### Глава 47. Ценность
В одном из уголков архипелага Чабаоти.
Бэзил Хоукинс скрестил ноги и покачивал бокал.
Розовато-красная жидкость переливалась по прозрачному стеклу.
Будто внезапно налетевший шторм где-то в открытом море.
— Вух... —
Бокал неожиданно выскользнул из его руки.
Осколки стекла, смешанные с вином, рассыпались по полу.
– Дурной знак.
На обычно невозмутимом лице Хоукинса мелькнула мрачная тень.
Он решил провести гадание.
Едва он начал раскладывать только что достанутую колоду, как вдруг выпала чёрная карта джокера.
– Влияние судьбы достигло такого уровня...
– Но вчера знамение говорило ждать окончания битвы за Остров Рыболюдей. Как оно могло так резко измениться?
– Ты и вправду шут, издевающийся над судьбой.
Хоукинс резко поднялся с барного стула, его высокая худая фигура перекрыла желтоватый свет лампы.
– Поднимать якорь. Немедленно. – В его голосе звучала холодная непреклонность.
– Этот остров не переживёт ночи.
Хоукинс казался загадочным. Его предсказания менялись, будто чьи-то капризные мысли.
Но столь сильное предзнаменование беды он видел впервые.
– Готовиться к выходу в Новый Свет!
—
Канатная дорога в форме чайника, покрытая пузырём, напомнила Бакки аттракцион с вращающимися чашками.
Однако здесь использовалась технология архипелага Чабао — под «чайником» держался огромный пузырь.
Ощущая лёгкость, кабинка пробивала пелену белого тумана.
Почти в тот же момент гигантская гекконоподобная тварь, уцепившаяся за скалы Красного материка, тоже разорвала слои тумана.
В густой пелене никто не заметил, что это существо несло на себе целый остров.
Его лапы с присосками, словно у осьминога, позволяли легко передвигаться по отвесным скалам, будто по ровной земле.
Но с каждым шагом вниз сыпались камни и осыпалась почва.
– Интересная картина, правда?
Баки сидел, с неподдельным интересом наблюдая за странным зрелищем перед ним. Под ногами клубился густой белый туман, словно облака под нерушимой скалой, а прямо перед ним вздымалась отвесная стена из красного камня. По ней пыталась взобраться маленькая ящерица.
– Такого я не забуду до конца жизни, – ответила Лебедь, её глаза сияли.
Она всё же села в кабинку канатной дороги. Хотя отлично понимала, что человек напротив больше не лейтенант флота, а враг всего мира. И она точно знала, к чему приведёт эта поездка. Но что поделать? Кто просил его спасать её? Какой ценой можно купить собственную свободу и достоинство? Взгляд её не отрывался от Баки.
Всего одна жизнь.
– Хфф, хфф… – Жак пытался выровнять дыхание. – Возможно, это в последний раз.
Морских стражей тайно перевезли, канатная дорога пришла в движение.
Неважно, что этот человек натворил на Святой Земле – Жак чувствовал, что ему не сбежать. Лучше уж самому увидеть, куда ведёт этот путь!
– Тебе не жаль? – Взгляд Баки скользнул к аккуратно подстриженным волосам Лебеди. – Ты могла бы возглавить собственное движение. У тебя уже была свобода.
Честно говоря, он ожидал, что Жак отправится с ним – у него был серьёзный козырь против того. Но появление Лебеди стало неожиданностью. Баки не видел в ней пользы. Организаторские способности? Но у него и своих хватало.
– Главное – ты для меня бесполезна.
Звучало жёстко, но Баки был равнодушен. Он ценил красоту, и девушка действительно прекрасна – но это не значит, что он будет делать поблажки.
Ценность важна. На аукционе Лебедь играла роль жертвы, вызывая у людей сочувствие. В хаосе ей удавалось организовывать других. Но теперь...
Вместо этого, догнав канатную дорогу, она потеряла свою ценность.
Такие вещи — расходный материал.
Услышав это, на лице Лебедя не появилось разочарования — лишь упрямый огонёк в глазах.
Она протянула руку, и перед ней возникла светящаяся воздушная стена.
Лебедь открыла рот, словно что-то говоря, но звука не последовало.
Её голос был заглушён.
Ещё один взмах руки — и стена исчезла.
– Ты велел мне спасаться, – сказала девушка, и на её лице появилась лёгкая улыбка.
Тот, кто однажды потерял свободу и достоинство, ценит всё возвращённое куда сильнее остальных.
А уж если этот кто-то — человек вроде Лебедя, уже успевший кое-что понять…
Она не теряла времени даром и нашла своё место в хаосе архипелага.
– Тихий фрукт.
– Похоже, ты догадалась.
Тут Баки вдруг вспомнил: он так и не отдал Арне тот фрукт, который собирался подарить.
– Но билеты на внутренние поля дают кое-какие бонусы.
Он взглянул на Жака, который казался слегка смущённым, и достал из кармана дьявольский фрукт.
Вообще-то он носил его с собой на случай, если подвернётся возможность скормить фрукт какому-нибудь обладателю способностей.
Кто бы мог подумать, что во время схватки противник вдруг вытащит дьявольский фрукт?
– Это ради справедливости.
Он протянул банан с белыми узорами другому.
Шут никогда не скупился на подобные вещи.
Честолюбивый старик редко позволял себе слёзы, но сейчас глаза его влажно блестели.
Когда пузырьковая канатная дорога прибыла в Святую Землю, вокруг царила тишина.
Святая Земля, Мари Джоа.
Здесь нет разницы между днём и ночью.
Святой Шармако украшал новую игрушку, которую с трудом заполучил в аренду.
Игрушку по имени Сихибукай.
Бартоломью Медведь.
Его огромное тело стояло на коленях, а сквозь разорванную плоть просвечивала сталь.
Небесные Драконы украшали его драгоценными мечами — демонстрируя свою военную мощь и богатство.
Меч пронзил его тело, словно винт, вкрученный в точный механизм, но странным образом вызвал лишь несколько капель крови.
Святой Чалмерс наступил ногой на голову медведя.
С размаху он вонзил в его тело топор с длинной рукоятью.
Если он сможет пробить тело этого раба, то докажет, что он куда сильнее, чем те несколько нанятых Небесных Драконов, что были до него!
Он и не думал позволять рабам делать то, чем можно было бы похвастаться.
Точнее говоря, он только что пытался втиснуть тело раба в эти бессмысленные железные пластины.
Какая жалость.
Даже если изрубить раба в фарш, он всё равно не поместится в это сверхточное тело.
Это была его 98-я жена.
И, как ни странно, конец её оказался таким же, как у предыдущих девяноста семи.
Зато этот топор с длинной рукоятью проникал глубже.
– Нужна помощь, сэр?
Приветственный голос раздался в Святилище Чалмако.
Он даже не взглянул на говорившего, решив, что это просто сторожевой пёс.
Разве можно позволить собаке играть с его новой игрушкой первой?
– Катись отсюда.
– Боюсь, это невозможно.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/133921/6157309
Готово:
