Наруто резко вдохнул, и атмосфера снова изменилась. Но теперь она исходила не от него — от Саске. Его тело было напряжено, как у зверя, готового к прыжку. Будто он видел опасность, невидимую другим.
— Почему у тебя глаза красные, теме?!
Выпускной класс должен был гудеть от волнения — обсуждения заданий, смешки, поддразнивания о новых командах, радость от того, что всё позади. Но вместо этого в воздухе повисла тяжесть. Как будто весь этот шум кто-то выключил.
Тишина душила.
Киба Инузука сидел на краю парты, прижимая к носу окровавленную тряпку, пока Ирука-сенсей обматывал его руку бинтом. Он морщился, но не жаловался. Перспектива, что его потащат в медпункт, казалась ему позором, которого он не переживёт. Гордость не позволяла — особенно после всего, что случилось.
Студенты, родившиеся в обычных семьях, сидели по классу, кто с опущенными глазами, кто просто уставившись в пустоту. Слабый, почти неосознанный убийственный настрой Наруто был далёк от того, что могли бы излучать опытные шиноби, но для них это было чем-то пугающим и непонятным. Таким, к чему они не могли быть готовы. И забыть это — тоже не могли. Это чувство будто прицепилось к ним, оставив после себя один-единственный вопрос, который раньше даже не осмеливались задать: а готовы ли они вообще к жизни шиноби?
Тем временем, Шикамару Нара сидел, привалившись подбородком к сложенным рукам. На первый взгляд — скучает. Но его мозг был куда активнее, чем казалось со стороны.
— Геморрой, — только и пришло в голову.
Наруто… что это, чёрт побери, было?
Его ленивый взгляд скользнул по парню в броне. По идее, в таком нелепом прикиде Наруто должен был выглядеть смешно — как будто играет в воина. Но теперь Шикамару уже не был так уверен.
Эта броня… она не выглядела как что-то краденое или сшитое из обрывков. Наоборот — идеально сидела. Такое не находят на помойке. Это кто-то сделал специально для него. Значит, про мастера он не врал.
Но тогда почему он был последним в классе? Почему заваливал элементарные экзамены и вёл себя, как клоун? Ничего не сходилось. Или он всё это время скрывал свои настоящие силы, или что-то с ним недавно произошло. В любом случае — сплошной геморрой.
А хуже всего — что произошло с классом.
Шикамару знал, что такое убийственное намерение — его отец был джонином. Он ощущал это на тренировках, на собраниях клана. Но это… то, что излучал Наруто… это было другое. Это даже не чакра, пытающаяся кого-то запугать. Это было… чужеродным. Как будто не отсюда.
Он тихо вздохнул и потёр шею. Мысли крутились в голове, одна за другой, ни на одну — ответа.
Сплошная морока.
Хината Хьюга сидела прямо, вцепившись пальцами в рукава своей куртки. Сердце колотилось, громко и неровно, как будто готово выскочить.
Она не активировала Бьякуган, но и не нужно было. Она почувствовала, как изменилась чакра Наруто — будто увидела это своими глазами. Это была не та энергия, к которой она привыкла. Не тёплая, упрямая, наполненная решимостью, несмотря на все его ошибки. Эта чакра была холодной, тяжёлой… и в ней было что-то тёмное, чуждое.
Ей стало страшно.
Это был не Наруто-кун.
Она повторяла это про себя, как заклинание, стараясь выкинуть из головы его взгляд, полный ярости. Наруто не такой. Он добрый. Он светлый. Он всегда идёт вперёд, даже если в него никто не верит. Он не может быть жестоким. Не может.
Её пальцы дрожали, когда она сильнее сжала ткань. Из-под чёлки она украдкой посмотрела на него. Он сидел за партой спокойно, будто ничего не произошло.
Хината хотела верить, что тот Наруто, который её вдохновлял, всё ещё здесь. Что он просто… переживает что-то своё.
Но та чакра, которую она почувствовала…
Она с трудом сглотнула и попыталась отогнать эту мысль.
Ино Яманака скрестила ноги и попыталась выглядеть спокойно. У неё не получилось.
Руки дрожали, поэтому она прижала их к бёдрам, скрыв от глаз. Она ненавидела это ощущение — ощущение слабости. А сейчас чувствовала себя именно такой.
То, что излучал Наруто… это даже не было «намерением убить». Это было что-то сырое, дикое, как волна, которую не успеваешь заметить, пока она не накроет. Это было больше, чем страх. Это было чувство, будто ты уставился в нечто… неестественное.
Отец всегда говорил, что убийственный настрой — это не просто злость. Это след, оставшийся на душе от прожитого опыта. От тех, кого ты убил. От сражений, через которые прошёл.
Но Наруто? Он же был последним в классе. Шутом. Он никого не убивал. Еле-еле прошёл выпускной экзамен. Откуда тогда у него такой… груз?
В животе всё сжалось, когда она вспомнила это давление. Оно давило на грудь так сильно, что хотелось задыхаться.
Отец ей как-то сказал: "Жажда убийства всегда рассказывает историю". Но какую именно историю рассказывал Наруто… это было нечто ненормальное. И хотя ей не хотелось в этом признаваться, часть её всё равно тянулась к этой истории — потому что в ней был какой-то магнетизм. Кто он такой, этот Наруто на самом деле?
Сакура Харуно сидела как каменная. Руки вцепились в колени, зелёные глаза лишь на секунду скользнули по Наруто, прежде чем она отвернулась.
http://tl.rulate.ru/book/136126/6985018
Готово:
