е изменился в лице, а затем осознал:

— Я и забыл.

— Эти черви всё время жили среди снегов под покровом луны, и Кремень-огонь внутри их тел подвергался непрерывной закалке.

— Они жаждут сформировать демоническое ядро — ядро из искры Кремня-огня!

Раньше Кремень-огненные черви страдали от избытка внутреннего жара, потому им и требовался симбиоз с Серебряной Лунной Травой. Но за десять с лишним лет, проведённых здесь, огонь в их телах и не думал гаснуть. По логике вещей, будучи лишь крошечными искрами, они должны были давно уйти в тёплые края для восполнения сил, но эти существа задумали использовать холод и лунную траву для закалки собственного пламени.

Ли Е был поражён. Десять лет... Они терпели это десять лет, и он ничего не замечал. С такой волей к достижению цели они были обречены на успех в любом начинании.

Обнаружив причину, Ли Е нашёл и решение. Он сел в позу медитации прямо на снегу, извлёк Мелодию Проникновения Чувств и начал тихо играть. Ореол бессмертной музыки, похожий на ветви ивы, сделал Ли Е связующим узлом между Лунной Травой и червями. Мощная, чистая жизненная сила, подобно разливу Небесной реки, хлынула в их тела.

Бобр, который уже давно метался рядом от беспокойства, немедленно достал Драгоценный лотосовый светильник. Бессмертная музыка и милосердный свет пламени слились воедино, создавая на снежной равнине великолепную картину, перед которой померкло даже сияние луны в небесах.

Ли Е взглянул на бобра; тот подмигнул ему и гордо выпятил пушистую грудь, заставив юношу наконец улыбнуться.

Сейчас червям не хватало собственных сил, чтобы сделать выбор в пользу «и того, и другого», но с помощью Ли Е они смогли получить «всё и сразу». Стоило жизненной силе влиться в них, как черви, пребывавшие в глубоком сне ради сохранения энергии, мгновенно пробудились.

Без лишних слов они исторгли золото-красные искры огня, которые, словно кувыркаясь, принялись вращаться в потоках лунной силы Серебряной Лунной Травы. Искры постепенно покрывались серебристой пыльцой.

Бесчисленные сородичи-черви вокруг и Серебряные Лунные Травы, которые Ли Е годами тщательно отбирал и пересаживал, начали светиться; золото-красное и серебряное сияние окутало зарождающиеся ядра.

Ли Е полагал, что это состояние продлится долго. Но, к его удивлению, не прошло и времени горения одной палочки благовоний, как в небе начали сгущаться черные грозовые тучи. Три облака слились в одно, нацелившись на трёх Кремень-огненных червей.

Бедствие Демонического Ядра. Испытание должно было начаться немедленно!

Стоило им пройти через грозу, как они обретут демонические ядра. Пусть это и не было равноценно Золотому Ядру человека, но они бы твердо закрепились на этом уровне. После формирования ядер им потребовалось бы лишь время, чтобы принять человеческий облик и окончательно достичь стадии Золотого Ядра.

Но ещё больше Ли Е поразило то, что Серебряная Лунная Трава также проявила свою волю: из потоков лунного света выделилась сфера, внутри которой мерцало серебро, а снаружи — золото-красное пламя.

Ядра Травы и Червей были зеркальны друг другу, но при этом находились в абсолютной гармонии. Вращаясь друг вокруг друга, под защитой света Лотосового светильника, музыки Мелодии Проникновения Чувств и духовной энергии сородичей, они устремились прямо в грозовые тучи.

В недрах черных облаков вспыхнуло пламя и лунный свет. То, что обычно казалось мирным и безвредным, сейчас обрело неистовую, яростную мощь. Это зрелище привлекло внимание высших сущностей.

Через Нефритовую стену Четырёх Сезонов одно за другим донеслись два божественных сознания. Первым прозвучал голос Ваншу, нежный, как течение воды:

— Это мои вассалы. Как можно не известить меня о столь великом событии, как Небесное бедствие? Впусти меня, и я помогу им пройти испытание!

Едва её голос затих, как раздался иной — звучный мужской голос, дышащий жаром огня:

— Горный Дух, Госпожа Сян...

— Я желаю принять Кремень-огненных червей под своё покровительство.

— Когда в будущем ты постигнешь главу Дунцзюня в «Девяти напевах», они станут твоими подчиненными.

Оба бога проявляли нетерпение, словно промедление в одну секунду лишило бы их великой награды. Такое настойчивое приглашение для любого другого стало бы величайшим благом, но Ли Е заколебался.

Впрочем, колебание длилось лишь миг.

Он ответил прямо: — Почтенные, я обещал им, что они всегда будут свободны. Я знаю, что стать вашими вассалами — великая честь, но я хочу, чтобы сейчас они выбрали сами.

— Предковница Ваншу, не могли бы вы забрать свою благосклонность обратно? Я сам помогу им преодолеть Небесное бедствие.

Он хотел, чтобы через эту грозу черви и трава обрели истинную свободу. Покровительство Ваншу было полезным, но в будущем оно могло помешать им идти путем бессмертных, навязав путь божественный. Ли Е же считал, что путь бессмертных куда более вольный.

Такой ответ явно стал неожиданностью для богов. Они замерли; Ваншу даже не пыталась скрыть своего разочарования.

— Ах ты, малец, — произнесла она со вздохом. — Ты ведь знаешь, что я никогда не забираю дарованное, и всё же говоришь это.

— Но я не стану потакать твоему капризу. Пока Серебряная Лунная Трава растёт под светом луны, которым правлю я, Ваншу, она будет пользоваться моей защитой. И за это не нужно платить никакой цены.

Как только её голос растворился в лунном сиянии, заговорил Дунцзюнь: — Что ж. Раз у тебя есть свой замысел — пусть будет так.

— Но раз Предковница Ваншу оставила свой дар, я тоже не могу остаться в стороне. Начни знакомство с силой Дунцзюня прямо сейчас. Когда придет срок обучения, тебе будет легче.

Из Нефритовой стены вылетела искра пламени и мгновенно опустилась на ладонь Ли Е.

Он не стал смотреть на неё сразу, сосредоточив всё внимание на червях и траве, проходящих через грозу. Мощь молний была поистине велика. У червей было слишком много помощи извне, а Небесное Дао не было слепым: если позволить стольким внешним силам безнаказанно вмешиваться, число желающих пройти через бедствие вырастет сверх меры.

Через глазурный браслет Ли Е чувствовал гнев грозы и... некую беспомощность. Она словно вопрошала: «Почему опять ты?». Ли Е не раз вмешивался в ход кары небес. На это юноша мог лишь ответить, что в будущем таких вмешательств будет ещё больше, и сделал вид, что ничего не заметил.

Пока он не обделял себя выгодой, он верил, что за все его благие деяния Небесное Дао не станет его карать. Любимцы судьбы всегда действуют без оглядки на страх.

Время текло медленно. Наконец гроза стихла. Снег на земле повсюду вспыхнул Кремнем-огнем; золото-красное пламя вперемешку с танцующими серебряными искрами и лепестками обрело подобие сознания, принимаясь вольно прыгать и бегать.

Внутри этого сияния были видны черви и лунная трава, летящие по ветру. Теперь ни тела насекомых, ни стебли растений не были для них оковами; пламя пробудило ветер и свет, неся их демонические ядра и души в свободный полет. Они были явно довольны и даже нежно коснулись щеки Ли Е; смесь прохлады и жара наполнила его сердце гордостью.

— Вот она, истинная свобода.

— А этот цветок...

Ли Е посмотрел на растение, бывшее наполовину серебристо-белым, наполовину золото-красным. Кремень-огненный червь в его основании уже улетел резвиться вместе с лунной травой; сейчас у цветка не было корней, он просто стоял в снегу, но при этом источал невероятную жизненную силу. От него расходились круги ряби, заставляя огонь гореть прямо на снегу.

[Наименование]: Цветок огненного ветра и лунного сияния.

[Настроение]: ?

[Состояние]: Чудесный цветок, рожденный в результате совместного преображения Кремень-огненного червя и Серебряной Лунной Травы. Со временем он будет производить искры Кремня-огня и Духовного пламени лунного державия, постепенно меняя окружающую среду. Пока есть достаточно «топлива» и «лунного света», он будет непрерывно созидать.

Текущее ожидаемое время производства: две искры в год.

— Значит, он дает искры пламени. Неплохо.

Ли Е окончательно успокоился. Теперь, когда Лунная Трава и черви обрели демонические ядра, срок их жизни стал огромным, возможно, даже длиннее его собственного. Больше не нужно было бояться разлуки.

Лишь теперь он нашел время взглянуть на дар Дунцзюня.

Это была персиковая ветвь. Точнее — ветвь, объятая солнечным пламенем. В тени, которую отбрасывал этот огонь, виднелся пейзаж, разительно отличающийся от мира смертных: горные кряжи, окутанные вечным туманом, и на их вершине — исполинское персиковое дерево, закрывающее собой небосвод.

Под деревом стояли два божества, пристально взирая на него. На ладони одного из них покоились две призрачные фигурки пухлых Кремень-огненных червей.

— Хм?!

Ли Е мгновенно понял, что это за место. Гора Душо! Те двое червей, чьи души слились с миром его обители, оставили искры своего духа на горе Душо. Дунцзюнь сказал, что это — его долг.

Неужели «Девять напевов: Дунцзюнь» связаны с вопросами жизни и смерти? Значит ли это, что он сможет отправиться на гору Душо и вернуть тех двоих червей?

Это было бы чудесно.

Ли Е молча сжал ладонь и развернулся. Чтобы попасть на гору Душо, ему наверняка понадобится помощь. Оставалось надеяться, что его новое творение — Данкан-цветочный женьшеневый поросенок — поможет ему обрести этот шанс.

http://tl.rulate.ru/book/138111/7330644