— Замолчи!
Эти слова Ланьчи были поистине шокирующими.
Старшая госпожа Шэнь, потрясённая, немедленно прервала её. Убедившись, что вокруг никого нет, она слегка вздохнула и осторожно сказала:
— Разве подобные речи подобают девушке из внутренних покоев? Внешние дела — забота твоего отца и братьев, тебе не о чем беспокоиться!
Затем, словно опасаясь, что Ланьчи произнесёт ещё что-то невероятное, она поспешно приказала Бию и Лючжу отвести барышню отдыхать.
После ухода Ланьчи старшая госпожа Шэнь сделала небольшой глоток чаю. Вспоминая слова дочери, она почувствовала лёгкий трепет.
Её дочь с детства росла в роскоши, любила золото и серебро, ничем не отличаясь от других знатных девушек. Но сегодня Ланьчи произнесла такие громовые слова, словно стала совсем другим человеком. Особенно фраза «Неужто стремитесь перевернуть небо и сменить знамёна» заставила сердце старшей госпожи Шэнь сжаться.
Действительно, в последние годы дом князя Анго достиг такого величия, что у неё возникло смутное ощущение, будто император «поднимает их, чтобы затем уничтожить», выжидая, пока их амбиции возрастут, и тогда можно будет разом покончить с ними.
Обеспокоенная, старшая госпожа Шэнь отправилась в кабинет, чтобы поговорить с главой семьи, Шэнь Синьгу.
В домашних делах старшая госпожа Шэнь была решительной и эффективной, всегда поддерживая порядок в доме. Лишь изредка у неё возникали разногласия со второй женой, Сяо Ши, но в остальном она была властной и умелой женщиной. Однако даже такая искусная в делах женщина перед Шэнь Синьгу должна была проявлять мягкость и покорность.
В конечном счёте, всё сводилось к тому, что хозяин дома князя Анго за письменным столом был слишком суров.
Шэнь Синьгу едва переступил порог сорока лет, но на висках уже виднелась седина — вероятно, из-за постоянных раздумий. Для старшей госпожи Шэнь он был хорошим мужем, но и не совсем. Хорош тем, что не брал наложниц и относился к ней с уважением. Но плох тем, что был слишком равнодушен к жене и детям, редко интересуясь их делами, даже живя под одной крышей.
Порой старшая госпожа Шэнь даже думала, что Шэнь Синьгу просто не умеет проявлять заботу о семье, вечно занятый внешними делами.
— Господин, — поклонилась старшая госпожа Шэнь в кабинете.
— Ты здесь? — Шэнь Синьгу отложил кисть и жестом указал на стул. — Садись. В чём дело?
— Разве я не могу навестить господина без причины? — спросила старшая госпожа Шэнь.
— Ты не из таких, — ответил Шэнь Синьгу. — Наверняка что-то хочешь спросить.
Старшая госпожа Шэнь помолчала, затем вздохнула:
— Ланьчи сказала кое-что, что заставило меня почувствовать беспокойство. В последние годы дом князя Анго достиг небывалых милостей, словно цветы, украшенные парчой, или масло, кипящее на огне. Но такая благосклонность вызывает тревогу.
— Это сказала Ланьчи? — спросил Шэнь Синьгу, снова взяв кисть и сделав пару пометок на свитке.
— Именно так, — тихо ответила старшая госпожа Шэнь. — Не знаю, кто надоумил её.
— Она и Тиньюань — полные противоположности. Тиньюань мечтает оставить пост заместителя министра и вернуться домой, чтобы рисовать в уединении. А Ланьчи, девушка из внутренних покоев, рассуждает о государственных делах, — спокойно произнёс Шэнь Синьгу, не поднимая глаз.
— Так господин знает о мыслях Юаня? — в голосе старшей госпожи Шэнь прозвучала лёгкая радость.
— Ты лучше займись внутренними делами и постарайся усмирить нрав Ланьчи. Ей предстоит выйти замуж за наследного принца и в будущем стать матерью государства. Она не может позволять себе такие вольности и нелепые речи. Что касается остального, у меня есть свои соображения, не стоит тебе беспокоиться.
Сказав это, Шэнь Синьгу замолчал.
Старшая госпожа Шэнь, понимая, что муж больше ничего не скажет, с поклоном удалилась.
В этот момент в кабинет вошёл слуга и, наклонившись к Шэнь Синьгу, что-то шепнул ему на ухо. Тот нахмурил густые брови, резко положил кисть и спросил:
— С кем он устроил спор на дороге?
— С… с… — слуга согнулся в поклоне, на лбу выступил пот. — Молодой господин Тинчжу поспорил с наследником князя Шаньиня…
Шэнь Синьгу на мгновение замолчал, затем вздохнул:
— Ладно, скажи управляющему Аню разобраться с этим и подготовить подарки для княжеского дома Шаньиня в знак извинений.
Когда слуга удалился, старшая госпожа Шэнь не удержалась от замечания:
— Господин, вам не следовало бы так потакать второй ветви. Вчера они похитили девушку из добропорядочной семьи, сегодня устроили ссору с наследником князя Шаньиня из-за дороги. Что они вытворят завтра?
— Возвращайся, — сухо ответил Шэнь Синьгу, не вдаваясь в объяснения, — присматривай за Ланьчи.
Старшей госпоже Шэнь пришлось смириться.
Господин был так равнодушен к собственной жене и детям, но при этом безмерно снисходителен ко второй ветви. Это вызывало в душе лишь горечь.
Вся вторая ветвь была словно окутана зловещим туманом. От верху до низу царило сплошное уродство. Они злоупотребляли именем рода Шэнь, творя беззаконие. Особенно раздражала вторая госпожа Шэнь по имени Сяо Ши с её взрывным характером и вечными притязаниями. Пользуясь снисходительностью старшего господина Шэнь, она постоянно задирала нос, будто пыталась сесть старшей госпоже на голову. Это было невыносимо.
Даже если у господина Шэнь были причины для такой снисходительности, старшая госпожа не могла с этим смириться.
***
Во второй ветви дома Шэнь Шэнь Тунин и её служанка Хуньсю шептались, их лица сияли от возбуждения.
Недавно, прогуливаясь по покоям старшей ветви, Шэнь Тунин услышала нечто невероятное. Оказывается, её безупречная двоюродная сестра из старшей ветви влюбилась в наследника князя Чжэньнань и даже тайно встречалась с ним в императорском саду.
Теперь стало понятно, почему Шэнь Ланьчи появилась на дворцовом пиру в таком скромном наряде: она явно старалась не привлекать внимания Лу Чжаоюэ.
Расспросив Хуньсю, Шэнь Тунин узнала, что во время переодевания Шэнь Ланьчи разыгрался настоящий спектакль. Проверив свою шкатулку и убедившись, что бледно-абрикосовый ароматный мешочек на месте, она решила поручить Хуньсю распространить эту историю.
http://tl.rulate.ru/book/135936/7935926
Готово:
