В следующие два дня Цинь Юй никого не видел. Он и Сюй Цянь гуляли по разным достопримечательностям Шанцзина, и их отношения быстро сблизились. Однако тонкая грань между дружбой и романтикой так и осталась неперейденной.
Через два дня Цинь Юй снова вернулся в Яньдун на поезде.
А почему он не поехал обратно на своём McLaren? Да ладно, расстояние между Яньдуном и Шанцзином — больше тысячи километров! Спортивная машина, конечно, выглядит круто, но если гнать её так долго, спину можно сломать! Если бы Цинь Юй действительно поехал один из Шанцзина в Яньдун, он бы, наверное, чуть ли не отправился прямиком на небеса.
Поэтому он выбрал поезд, а машину решил отправить позже — пусть кузен Цинь Дунпин, оставшийся в Шанцзине присматривать за компанией «Мечта», организует её перевозку.
Яньдун — город в провинции Дунхэ, где расположены два университета: Яньдунский педагогический и Яньдунский промышленно-торговый институт.
Оба вуза находятся на окраине города, рядом с вокзалом, буквально через дорогу друг от друга. А Цинь Юй учится как раз в промышленно-торговом институте.
– А-а-а!
Он с шумом распахнул дверь общежития и, устало плюхнувшись на кровать, не сдержал стон.
– Блин, билеты перед началом семестра — просто кошмар! – мысленно ругнулся он.
Ни в этой жизни, ни в прошлой он не ездил так далеко, как в Шанцзин, и не подумал купить билет заранее. В итоге пришлось брать «стоячий» — больше десяти часов трястись в вагоне.
Цинь Юй наивно полагал, что постоит немного — и вот он уже на месте. Но реальность оказалась куда менее приятной…
Вернувшись в общежитие, он швырнул свой чемодан в угол и сразу же растянулся на кровати. Цинь Юй тут же отправился на встречу с Чжоу Чжэном.
Спал он полдня, а когда проснулся, оказалось, что все трое его соседей по комнате уже здесь.
– Цинь Юй, только начался учебный год, внизу все в делах, а ты спишь, как сурок! Вот это сила! –
Тот, кто это произнёс, выглядел настоящим интеллигентом: аккуратная внешность, красивые черты лица – вылитый красавчик из островных дорам. Звали его Ли Сяоцзе. Со стороны казалось, будто перед тобой самый обычный, милый парень с соседней улицы.
Но за этой благопристойной маской скрывалась настоящая акула. Только Цинь Юй и остальные двое знали, что Ли Сяоцзе – дамский угодник и сердцеед. Девушек, павших от его чар, можно было сравнивать разве что с летними звёздами на небе.
Что поделать – внешность Ли Сяоцзе была обманчива. К тому же он мастерски играл на гитаре и танцевал хип-хоп, из-за чего девушки буквально вешались ему на шею. Больше всего Цинь Юя впечатлил тот факт, что однажды Ли умудрился за месяц сменить пятнадцать подруг, хвастаясь при этом, что хочет «упиться всеми прелестями жизни».
– Думаю, он просто знал, что сегодня начало учёбы, и даже не ночевал дома, а отправился «оздоравливаться» куда подальше, – с хитрым прищуром вставил крепыш с гантелями в руках.
Это был ещё один сосед Цинь Юя – Ван Чэнвэй, богатенький мажор, любивший похаживать по барам в компании Ли Сяоцзе. Как гласит поговорка – «в баре найдёшь самую чистую любовь». Ещё в начале учёбы он был примерным мальчиком, но всего за год полностью испортился под влиянием Ли.
– Не, – сухо ответил последний – юноша с круглым лицом по имени Му Тао.
Он был старостой их комнаты №404, круглым отличником, и именно благодаря ему остальные трое в прошлом году не завалили сессию.
Как видно из имени, Му Тао – человек немногословный. Цинь Юй и остальные втайне звали его "деревяшкой" – настоящий железный прямолинейный тип.
В прошлом году у Му Тао даже была девушка. На День святого Валентина они пошли вместе на романтический фильм. Когда сюжет достиг кульминации, его подруга сказала:
– Кажется, я вечером ела чеснок… Во рту остался небольшой привкус. Понюхай?
Она закрыла глаза, поджала губы, ожидая поцелуя. Но этот парень, как есть, действительно наклонился, понюхал и заявил:
– Нет, не пахнет. У тебя, наверное, нос заложен? Простудилась?
И тут же снял свою куртку, чтобы накинуть на неё. Ли Сяоцзе и Ван Чэнвэй потом несколько дней ржали над ним, говоря, что он "совсем не просветлённый".
Через пару дней они задержались на ужине допоздна. У ворот университета девушка кокетливо сказала:
– Уже так поздно… Дверь в общежитие наверняка закрыта. Может, переночуем снаружи? Я взяла с собой паспорт.
Му Тао ответил:
– Да, паспорт – это правильно.
Девушка подумала, что он наконец-то всё понял. Но в итоге этот чудак буквально потащил её обратно в общежитие и… открыл дверь своим студенческим билетом!
Девушка: ???
Что было дальше? Дальше ничего не было. Они расстались.
Это была первая любовь Му Тао. И единственный романтический опыт в его жизни. Он сильно переживал и, следуя примеру древних, решил "залить горе вином". Но хватило всего одного глотка, чтобы его вырвало.
Что касается Цинь Юя, то под влиянием таких соседей, хоть он и не запятнал себя в прошлой жизни, сохранив "чистоту помыслов", но и у него была всего одна девушка.
Хоть они и не прошли через четыре «железных испытания жизни» вместе – не сидели за решёткой, не держали в руках оружие, не занимались проституцией и не торговали запрещёнными веществами, – их дружба была крепкой. Однако после крушения семьи Цинь Юя в прошлой жизни его самооценка пошатнулась, и он начал отдаляться от троих друзей.
Цинь Юй театрально провёл рукой по волосам с правой стороны и самодовольно сказал:
– Разве такой красавчик, как я, нуждается в массажных салонах? Говорю вам, у меня девушка на уровне первой красавицы школы!
Глядя на эти воспоминания о чистейшей дружбе, он не удержался от шутки.
– Да ладно! – втроём они показали ему средние пальцы, явно не веря.
– Серьёзно! Когда увидите Сюй Цянь, у вас глаза на лоб полезут! – Цинь Юй мысленно ругнул себя за пустые хвастовства.
– Хватит спать! Давно не собирались всей компанией – братишки, двигаем к школьным воротам! Угощаю! Не успеем – все столики будут заняты! – Ван Чэнвэй бросил гантели и решительно махнул рукой.
– Давайте! – Цинь Юй потянулся и вскочил на ноги с бешеной скоростью.
Как и предупреждал Ван Чэнвэй, в первый день учёбы маленькая забегаловка у ворот школы была забита под завязку! Восемь блюд, ящик пива – веселье на четверых!
Только вот… Случайно ли Ван Чэнвэй выбрал заведение прямо рядом с Педагогическим институтом? Или всё-таки не случайно?
– Где она? Хочешь, догоню за день? – подзуживал кто-то.
– Не смей! Я первый её приметил! Предупреждаю – если посмеешь подкатить, сделаю тебе синяки под глазами! – вступил в спор другой.
Сяоцзе и Ван Чэнвэй были псами, которые не могли удержаться от еды. Они напрочь игнорировали удивлённые взгляды окружающих, их глаза горели зелёным огнём, а разговаривали так, будто вокруг никого не было.
Му Тао и Цинь Юй, стоявшие рядом, смотрели на них с выражением, которое ясно говорило:
– Мы их не знаем.
......
http://tl.rulate.ru/book/132895/6146166
Готово:
