Около полуночи серо-белый внедорожник медленно въехал в тростниковые болота деревни Дали Кенг в уезде Шихэ.
Фары ярко светили, заставляя тростник высотой с человеческий рост с белыми кисточками покачиваться в лучах света.
На заднем сиденье А-Пэн ссутулился, от него разило алкоголем. Вчера он получил уведомление от Сюн Хея вместе с фотографиями людей и машины, которую они искали, с приказом провести "метр за метром, ковровый поиск" на сельских дорогах в этом районе.
А-Пэну нравился такой вид работы — он мог подать заявку на оплату сверхурочных часов, которая имела одну цену при повышении и другую — при понижении, а разница шла прямо в его карман.
Поэтому он был особенно усерден, призывая всех быть скрупулезными и предлагая двойную плату за нахождение достоверных зацепок. После того, как он методично организовал "работу", пока его подчиненные суетились повсюду, он играл в карты и пил, сколько ему было угодно, — это было то, что он всегда пропагандировал как "мудрость лидера".
Сегодня он немного перебрал. Когда поступили первые звонки, он был пьян в стельку и пропустил их все. Только протрезвев и перезвонив, он узнал, что возникла ситуация, и поспешно собрал людей, чтобы они приехали сюда.
В зарослях тростника кто-то уже шел им навстречу, размахивая фонариком, чтобы направлять машину.
После толчков и тряски, подъемов и падений машина наконец остановилась перед несколькими полуразрушенными глинобитными домами.
Как только А-Пэн вышел, он спросил Лао Си, который отвечал за эту территорию: "Нашел людей?"
Их целями были два человека и одна машина. Это место не выглядело так, будто могло спрятать машину, так что... они похоронили людей?
Лао Си сначала указал на глиняные дома: "Брат Пэн, мы поспрашивали вокруг. Эти дома и раньше были ветхими, но не рухнули так. Эти дома снесла машина".
Ну и что? А-Пэн не понял.
Лао Си повел его вперед: "Брат Пэн, сюда, посмотри на это кирпичное здание".
А-Пэн, выросший в сельской местности, сразу узнал в этом насосную станцию для машинного колодца.
Лао Си включил фонарик на максимальную яркость и передал его А-Пэну: "Брат Пэн, посмотри сам, посвети на стену".
А-Пэн поднял фонарик, как ему было сказано.
На стене…
Казалось, это обычная стена с красными иероглифами "Водные ресурсы", хотя со временем краска выцвела и значительно облупилась.
Через некоторое время А-Пэн заметил нечто странное.
Пулевые отверстия.
В кирпичной стене были пулевые отверстия, некоторые из которых прошли насквозь, а некоторые — не полностью.
А-Пэн был в шоке: "Чёрт… здесь была перестрелка?"
Лао Си сказал: "Эти глиняные дома, должно быть, тоже были расстреляны. Мы подозреваем, что кто-то зачистил место происшествия, протаранив глиняные стены автомобилем. Когда они рухнули, улик больше не было видно".
Однако они не могли снести кирпичные стены — попытка сделать это могла привести к гибели как транспортного средства, так и водителя.
Так вот, эти следы остались.
А-Пэн сглотнул: "Нашел что-нибудь еще?"
Лао Си провел его внутрь.
Войдя, А-Пэн сразу же увидел в углу две стопки сдвинутых деревянных досок, а между ними — отверстие машинного колодца.
Он подошел к краю колодца, инстинктивно откинувшись назад и вытянув голову вперед — именно так большинство людей смотрят в колодцы, боясь упасть, но желая ясно видеть.
Он ничего не мог видеть. Это было слишком глубоко, отверстие было довольно узким. Наклонившись ближе, он почувствовал слабый запах разложения.
А-Пэн помахал рукой перед носом: "Что ты думаешь?"
Лао Си: "Этот колодец глубиной не менее сорока метров. Брат Пэн, я не могу говорить за других, но если бы я что-то сделал и хотел бы избавиться от доказательств, я бы сбросил их в колодец".
Действительно. Одна только мысль об этом заставила А-Пэна похолодеть. Он отступил назад: "Ты что-нибудь извлек?"
Лао Си закатил глаза: "Извлек? Посмотри, какой глубокий колодец — нам понадобятся профессиональные чистильщики колодцев. Брат Пэн, это решение за вами. Мы не можем быть уверены, что произошедшее здесь связано с людьми, которых мы ищем — это всего лишь подозрение. Скажите слово, и мы арендуем оборудование и начнем, но это не маленькая операция. Это будет стоить довольно много".
Это обойдется недешево — то есть появится еще одна возможность запросить средства и немного стянуть?
Глаза А-Пэна расширились: "Вычисти его! Компания загружена — что такое немного денег? Вы, ребята, просто сделайте это, я поговорю с братом Сюном".
Сюн Хей не смог сразу ответить на срочный звонок А-Пэна среди ночи.
Потому что он был на втором подвальном этаже фермы. Это был недостаток нахождения под землей — плохой сигнал.
Он был не один. Линь Сичжу, Ли Юэин, Фэн Ми и Ян Чжэн тоже были там.
Эта комната была самой важной на втором подвальном этаже. За исключением того времени, когда она была построена впервые и двери были оставлены открытыми на несколько дней, она была заперта на замок и ключ днем и ночью, круглый год. Любой, кто не знал, мог подумать, что это какое-то хранилище.
Но комната была довольно простой, не показывая почти никаких признаков современного декора. Она могла бы сойти за комнату 80-х или 90-х годов: цементный пол с большим круглым участком оригинальной земли в центре, над которым стояла арочная миниатюрная пластиковая теплица. Между цементным полом и теплицей были кирпичные дорожки — не прямые линии, а извилистые кривые, которые, если смотреть сверху, напоминали извивающееся пламя солнца.
На стенах висели две потертые картины.
Одна из них была черно-белой новогодней картиной, на которой карп выпрыгивал из ворот фермера, а из белых волн выплывали огромные рыбы, а наверху скопления белых облаков охватывали величественные башни. На перемычке были иероглифы "Врата Дракона".
На другой картине Куа-Фу был изображен в погоне за солнцем в цветовой гамме древних времен: половину неба занимало ярко-красное солнце, а великан с развевающимися волосами и густой бородой поднял голову и руки, словно собираясь схватить солнце в свои объятия.
Обычно миниатюрную теплицу держали плотно закрытой, словно опасаясь, что подземный ветерок может вызвать головную боль у ее нежного содержимого, но теперь теплица и ее каркас лежали перевернутыми набок.
В слегка влажной почве что-то извивалось.
На первый взгляд, это существо имело человеческую форму, но на его голом теле были участки кожи нормального цвета, перемежаемые темно-коричневыми областями, которые были "неровными" — кожа вздувалась и впадала, создавая крайне тревожное зрелище.
Что касается того, где должна была быть "голова", то она уже начала съеживаться, из-за чего глаза казались чрезвычайно большими. Белки глаз медленно наполнялись кровью, цвет становился темнее, пока почти не сравнялся со зрачками.
Но оно все еще дышало, делая глубокие, прерывистые вдохи.
Линь Сичжу некоторое время без всякого выражения наблюдала за происходящим, затем оглядела всех присутствующих и вдруг рассмеялась, как ненормальная: "Кто-нибудь хочет объяснить, что происходит?"
Никто не ответил.
Лицо Линь Сичжу постепенно потемнело: "Все онемели, да? Говори! Сюн Хей, говори!"
Сюн Хей проклинал свою удачу — хорошие вещи никогда не выпадали ему на долю, но когда возникали проблемы, они называли его имя.
Он заставил себя заговорить: "По всем правилам... этого не должно было случиться. У нас был хороший контроль в последние несколько раз. Может быть, мы... что-то где-то упустили из виду".
Линь Сичжу посмотрела на Ли Юэин: "Сестра Ли, что ты думаешь?"
Ли Юэин прикрывала нос и рот платком, видимо, не в силах выносить застоявшийся воздух в комнате: "Не могу сказать точно. Я никогда не пользовалась этой системой. Она дала сбой — просто не повезло, я полагаю".
Фэн Ми бросила на нее косой взгляд, скривив губы в явном презрении.
Линь Сичжу холодно рассмеялась: "Не повезло? Номер 018 должен был быть Гоу Я, но это никчемное существо не имело того, что нужно, — провалилось. Я подумала: ничего, заменим его новым. Этот так хорошо справлялся, кто знал, что он окажется таким на последнем этапе!"
Она стиснула зубы: "018 проклят? Один терпит неудачу, другой терпит неудачу?"
Ян Чжэн вздохнул: "Сестра Линь, никто не хочет, чтобы это произошло. Наш процент успеха не высок, всего две трети…"
Линь Сичжу перебила его: "Верно, номера от 1 до 18, шесть не справились. Небеса не даруют нам успеха — мы не можем бороться с судьбой. Но на этот раз мы не можем винить небеса. Сюн Хей, переверни".
Сюн Хей привык выполнять приказы Линь Сичжу, не задумываясь. Он подошел и схватил Номер 018 за плечи, чтобы перевернуть его. Фэн Ми и Ян Чжэн уловили намек в ее словах и оба слегка вздрогнули.
Ли Юэин опустила глаза за платок и тихонько кашлянула.
Перевернув тело и выставив спину, они увидели бесчисленные светло-коричневые точки, густо усеянные по всей поверхности. Но в нескольких местах вместо точек были светло-коричневые нити, свисающие вниз, как кукурузные рыльца.
Линь Сичжу посмотрела на Ян Чжэна: "Если я правильно помню, ты выращивал цветы в Куньмине?"
Ян Чжэн издал звук согласия: "Я не очень умный, могу заниматься только физическим трудом. Куньмин — крупная цветочная провинция, и многие люди работают с растениями. Я нашел работу на цветочной базе, в частности, ухаживал за цветами и растениями".
Линь Сичжу: "Тогда позволь мне спросить тебя, что происходит, когда корни растения повреждаются?"
Ян Чжэн почувствовал холодок: "Корни — это источник, питающий ветви и листья наверху. Если корни повреждены, растение наверху погибает".
Линь Сичжу: "А как насчет частичного повреждения корней?"
Ян Чжэн: "Это зависит от ситуации. Иногда частичные корни соответствуют определенным частям растения над землей. Растение может умереть с одной стороны, но жить с другой".
Линь Сичжу говорила, как будто вздыхая: "Да, с поврежденными корнями растение может быть полумертвым, полуживым. Но люди не такие. Вы когда-нибудь слышали, чтобы человек был полумертвым, полуживым? Люди такие хрупкие — иногда отказ всего лишь одного или двух органов означает смерть".
"Сестра Ли не управляла этой системой, но я это делал. Номера с 1 по 18, я следовал всем. Никто не знает процесс лучше меня".
Говоря это, она пошла по ближайшей кирпичной дорожке к номеру 018, указывая на светло-коричневые точки на его спине.
"Это отсоединение корней — когда корневая система естественным образом и успешно отсоединяется. Отсоединенные корни уходят в тело вместе с оставшимися питательными веществами. Заживает отлично, даже не оставляя шрамов. Через некоторое время кожа выглядит как обычная".
Она подняла палец ноги, чтобы погладить одну из нитей, похожих на кукурузные рыльца: "Это не отсоединение корня. Он был сломан силой, поэтому он не мог вытащить себя. Он висит здесь мертвым. Немногие могут войти в эту комнату. Тот, кто это сделал, сделайте шаг вперед добровольно. Сохраните свое лицо".
Фэн Ми была поражена и не могла не взглянуть на Ли Юэин.
Не только Фэн Ми — постепенно Сюн Хей и Ян Чжэн также повернулись, чтобы посмотреть на нее.
Если бы на нее смотрел всего один человек, Ли Юэин, возможно, проигнорировала бы это, но когда на нее устремилось столько глаз, ей пришлось заговорить.
Она подняла глаза, отвечая на их холодные взгляды один за другим: "Что это? Вы все смотрите на меня — вы подозреваете, что это сделала я? Из-за того, что мне не повезло, у меня были дефектные кровеносные сосуды, и я потеряла надежду на второе поколение, я стала психически извращенной и не хочу, чтобы другие тоже преуспели, так ведь?"
Линь Сичжу слегка улыбнулась и повернулась к ней лицом: "Сестра Ли, ты когда-нибудь входила в эту комнату одна?"
Ли Юэин холодно ответила: "Нет, только когда все остальные были здесь".
Линь Сичжу: "Сестра Ли, ты должна знать, что на втором подвальном этаже есть камеры видеонаблюдения".
Ли Юэин пренебрежительно рассмеялась: "Тогда проверьте их. Чтобы поймать вора, нужны доказательства. Вы не можете обвинять кого-то без доказательств".
Услышав это, Сюн Хей потерял терпение и зашагал к двери: "Я проверю".
Когда он дошел до двери, Линь Сичжу крикнула: "Сюн Хей, сестра Ли выглядит такой уверенной, может быть, она действительно этого не делала. Я тоже на это надеюсь. Но также возможно, что она уничтожила записи видеонаблюдения. В конце концов, она знает, где находится комната наблюдения. Поэтому я предлагаю тебе не идти в комнату наблюдения, чтобы посмотреть".
Сюн Хей послушался и поспешил выйти.
Ли Юэин не совсем поняла и вопросительно посмотрела на дверь. Фэн Ми тоже была в замешательстве: "Тетя Линь, что вы имеете в виду? Если не в комнате наблюдения, то где ему искать?"
Линь Сичжу улыбнулась Фэн Ми: "Обычно люди, пытающиеся оправдаться, немедленно уничтожают систему наблюдения — либо удаляют отснятый материал, либо забирают карты, либо даже совершают насильственные разрушения. Этот второй подвальный уровень настолько важен, что мы с самого начала подготовили резервные меры. Даже если комната наблюдения сгорит, у нас есть резервные копии в других местах".
Затем она мягко успокоила Ли Юэин: "Но если ты ничего не сделала, то не о чем беспокоиться, верно?"
После нескольких поворотов Сюн Хей вошел в архивную комнату, где хранились различные квитанции и контрактные документы для фермы. Он включил компьютер в углу и кликнул на папку хранения на рабочем столе.
Плотные ряды видеозаписей с камер наблюдения, отсортированных по дате.
Сюн Хей придвинул стул — это займет некоторое время.
Он наугад открыл одно из них.
Время шло секунда за секундой, и на лбу Ли Юэин начал выступать пот.
Фэн Ми смотрела на нее и наконец, не выдержала: "Тетя Ли, если они найдут это на камерах наблюдения, это будет очень отвратительно. Я скажу так — я бы не осмелилась сделать такое. Мы все видели, что случилось с Гоу Я. Но ты осмелилась, не так ли? Смерть в любом случае, жить осталось не так уж много, можно же кого-то утащить за собой, верно?"
Веки Ли Юэин дрогнули, и она выпалила: "Закрой рот!"
Фэн Ми слегка фыркнула: "Мы начинаем беспокоиться, да?"
Ян Чжэн посмотрел на Ли Юэин. Хотя лучше увижу, чем поверю, выражение ее лица не позволяло не заподозрить: "Сестра Ли, как ты могла? Твоя ситуация, мы все глубоко сожалеем об этом, но это было неизбежно…"
Ли Юэин посмотрела на него и не смогла больше сдерживаться, разразившись сильным кашлем, хватая ртом воздух, как будто ее сердце и легкие могли вырваться наружу.
Отдышавшись, она рассмеялась, словно плача, и пробормотала: "Зачем им..."
Ее слова воспалили глаза Линь Сичжу. Она пристально посмотрела на Ли Юэин: "Почему? Я знаю, ты злишься, думая, что я тебя погубила. Разве я хотела этого? Я тоже впервые в этом мире — приходится изучать каждого персонажа и разбираться во всем по крупицам. Да, у меня не было опыта в твоем деле, и я не справилась с ним хорошо, но, по крайней мере, ты все еще жива, не так ли? А как насчет моего мужа? Он был номером 001. Сначала я помогла ему отделить корни, и он умер первым!"
В комнате воцарилась мертвая тишина.
Номер 018, извиваясь в земле, наконец, испустил последний вздох и больше не двигался.
Снаружи раздался голос Сюн Хея: "Сестра Линь, можешь ли вы выйти на минутку?"
Линь Сичжу закрыла глаза, затем снова их открыла: "Ты что-то нашел? Просто скажи".
Сюн Хей колебался несколько секунд: "Нет, сестра Линь, пожалуйста, выходи. Есть… другая ситуация".
http://tl.rulate.ru/book/135299/6544930
