На следующий день. Раннее утро.
Уилл и его команда, ещё вчера пополнившие все необходимые припасы, уже находились на борту «Фрида», готовясь к отплытию.
Уилл в одиночестве стоял на носу корабля, вглядываясь в морскую даль, словно чего-то ожидая.
В этот момент по палубе медленно приблизился Иссё и встал рядом, обратив лицо к горизонту, после чего спокойно спросил:
«Капитан, вы и вправду не собираетесь встретиться с Рэйли перед уходом?»
За последние несколько дней он узнал от Уилла о прошлом этого человека. Неудивительно, что имя показалось ему знакомым. То был не кто иной, как член команды Короля Пиратов, знаменитый на весь мир «Тёмный Король» Сильверс Рэйли.
Именно из-за особого статуса и огромной силы Рэйли Иссё с любопытством задал этот вопрос. По его мнению, такой могущественный человек должен был вызвать у капитана интерес.
«Рэйли?»
Уилл приподнял бровь, но выражение его лица осталось невозмутимым.
«Он решил уйти раньше, не дожидаясь меня, и этим всё сказал. Раз уж он избегает контакта, зачем мне навязываться? В конце концов, он всего лишь реликт ушедшей эпохи. Я не стремлюсь стать Королём Пиратов, так что встреча с ним ничего не изменит. Когда мы доберёмся до Нового Мира, там найдётся достаточно сильных противников. Одним больше, одним меньше — неважно».
Теми догадками о пиратах Роджера, которыми он не стал подробно делиться с Иссё, тоже можно было объяснить поведение Рэйли. Возможно, тот решил его избегать именно по этой причине.
Он словно страж, оставленный на Архипелаге Сабаоди с определённой миссией. Рэйли вступает в бой, только когда дело касается определённых людей — например, хозяйки бара Шакки или Луффи, который в будущем станет его учеником. Даже когда сына Роджера, Эйса, вели на казнь, Рэйли не вмешался.
Если бы Уилл захотел силой спровоцировать бой, ему, вероятно, пришлось бы напасть на Шакки. Но он не собирался опускаться до такого.
Как он и сказал Иссё, в Новом Мире хватает могучих бойцов, и Рэйли не был незаменим.
Иссё, выслушав его, больше ничего не сказал и лишь медленно кивнул. Даже если Рэйли был правой рукой Короля Пиратов, это не обязывало заводить с ним знакомство.
В тот же миг Уилл, Иссё и сидевший на палубе Энель одновременно изменились в лице и подняли головы к небу.
«Всё-таки явился», — с лёгкой улыбкой прошептал Уилл, и в его глазах вспыхнул огонёк.
Следом раздался свист рассекаемого воздуха.
С-с-с-шух!
И в тот же миг на палубе возникла высокая и могучая фигура.
Прибывшим оказался Буллет, облачённый в строгий военный китель, с привычными металлическими наушниками на голове. В руке он держал увесистый свёрток — всё его немногочисленное имущество.
К счастью, корабль был достаточно велик, поэтому даже Буллет не казался на его палубе гигантом.
Он быстро оглядел присутствующих. Хотя он и отметил про себя, что сила духа Нами и остальных была невысока, из уважения к Уиллу он не выказал презрения, сохраняя спокойное выражение лица.
В этот момент...
Хлоп.
Уилл, незаметно оказавшись рядом с Буллетом, положил руку ему на мощное плечо и с улыбкой представил его остальным:
«Это тот самый парень, о котором я вам рассказывал, — Буллет. Раз он здесь, значит, согласился стать моим накама. С этого дня он наш товарищ. Не смотрите, что он такой суровый, — в душе он просто немного застенчив».
Лицо Буллета при этих словах застыло, а уголок глаза дёрнулся. Он низким голосом поприветствовал команду: «Здравствуйте. Надеюсь, мы поладим».
Он опасался, что если промолчит, этот непредсказуемый капитан и впрямь объявит его немым. По сравнению с Роджером, этот человек казался ещё более бесцеремонным.
Услышав это, Нами и остальные рассмеялись, и лёгкое напряжение в воздухе рассеялось. Затем они по очереди представились Буллету.
Стоявший рядом Чоппер задрал голову и с восторгом воскликнул:
«Ух ты, какой ты высокий! Выше, чем Уилл и Энель!»
Услышав голосок, Буллет опустил взгляд и только тогда заметил Чоппера. Он слегка опешил. Осматривая палубу, он и не приметил этого малыша.
«Хм?!»
Энель недовольно приподнял бровь. Ему это почему-то не понравилось. Он уже успел коротко сразиться с Буллетом и не считал, что рост напрямую связан с силой.
«Ладно, Буллет, иди за Чоппером, он покажет тебе корабль, выберешь себе каюту», — с улыбкой сказал Уилл, не давая ситуации развиться.
«Угу».
Буллет медленно кивнул и последовал за маленьким оленёнком внутрь корабля.
Уилл уже собирался приказать Нами поднимать якорь, как вдруг замер и снова посмотрел в небо.
В небе кружили Газетные чайки, и вскоре, пролетая над «Фридом», они сбросили два экземпляра свежего выпуска.
Уилл и Карина поймали газеты и с любопытством принялись их читать.
«А? Да здесь же пишут о вас, Уилл!» — удивлённо воскликнула Карина, пробежав глазами по нескольким строчкам.
Нами, заглянув ей через плечо, тут же подхватила:
«Точно! Здесь сказано, что за последние дни Уилл устранил на Архипелаге Сабаоди двух высокопоставленных чиновников Мирового Правительства и их охрану. Поэтому его награда снова выросла — с двух миллиардов до двух миллиардов ста миллионов белли. Кроме того, упоминается, что Иссё тоже убил одного важного чиновника, и его награда поднялась с одного миллиарда до одного миллиарда пятидесяти миллионов. А Энель за эти дни прикончил двух Сверхновых, и его награда выросла с восьмисот до девятисот миллионов».
Повышение наград Уилла, Иссё и Энеля не слишком её удивило. Однако мысль о том, что за убийство двух чиновников награду подняли на целых сто миллионов, казалась странной.
Стоявшая рядом Робин тоже была озадачена и, повернувшись к Уиллу, с любопытством спросила:
«Уилл, я помню, ты говорил, что на Сабаоди убил двух Тэнрюбито. Почему же в газете говорится лишь о чиновниках?»
Уилл, уже дочитавший газету, усмехнулся.
«Всё просто. Эти так называемые „чиновники“ и есть те самые Небесные Драконы, которых я убил. То же касается и того, которого прикончил Иссё. Они даже Энелю за двух Сверхновых подняли награду на сто миллионов, чтобы создать видимость, будто ценность тех „чиновников“ не сильно отличается от ценности пиратов его уровня».
«Очевидно, эти никчёмные Тэнрюбито не слишком важны для Мирового Правительства. Вместо того чтобы мстить за бесполезных отбросов, оно больше заботится об общем престиже Небесных Драконов и собственном авторитете. Поэтому они и подменили личности убитых, чтобы скрыть от мира сам факт того, что я посягнул на них снова. Это как в прошлый раз, когда моё убийство Тэнрюбито представили как простое избиение. Те, кто у власти, могут с лёгкостью манипулировать общественным мнением. Их цель — защитить безупречную репутацию и божественный статус Тэнрюбито».
Впрочем, его это вполне устраивало. Он не собирался использовать смерть Небесных Драконов для громкой славы. Он убивал их лишь для собственного душевного спокойствия. То, что Мировое Правительство само всё скрыло, избавляло его от лишних хлопот.
Однако Уилл прекрасно понимал, что после этого инцидента Мировое Правительство будет следить за ним в оба. Если подобное повторится, они, скорее всего, попытаются от него избавиться.
Но Уилл не испытывал ни малейшего страха — наоборот, он с нетерпением этого ждал. С приходом Буллета их общая сила снова значительно возросла. Теперь они могли противостоять Йонко или трём адмиралам Морского Дозора. Даже если бы им пришлось столкнуться со всеми Горосэями, он был уверен, что сможет увести свою команду в безопасности.
«Вот оно что».
Карина и остальные были сообразительны и тут же всё поняли, хоть и удивились такому цинизму Мирового Правительства.
«Ладно, Нами», — Уилл бросил газету на стол и с улыбкой сказал: «Теперь, когда все в сборе, пора отплывать».
«Есть, капитан!» — с улыбкой ответила Нами и направилась к штурвалу.
Гранд-Лайн. Остров женщин Амазон-Лили.
В просторный зал вошла Глориоза — невысокая старушка, опирающаяся на фиолетовый посох в виде змеи.
Едва переступив порог, она сразу заметила Хэнкок, которая, раскрасневшись, полулежала на своём живом троне — огромной змее Саломее, свернувшейся кольцами.
«Хэнкок! Что с тобой?!» — встревоженно воскликнула Глориоза и, подбежав ближе, принялась её осматривать.
Хэнкок тяжело дышала, её взгляд был затуманен. Услышав голос, она медленно повернула голову. На этот раз она не стала, как обычно, бранить старушку, а наоборот, мягко и растерянно проговорила:
«Нён-ба... скажи... что со мной... мне так плохо...»
Услышав это, Глориоза подпрыгнула и приложила руку ко лбу Хэнкок, после чего вскрикнула:
«Какая горячая! У тебя жар?! Что ты делала? Почему у тебя внезапно поднялась температура?»
Она ведь совсем недавно видела её, и та была совершенно здорова. И вот, не прошло и мгновения, как у неё начался сильный жар. Это было ненормально.
Услышав вопрос, Хэнкок, тяжело дыша, протянула ей газету и с горящим лицом проговорила:
«Я всего лишь... читала свежую... газету... больше ничего...»
«Читала газету?!»
Глориоза приподняла бровь, взяла газету и, внимательно её изучив, увидела, что в ней снова писали о человеке по имени Уилл.
Внезапно её осенило. Она переводила взгляд с Хэнкок на газету и обратно. Затем, словно для проверки, она поднесла фотографию мужчины из газеты прямо к лицу Хэнкок.
«Н-нгх!..»
Хэнкок инстинктивно взглянула на фото, и её лицо вспыхнуло ещё ярче. Она запрокинула голову, прижав руку ко лбу, и её тело обмякло.
«Ай-яй-яй!» — воскликнула Глориоза, поняв, в чём дело. — «Хэнкок, тебе конец! Ты влюбилась!»
Она-то хорошо знала, что это такое, ведь и сама когда-то пережила нечто подобное. Как и Шакки до неё. Обе они в своё время покинули Амазон-Лили именно по этой причине.
Но она никак не ожидала, что «Императрица Пиратов» Хэнкок, так ненавидевшая мужчин, тоже падёт жертвой этой болезни.
Хотя этот мужчина... он ведь не просто избил Небесного Дракона. Хэнкок после войны в Маринфорде призналась ей, что он убил одного из них. К тому же он был высок, силён, красив...
Ладно, если так посмотреть, он и впрямь был выдающимся. Но Глориоза всё равно не понимала, как Хэнкок умудрилась влюбиться, увидев его всего один раз и не обменявшись с ним ни единым словом.
«Влюбилась...» — прошептала Хэнкок, ничего не понимая и глядя на Нён-ба затуманенным взором.
Однако она не была совсем уж несведущей в таких делах.
И в следующую секунду её воображение нарисовало сладостную картину: они с Уиллом держатся за руки. Затем она увидела себя, в подвенечном платье, тонущей в его сильных объятиях под дождём из нежных лепестков.
«Так... вот оно какое... чувство, когда влюбляешься?..»
Чем больше Хэнкок предавалась этим фантазиям, тем сильнее горела её голова. Она крепко зажмурилась, прижав руку ко лбу, и прошептала: «Я выйду за него замуж!..»
http://tl.rulate.ru/book/136718/7239255
Готово:
