Ранним утром следующего дня слухи о происшествии с кошкой Филча все еще витали в воздухе. Студенты обсуждали темы вроде Тайной комнаты Слизена. Тем временем группа Драко Малфоя держалась с надменной гордостью, словно им открылось нечто сокровенное.
Им казалось, что тот, кто скрывается в Тайной комнате, такой же, как они.
Иногда, встретив кого-то из гриффиндорцев, рожденных в семьях маглов, они не могли удержаться от колкостей: «Поосторожнее, чтобы тебя чудовища не прибрали!» или открыто заявляли: «Я чистокровный, меня эти висячие штуковины из Тайной комнаты никогда не тронут!»
Подразумевая, что «висячие штуковины» – это маглы.
Конечно, в присутствии Сиэля они такого не позволяли. Но когда Сиэль узнал от первокурсников из Гриффиндора о выходках Малфоя, он лишь беспомощно улыбнулся. «Господин Малфой, в любое время...»
«В нем есть эта детская непосредственность. Наверное, это так в стиле Малфоя».
На уроках некоторые студенты даже спрашивали профессора Макгонагалл о Тайной комнате. И пошли слухи, что профессор Макгонагалл сняла пять баллов с Гриффиндора.
В последующие дни атмосфера нездорового любопытства в школе не ослабевала, словно этой истории не будет конца. Даже возвращение кошки Филча, которая спокойно появилась в замке уже на следующий вечер и снова сопровождала смотрителя в обходах, не изменило настроения.
Наконец, в среду днем, когда весь Гриффиндор сидел на уроке истории магии у профессора Биннса, слова Рона уговорили Гарри. Рон посоветовал ему спросить о Тайной комнате у старейшего учителя. В порыве смелости Гарри встал.
- Что такое Тайная комната? - спросил он.
Наступила мгновенная тишина. Даже слизеринцы, которых раньше мало интересовал этот разговор, замолкли, ожидая, что ответит профессор Биннс, учитель-привидение, который провел в Хогвартсе больше времени, чем кто-либо.
Под взглядами, казавшимися почти осязаемыми, глаза профессора Биннса постепенно прояснились. Будто он наконец очнулся от скучного чтения сухих текстов. Обведя взглядом класс, он медленно начал говорить.
– Ну ладно, ладно, вижу, всем вам не терпится узнать, – профессор Биннс задумался на мгновение, – Дайте подумать, подумать… Ах да, давным-давно, примерно тысячу лет назад, четверо основателей создали Хогвартс. Об этом можно прочитать в истории школы.
Он снова сделал паузу, словно вспоминая, и продолжил:
– Тогда четыре основателя набирали студентов, руководствуясь разными взглядами. Но со временем Слизерин начал всё больше расходиться с остальными. Как говорят слухи, Слизерин отдавал предпочтение чистокровным волшебникам, считая, что нечистокровные не должны учиться в Хогвартсе. В конце концов он разошелся с остальными тремя основателями. Но ходили слухи, что перед уходом Слизерин тайно построил тайную комнату и заточил там жуткое чудовище, надеясь, что однажды его потомок сможет открыть её и "очистить" кровь" всей школы.
Едва профессор Биннс закончил говорить, как по классу прокатился гул. Некоторые недалекие ребята из Слизерина даже повскакивали и стали тыкать пальцами в нечистокровных одноклассников, громко смеясь.
Сиэль с отвращением наблюдал за этим представлением, похожим на шабаш, и ничего не сказал. Он просто продолжил читать заметки Дамблдора, которые держал в руках. Стало ясно: нужно обязательно становиться сильнее.
Профессор Биннс не смог угомонить ропот маленьких волшебников до конца урока. Даже за ужином вся школа уже знала о том, что он рассказал на занятии.
Эта новость обсуждалась весь ужин. Даже трое друзей начали строить планы: они собирались пробраться в гостиную Слизерина, чтобы раздобыть информации. Они даже хотели уговорить Сиэля присоединиться, но тот ловко отказался.
Ужин близился к концу. Шарль по-прежнему пребывал в окружении разговоров, где то и дело всплывали слова вроде «тайная комната», «наследник», «чистка». Кого-то от этого охватывала паника, а кто-то держался с таким надменным видом, словно совершал дворянский осмотр своих владений.
Конечно, к Сиэлю всё это не имело никакого отношения. Внезапно он вспомнил, что несколько дней назад, кажется, обещал навестить Дамблдора, но как-то совершенно об этом забыл. Теперь Сиэль стоял у двери кабинета директора, нервно переминаясь с ноги на ногу и гадая, какую бы придумать отговорку.
Каменное изваяние, охранявшее вход, внимательно наблюдало за Сиэлем, который то и дело почёсывал голову. Казалось, даже его каменное лицо выражало некое замешательство. Если бы оно умело говорить, то наверняка спросило бы: «Ты вообще собираешься заходить? Чего стоишь у порога?»
Наконец, Сиэль принял решение. Он попросил каменное изваяние распахнуть дверь и, собравшись с духом, вошёл в кабинет старого Дамблдора.
- А я уж думал, ты и не придешь, - встретил его шутливым тоном Дамблдор, чем вызвал у Сиэля лёгкое смущение.
- Учитель, пожалуйста, выслушайте мою отговорку, - пробормотал Сиэль, слабо пытаясь оправдаться, но не находя нужных слов.
Дамблдор, видя его смущённый вид, протянул к Сиэлю руку, приглашая сесть и начать «спектакль».
Послушно заняв место, Сиэль взглянул на Дамблдора и, немного поразмыслив, решил попытаться сделать вид, будто позабыл о данном обещании.
- Учитель, вы знаете что-нибудь о недавних слухах? - прямо произнёс он.
Дамблдор не ожидал, что Сиэль выберет столь прямой путь. Хотя он мгновенно разгадал его замысел, раз уж разговор свернул на деловой лад, решил не углубляться в шутливый тон. Вместо этого он пристально посмотрел на Сиэля и спросил: - Знаю. А что ты думаешь по этому поводу?
У Сьеля вдруг появилось ощущение, что его учителя легко провести. Он радостно ответил:
– Ну конечно, это ерунда. Я точно знаю, что Слизерин уехал, чтобы подняться на более высокий уровень. А вот идея о чистке крови – это полнейшая чепуха.
Дамблдор заметно улыбнулся, услышав ответ Шарля, и потом медленно произнес:
– Может быть, это и не чепуха.
От этих слов у Шарля по коже побежали мурашки. Если эта идея была не чепухой, тогда все его прежние догадки о василиске, возможно, придется отбросить.
Уставившись на своего учителя, Сьель ждал его следующих слов, всем своим существом ощущая что-то похожее на нетерпеливое предвкушение.
Видя нервный вид Сьеля, Дамблдор с улыбкой сказал:
– Нужно рассматривать проблему всесторонне, Сьель. Я за последние несколько дней проверил много школьной информации, которую могут видеть только директора. К сожалению, наследие Слизерина... Василиск действительно предназначен для очищения крови. Но нельзя сразу это отвергать. Знаешь почему?
Услышав слова Дамблдора, Сьель заметно на мгновение замер и стал опускать голову, размышляя. Через долгое время Сьель, казалось, понял главное:
– Я знаю, время!
Услышав ответ Сьеля, Дамблдор очень обрадовался. Он хлопнул в ладошки и сказал Сьелю:
– Да, именно время! Сьель, ты сам смог догадаться. Я очень рад!
Глядя на вид Дамблдора, Шарль не стал радоваться. Он смотрел на Дамблдора и ждал его следующих слов.
Дамблдор очевидно очень хорошо знал Сьеля, поэтому он не стал много говорить и сразу перешел к делу.
– Это долгая история.
http://tl.rulate.ru/book/136608/6584536
Готово:
