Едва занялся рассвет, и первые, еще робкие золотые лучи восходящего солнца коснулись остроконечных верхушек небоскребов, окрашивая их в нежные пастельные тона, когда Эшборн вошел в монолитное, устремленное ввысь здание «Шэдоу Корп». Огромный, отделанный мрамором и стеклом вестибюль был еще тих и почти безлюден, утренний гул деловой суеты еще не успел наполнить его пространство своей привычной энергией. Со стаканчиком дымящегося ароматного кофе в руке он, как всегда, спокойно и неторопливо шел по пустым, гулким коридорам, и лишь легкое, едва заметное эхо его шагов нарушало утреннюю тишину, пока он наконец не достиг своего просторного углового кабинета.
Привычное короткое шипение биометрического замка, тихий, почти беззвучный щелчок автоматически открывшейся двери, и вот оно — долгожданное уединение и умиротворение.
Он сделал большой глоток горячего кофе, наслаждаясь тишиной и открывающимся из панорамного окна видом на просыпающийся город, как вдруг в дверь его кабинета снова тактично, но настойчиво постучали.
Эшборн удивленно вскинул бровь. Так рано его обычно никто не беспокоил.
— Войдите, — небрежно бросил он, опуская почти пустой стаканчик на массивный стол из темного дерева.
Дверь плавно открылась, и на пороге появилась Кара. Она снова была в своей, теперь уже идеально чистой и выглаженной, строительной униформе, светлые, с золотистым отливом волосы аккуратно собраны в высокий конский хвост. Лицо ее выражало спокойствие и какую-то новую, незнакомую решимость, но в глубине ее ясных голубых глаз все еще читалось затаенное любопытство.
Эшборн едва заметно улыбнулся своей обычной загадочной улыбкой, лениво оперевшись бедром о край стола.
— Рано ты сегодня, Кара. Чем могу быть полезен в столь ранний час? Какие-то проблемы?
Кара решительно шагнула вперед. Голос ее был ровным и спокойным, но в нем все же угадывались легкие нотки неуверенности.
— Проект по строительству жилого комплекса полностью завершен. Мистер Хэлли сказал, что для нашей команды пока больше нет никаких текущих заданий. Так что… я пришла узнать, что мне делать дальше. Какие будут распоряжения?
Эшборн коротко кивнул, снова беря в руки стаканчик с остывающим кофе.
— Весьма кстати. Я как раз собирался вызвать тебя к себе по этому поводу в ближайшее время. Твои общественные работы, назначенные судом, официально окончены. Можешь считать себя свободной.
Она удивленно моргнула, явно не ожидав такого поворота.
— Уже? Так быстро?
— Изначально городской суд планировал, что ты отработаешь на строительстве этого жилого комплекса не менее года, — сказал он, плавно выдвигая один из ящиков своего стола. — Но вы с твоей замечательной командой умудрились справиться со всем объемом работ всего за четыре месяца. Впечатляющий результат.
Он достал из ящика обычный белый конверт и протянул его Каре.
— Это твой последний расчетный лист и все необходимые документы. С сегодняшнего дня ты абсолютно свободна от каких-либо обязательств перед «Шэдоу Корп» и городским судом.
Кара, не двигаясь с места, растерянно уставилась на конверт в его руке.
— А так… разве можно? В смысле, суд ведь назначил мне целый год исправительных работ. Не возникнет ли у вас из-за этого каких-нибудь… проблем с законом?
Эшборн усмехнулся с присущим ему спокойным, чуть насмешливым лукавством.
— Решения здесь принимаю я, Кара, и, насколько я понимаю, вся порученная тебе работа выполнена в полном объеме и с превосходным качеством. Если у многоуважаемого суда вдруг возникнут какие-либо вопросы или претензии по этому поводу, они прекрасно знают, где меня можно найти.
Затем его лицо на мгновение стало серьезным, почти суровым.
— И потом, теперь ты стала заметной мишенью. Держать тебя в одном, всем хорошо известном месте, день за днем, неделю за неделей — это слишком большой и неоправданный риск. А я, как ты, возможно, уже успела заметить, никогда не ставлю под угрозу безопасность своих сотрудников. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.
Кара удивленно, почти с недоверием посмотрела на него. Ее голос стал заметно тише, в нем прозвучали нотки искренней благодарности.
— Вы… вы не обязаны делать это для меня. Правда. Я вполне могу сама за себя постоять. Я буду очень осторожна. Обещаю. Больше никто и никогда не застанет меня врасплох.
Улыбка Эшборна не дрогнула, но его тон не оставлял ни малейшего места для возражений или дальнейших дискуссий.
— Это не обсуждается, Кара. Решение окончательное и обжалованию не подлежит.
Мгновение Кара стояла в полной нерешительности, ее плечи слегка опустились, когда она перевела взгляд на конверт, который все еще держала в своих руках.
— Тогда… не могли бы вы… оказать мне еще одну небольшую услугу? Пожалуйста, разделите эти деньги поровну между всей командой. Они все так усердно трудились, и без их помощи и поддержки я бы точно не справилась. Они заслужили это гораздо больше, чем я.
Эшборн коротко кивнул, его глаза на мгновение потеплели.
— Конечно. Без проблем. Сделаю.
Она задержалась еще на одно короткое мгновение, внимательно, словно пытаясь разгадать какую-то сложную загадку, изучая его, как всегда, непроницаемое лицо.
— Спасибо… за все, мистер Эшборн. Правда, спасибо.
Затем она резко развернулась и быстро вышла из кабинета. Дверь за ней тихо щелкнула, оставив Эшборна в компании его мыслей и остывшего кофе.
Оказавшись за массивной дверью кабинета, Кара медленно побрела по длинному, гулкому коридору, полностью погруженная в свои тяжелые, невеселые думы. "Едкое, неприятное чувство вины никак не отпускало ее. Эшборн только что, не моргнув глазом, навлек на себя потенциальные юридические неприятности, возможно, даже серьезные, и все это – ради нее. И что было еще хуже… она до смерти боялась, что кто-то из его врагов может попытаться навредить ее старой команде, ее новым друзьям, чтобы таким образом добраться до нее самой. Эта мысль была невыносима."
Тем временем в оглушающей тишине своего просторного кабинета Эшборн вернулся к своему недопитому кофе. Взгляд его был, как всегда, спокоен и невозмутим. Для него в этом решении не было ровным счетом ничего особенного или героического. Она выполнила ту работу, которую от нее ожидали, и выполнила ее блестяще. Не было никаких объективных причин держать ее здесь и дальше, подвергая ненужной опасности. Все просто и логично.
Тишину в кабинете Эшборна снова нарушил тихий, едва слышный скрип двери, которая опять приоткрылась всего через несколько минут после ухода Кары. Эшборн, сидевший за своим столом и задумчиво допивавший свой уже совершенно остывший кофе, медленно повернул голову. Его обычное спокойное, чуть отстраненное выражение лица едва заметно изменилось при виде нежданного гостя.
Это был Рекс, его бывший личный помощник, управляющий его делами и, по сути, самый близкий, почти родной человек, оставшийся у него из прошлой жизни, из прошлой семьи. Обычное добродушное и дружелюбное выражение лица пожилого, но все еще крепкого мужчины сменилось чем-то тяжелым, мрачным и глубоко встревоженным.
Бровь Эшборна вопросительно, но без удивления, слегка приподнялась.
— Что-то случилось, дядя Рекс? Выглядишь так, будто увидел привидение.
Мужчина медленными, тяжелыми, но все еще уверенными шагами подошел и остановился прямо напротив массивного стола Эшборна. В его голосе, когда он заговорил, отчетливо слышалась тяжесть многих лет сдерживаемых эмоций и глубоко запрятанного беспокойства.
— Эшборн… Мне нужно очень серьезно поговорить с тобой о твоем… поведении в последнее время, — его тон был непривычно твердым, почти отеческим, не допускающим возражений. — Так больше не может продолжаться. Ты меня слышишь?
Эшборн сидел совершенно неподвижно, внимательно слушая, его лицо оставалось непроницаемым.
http://tl.rulate.ru/book/136348/6932414
Takkebi (читатель/культиватор основы ци)
8 июля 2025 в 16:11
0
Готово:
