Утро.
Тропинка из деревни Сихэ в уезд Суй.
Юэ Юньчуань и Нань Син шли друг за другом, не проронив ни слова.
Юэ Юньчуань переложил большую часть трав в свою корзину за спиной. Он нёс её с лёгкостью, будто за спиной вовсе не было тяжести. Нань Син следовала за ним, неся оставшуюся половину. Она шла тихо, но не отставала ни на шаг.
От деревни Сихэ до уезда Суй — час пути. По современным меркам — два часа.
Тело Юэ Юньчуаня закалилось на войне, да и ослабленные сверхспособности помогали. Два часа ходьбы для него — сущий пустяк.
Но его удивило, что и Нань Син прошла весь путь без труда. Добравшись до уезда, она лишь слегка вспотела, дыхание её стало чуть чаще, но никаких признаков усталости не было.
Юэ Юньчуань помнил, какой Нань Син была пять лет назад — хрупкой и нежной. А теперь она без труда преодолевала такие расстояния. Это напомнило ему его собственную историю.
Когда наступил апокалипсис, он был обычным студентом, не способным и мухи обидеть. Чтобы выжить, ему пришлось пройти через многое.
Если Нань Син стала такой... значит, эти годы в деревне Сихэ дались ей нелегко?
Юэ Юньчуань проводил Нань Син до знакомой ей аптеки, договорившись, что она будет ждать его у входа, после чего развернулся и ушёл.
Нань Син задумчиво потёрла подбородок. Ей показалось, что в последний момент взгляд Юэ Юньчуаня стал чуть мягче?
Она не была уверена, не ошибка ли это, но прежде чем она успела как следует задуматься, знакомый аптечный помощник Чай Ху уже подошёл к ней.
— Нань-сяоцзе, вы пришли? — Чай Ху был очень радушен.
Нань Син была редким и ценным клиентом — она разбиралась в медицине.
Поэтому многие из приносимых ею трав уже были обработаны, высушены как положено, аккуратно рассортированы и чисты, так что их можно было сразу использовать, без дополнительной подготовки.
Даже если её травы стоили чуть дороже, чем у других сборщиков, аптека всё равно охотно покупала их у Нань Син.
Чай Ху, как обычно, взвесил травы, выдал Нань Син недостающие ей лекарства и, подсчитав, вручил ей двести семь медяков.
Тем временем.
Юэ Юньчуань сначала зашёл в кузницу, где приобрёл два кинжала — большой и маленький, несколько ловушек и заодно разменял у кузнеца банкноты на мелкие серебряные монеты.
Затем купил на улице моток верёвки, лук и стрелы, после чего в укромном месте убрал лук в пространство системы.
Потом он зашёл в книжную лавку, не разглядывая ассортимент, попросил продавца дать ему самый распространённый сборник комментариев к «Четверокнижию и Пятикнижию» и направился обратно в аптеку.
Юэ Юньчуань выбирал вещи быстро, без долгих раздумий.
Нань Син же тщательно взвешивала каждую траву по отдельности, поэтому, хотя Юэ Юньчуань купил больше, они потратили примерно одинаковое время. Когда он подошёл к аптеке, Нань Син как раз заканчивала расчёт.
Нань Син, взяв деньги, обернулась и случайно встретилась взглядом с Юэ Юньчуанем, который кивнул ей:
— Пойдём, тебе нужно что-нибудь купить?
Взгляд Юэ Юньчуаня остановился на её слегка поношенной одежде, и он вдруг вспомнил, что у его родителей тоже не было новой одежды — самое лучшее, что у них было, это вещи в полусношенном состоянии.
Да и у него самого старая одежда, оставленная дома пять лет назад, уже не годилась к носке — всем пора обновить гардероб.
Нань Син слегка замешкалась, заметив, что Юэ Юньчуань смотрит на неё, и поспешно опустила глаза, осматривая платье: неужели она случайно испачкала его, собирая травы?
Но Юэ Юньчуань спросил:
— Дома новую одежду шьют сами из ткани или покупают готовую?
Нань Син взглянула на своё поношенное платье, и её уши неожиданно покраснели.
— Обычно шьют сами из ткани, — ответила она.
Юэ Юньчуань кивнул, взял у неё пустую корзину для трав и сказал:
— Давай купим ткани, всем нужно новое летнее платье.
Весенний сезон посадок закончился, погода становилась всё жарче, и одежда с хлопковой подкладкой уже была не нужна.
В семье Юэ было мало людей, и в еде они себе не отказывали, но, пережив тяжёлые времена, они не придавали особого значения одежде — пока вещи можно было носить, их носили, и новую одежду шили только на Новый год.
Платье Нань Син было сшито много лет назад.
Юэ Юньчуань повернулся, неся корзину на спине, а Нань Син, потрогав покрасневшие уши, последовала за ним, кончики её пальцев были тёплыми.
Вот как…
Оказывается, он просто смотрел на её одежду.
Юэ Юньчуань отвёл Нань Син в лавку тканей, где они выбрали несколько рулонов хлопковой ткани для нижнего белья и материи для верхней одежды, упаковали их в пергамент и сложили в корзину, которую он понёс на спине.
Обратно они шли так же — один за другим, не проронив ни слова.
По дороге слышались лишь стрекотание насекомых, пение птиц и журчание ручья — человеческих голосов не было слышно.
Всю дорогу домой Юэ Юньчуань молчал и заговорил только у ворот дома Юэ:
— Я вернулся.
Чжоу Ши, увидев, что сын принёс ткань, хоть и ворчала, что он зря потратил деньги, тут же с радостью принялась прикидывать, как её использовать, бормоча себе под нос:
— Ткань такая хорошая, нельзя её испортить...
Хоть Чжоу Ши и умела шить, но делала это не слишком искусно.
На этот раз Юэ Юньчуань выбрал ткань получше.
Чтобы не испортить материал, Чжоу Ши подумала и решила найти мастерицу.
Она взяла полмешка муки и десяток яиц, велела Нань Син нести ткань, и они вдвоём отправились к знаменитой в деревне мастерице — Матери Шэнь.
Деревня Сихэ была многосемейной, но больше всего в ней жило семей Юэ и Ван, а также несколько других.
Мать Шэнь была из тех «других». Она славилась искусством шитья и вышивки.
Узнав о её мастерстве, зажиточные семьи деревни часто приглашали её шить одежду.
Муж Матери Шэнь давно умер, а сын учился, поэтому, помимо пошива одежды, она вышивала изящные узоры и продавала их в уезде Суй, что приносило ей немалый доход.
http://tl.rulate.ru/book/135921/6411805
Готово:
