— В октябре 1698 года, когда гражданская война, названная Религиозной реформацией, достигла своего апогея, Кайсен Алтер Арадамантель ступил в самое сердце этого кровавого водоворота.
Внутри Империи бушевал хаос.
Священная человеческая империя, сильнейшее государство той эпохи, исконно находилась под властью пяти курфюрстов.
Дюрен на севере.
Тисрия на востоке.
Арфен на юге.
Эйдзин на западе.
Сайн в центре.
Ядром имперской власти была система выборов – избрание императора из числа курфюрстов, когда на трон садился лучший из лучших.
— И именно Религиозная реформация стала тем событием, что раскололо единство Империи.
Альберт Старикер, главный идеолог реформ, открыто выступил против устаревших догм Ордена Безумного Дракона.
Он провозгласил, что величие человечества зиждется не на божественном, а на человеческом начале.
Курфюрсты, жаждущие гегемонии, взвешивали свои интересы на весах власти.
Что выбрать: старую Истинную веру?
Или примкнуть к реформаторам – Ереси?
Герцог Сайна из центральных земель и герцог Эйдзин с запада поддержали Ересь. Великий герцог Дюрен и герцог Арфен, придерживаясь сугубо консервативных взглядов, остались верны Истинной вере.
— В то время восток, раздираемый внутренними распрями, так и не смог прийти к единому мнению и выбрать сторону.
— Значит, тот, кто захватит восток, сможет диктовать условия на выборах императора?
— Верно. Поэтому восточные земли закономерно превратились в главное поле битвы Религиозной реформации.
Такой видели историю те, кто жил в ту эпоху.
— Ведь тогда никто и помыслить не мог, что Религиозная реформация – лишь прикрытие для вторжения иномирцев.
Кто бы мог вообразить…
Когда мир стоит на пороге гибели…
Что на эту землю спустятся зловещие апостолы внешней вселенной, чья суть бесконечно далека от законов мироздания…
Эхо иного мира: Истинное лицо Религиозной реформации (1)
— Левый фланг смят! Вспыхнул сигнал бедствия! Массовая магия Школы Ривенделла… две пехотные бригады сгорели заживо…!
Октябрь 1698 года эры Истоков.
Священная человеческая империя, провинция Герам на границе центральных и южных земель.
В этих краях, где когда-то обосновался Драконий Мудрец Киес и его потомки, храня покой, теперь гремел гул войны.
— Резервный отряд, ушедший на поддержку правого фланга, поднял флаг срочной помощи! Ждем приказов…!
На континенте бушевали сражения за императорский престол.
Провинция Герам, расположенная на перевале между центром и югом, была ключевым стратегическим плацдармом для обеих сторон.
Грохот снарядов сотрясал землю, вздымая столбы пыли. Свист пуль, лязг стали и крики раненых сливались в единый кошмарный гул.
— Основные силы еще держат строй, но вражеская артиллерия подавляет нашу…!
Небо почернело от эскадрилий грифонов. Они кружили с яростными криками, впиваясь клювами и когтями в плоть сородичей.
Кровь лилась дождем, превращая землю в липкое месиво. Глядя на этот бесконечный кровавый ливень, Юлиус Пейдж глухо пробормотал:
— Герой… неужели мы в итоге потерпели неудачу?
Молодой глава бургграфского рода Пейдж. На его лице под копной фамильных нежно-лиловых волос застыла глубокая печаль.
Этот цвет волос был генетическим клеймом Пейджей, потомков великого мудреца Эмиссы Пейдж.
— Почему… вы так решили?
Но был свет, перед которым меркли любые знамения. Словно лунное сияние, на ветру колыхались серебряные волосы. В руках девушки истинный святой меч Шариллион источал мощную пульсацию света.
Её звали Тарсио. Тарсио Йере Шариллион. Герой, вновь явившийся в этот мир спустя две тысячи лет.
— Силы Ереси всегда на шаг впереди. Словно мы у них на ладони… любая стратегия, любой маневр разгадываются мгновенно. Но как…?
— Будто они заранее знают всё наперёд?
— Именно так.
Этот ассенсикворьер вовсе не походил на величественного героя из легендарных полотен. Тарсио казалась скорее изможденной больной.
Покрытая язвами кожа была скрыта бинтами, поверх которых служанки сейчас помогали ей надеть доспехи.
Когда Тарсио могла сражаться как герой, они побеждали в любой битве. Но она не всегда была способна на это. Как и сейчас.
Это была тайна, известная лишь единицам… Посмотрите только, как дрожит её дыхание – ей трудно даже говорить.
— Да… всё так, как вы думаете. «Они» проживали это сражение десятки раз, так что результат вполне закономерен…
Мужчина средних лет, восседающий на боевом коне в лазурной броне, нахмурился:
— Госпожа Тарсио, что значит – они проживали это сражение десятки раз?
Блан Арфен. Развевающееся над ним знамя с Синим Драконом подтверждало его высокий статус.
Курфюрст, ответственный за юг, глава дома Арфен. Правитель, который в войне против центральных войск раз за разом терпел поражения.
— Вы ведь и сами видели. Они знают наперед, как вы построите войска, и бьют точно в уязвимые места.
— Но я про то…
— Вестник!
С неба стремительно спикировал грифон. Не дожидаясь, пока уляжется пыль от приземления, всадник спрыгнул и в смятении пал ниц перед ними.
— Основные силы храбро сдерживали авангард центра, но их рыцари Серебряного ястреба пошли в прорыв! Наши потери огромны! Их там целая армия – три тысячи всадников!
— …!
— Вслед за ними в пролом хлынули все основные силы центра! Школа Ривенделла, уничтожив левый фланг, перегруппировалась. Наш центр на грани краха!
Блан Арфен тяжело вздохнул.
— Раз это Серебряные ястребы… придется бросить против них наши лучшие силы.
Командир Серебряных ястребов, Беглен. Один из пяти величайших фехтовальщиков, известных как «Пять мечей Империи».
Глава Школы Ривенделла, Далион Карайн, также входил в число пяти Аквизардов (магов 5-го круга) Империи и считался одной из ключевых фигур врага.
— Юлиус, мне нужна мощь твоей магической гвардии.
— Слушаюсь. Пусть я всего лишь маг ранга Гладос (4-я звезда), но я сделаю всё возможное…
— Нет. Теперь я…
Тарсио, закончив облачение, шагнула вперед. Юлиус посмотрел на неё с тревогой.
— Вам нельзя выходить лично… Если вы падете здесь, исчезнет всякая надежда.
Прежде чем ответить Юлиусу, Тарсио вдруг вздрогнула и резко повернула голову в сторону.
Словно во сне.
Или созерцая мечту.
Она замерла, устремив пустой взгляд на далекий пустой холм на востоке, и на её губах расцвела нежная улыбка.
— Он идет…
— Что?
— Он идет…! Поэтому будем ждать момента для атаки. Сосредоточьте все основные силы. Когда придет время, я выступлю.
Она не сказала, кто именно идет. В этом не было нужды.
Вскоре на том самом холме, куда был устремлен её взгляд, показался всадник на рыжем коне.
* * *
— Э-это же Серебряные ястребы… Сильнейшие в центре…!
— Держать строй! Огонь по готовности…!
— Г-господин командир!
То, что обрушилось на них, было воплощением абсолютного насилия. Сила, не знающая преград.
Десятки шипастых железных шаров проносились сквозь ряды, дробя черепа коней, сминая всадников и ломая ноги пехотинцам.
Над ними хлопало белоснежное знамя, на котором гордо расправил крылья ястреб.
— Ха-ха-ха! Черт, да это просто до смешного легко! Тут что, одна безымянная мелюзга? Могли бы хоть пару элиток среднего звена выставить, мне же тоже нужен опыт!
Скакавший рядом Далион Карайн, великий маг, осыпавший врага заклинаниями высшего ранга, осклабился:
— Не парься. Элиты сказали, что Тарсио сейчас не в форме! Если мы прижмем эту девку здесь, сценарий гражданской войны считай завершен!
И вдруг сквозь этот хаос пробился стук копыт. Необычайно четкий, властный звук.
Возможно, виной тому была аура, острая, как лезвие клинка.
Словно меч уже занесен над головой – этот звук заставил Беглена, командира ястребов, обернуться.
— Это еще кто? Почему интерфейс не показывает уровень?
Прямая линия.
Сквозь кровавое побоище, где ряды южан рассыпались в прах, наперерез им несся одинокий всадник.
Беглен пренебрежительно прищурился.
— Псих. Решил в одиночку напасть на меня, Беглена 86-го уровня? На того, кому до капа осталось всего 14 левелов?
— Стой! Что-то не так. У него не отображается ни имя, ни уровень. Скрытие данных – это высокоуровневый навык, доступный только элитам.
— Ха, не смеши. Даже если этот придурок, выбравший путь фейквориора, включил скрытие – толку-то? Обвешался фальшивыми святыми мечами, которыми даже пользоваться не умеет!
Беглен грубо ударил коня по бокам, ускоряясь. Рыцари за его спиной взревели, следуя за командиром.
— Ну давай, пацан! Весь твой любовно собранный лут я заберу себе, когда сдохне…!
Мгновение, короткое, как взмах ресниц.
Неизбежная пауза между вдохом и выдохом.
В этот мизерный зазор, словно молния, ворвался блеск стали.
Остаточное изображение одного удара.
Траектория клинка, рожденная в запредельном мастерстве, за пределами сознания и слепых зон.
Когда он осознал этот смертельный выпад, вспышка перед глазами уже угасла.
В тот миг, когда он только подумал: «Надо блокировать» и попытался вскинуть щит, горизонт, залитый алым маревом, уже бешено вращался перед глазами.
«Что вообще произошло?»
Прежде чем вспыхнула предсмертная боль, лишь растерянный шепот со всех сторон донес до Беглена правду о случившемся.
— Б-Беглен? Одним ударом?
— Что это за… черт… Откуда на юге взялся такой монстр?
— Элиты не говорили, что здесь будет такой тип!
Крики ужаса и растерянности еще не затихли, когда клинок вновь и вновь начал чертить над горизонтом ауру смерти.
И каждый раз, словно по волшебству…
Будто бумажные листы, головы и тела тысяч всадников отделялись друг от друга, падая в грязь.
Бывают такие моменты.
Бывают такие подвиги.
Существует абсолютная мощь, способная в одиночку переломить ход всей войны.
— Э-это же…?!
— Господин Кайсен!
— Господин Кайсен? Сильнейший воин человечества?
Среди ликующих возгласов отступающих солдат юга Далион почувствовал, как цепенеет.
— Кайсен?
Неужели тот самый? Нет, быть не может. Хотя… как знать?
Когда-то, еще до того, как стать игроком в этой королевской битве, он читал описание предмета «Святой меч высшего ранга Арадамантель»:
«Последним владельцем этого меча был великий герой человечества Кайсен Алтер Арадамантель. Говорят, перед смертью он этим клинком разрубил само „небо“».
Но была одна проблема.
Кайсен Алтер Арадамантель считался нереализованным NPC. Это значило, что встретить его в игре невозможно, как ни старайся.
Были безумцы, пытавшиеся использовать баги, чтобы хоть мельком увидеть легендарного воина, сразившего «Забытых королей», но никому это не удавалось.
«Ведь сражение в Красных горах – это неиграбельное событие, о нем лишь упоминается…»
Как мог герой, который по всем канонам должен был погибнуть, явиться сюда живым?
«Прав был элитный чернокнижник».
Всё идет наперекосяк.
Начиная с существования каких-то там Трех Духовных Драконов… отличий от базовой версии слишком много.
«Но если я смогу устранить эту аномалию прямо здесь!»
Скоростные вычисления магии 5-го круга.
Школа Ривенделла вошла в число Восьми великих школ благодаря безупречному владению стихией огня.
Их сила, отточенная веками, ярче всего сияла в пылу сражения.
— Построение магического круга, 5-й ранг.
Пользуясь тем, что всадник открыл спину, прорываясь сквозь ряды, великий маг выбросил из широкого рукава двенадцать талисманов.
Застыв в воздухе, они вспыхнули пламенем, соединяясь в единую цепь.
Пятислойный магический круг на миг развернулся в пустоте, после чего взмыл ввысь, затягивая небо огненной пеленой.
— Небесный удар пламени.
Заклинание, созданное самим Орвосом Карайном, основателем Школы Ривенделла.
Ослепительное пламя поглотило небосвод.
И этот колоссальный пожар, способный испепелить небеса, обрушился на цель яростным, сокрушительным потоком.
…!
Ледяная магия, волоски на затылке встали дыбом. Кайсен Алтер Арадамантель обернулся.
У него еще было время.
Он мог бы нанести удар на опережение и снести голову заклинателю… но в тот миг, когда он уже готов был выхватить Арадамантель…
_Скрежет… скрежет…_
Четкая, неумолимая боль Бездны, пожирающая саму душу. Секундная заминка в движениях и мыслях.
«Только не сейчас…»
Дыхание сбилось.
Он с силой прижал кулак к груди, но боль не утихала.
— …Уходите! Поберегитесь…!
— …Опасно…!
Пока все в ужасе кричали, не смея броситься на помощь, пламя уже окрасило горизонт в багровые тона, готовое низвергнуться вниз.
— Проглоти это, Шариллион.
Перед ним возникла фигура героя с сияющими серебряными волосами. Словно в молитве, она вскинула обеими руками черный клинок.
Тяжелая сталь меча мелко задрожала, и началось нечто невообразимое.
Потоки пламени, летевшие вниз, неестественно закрутились в вихре… и начали втягиваться прямо в лезвие.
— …?
— …?
— …?
Огненный взрыв, который должен был встряхнуть землю и превратить всё живое в пепел, исчез.
Точнее, не исчез.
Буйная алая мощь пульсировала, сжатая внутри черного, полупрозрачного клинка святого меча.
— Теперь всё.
Это была особая способность истинного святого меча Шариллион.
Формальное поглощение.
Сила меча, который в эпоху богов сразил древнего короля, бесконечно превосходила возможности мечей высшего ранга.
— Возвращаю. Пронзи их.
Усиленная ровно в семь раз, поглощенная энергия была выпущена в одну точку, лишая врага всякого контроля над магией.
Чудесное острие указало на цель.
На великого мага, чье творение вышло за рамки обычных законов природы.
— А-а-а-а-а-а-а!
В то же мгновение яростный огненный смерч взорвался и рванулся вперед, мгновенно испепеляя плоть мага.
Да, это было чудо. Явление абсолютной силы, в миг превращающей отчаяние в надежду.
— У-у-у-р-р-а-а-а-а-а!
Это величие… Оно в корне отличалось от фальшивого героя… Кайсен замер, не в силах отвести взгляд.
Словно луна, сияющая в ночном небе.
Эта сила, подобно стихии, озаряла сердца людей неизбежной тайной. Она наполняла души красотой самой природы.
«Белые волосы, святой меч… На первый взгляд она похожа на моих коллег-фейквориоров, которых я видел раньше…»
Но как луна, разгоняющая тьму, она завораживала и подавляла одним своим присутствием.
Одним взглядом её глаз.
Одним звуком её голоса.
На поле битвы, где царило отчаяние, начал закипать восторг надежды, словно лунный свет, заливающий горизонт.
— Корпус Шариллион прибыл!
— За героем!
— Растопчем их всех!
В отличие от меня, умеющего только рубить и убивать, в ней был ослепительный свет.
Сияние, пронзающее мрак, в который погрузились люди.
Как можно быть настолько прекрасной и вести за собой других?
— Убийство. Твой меч знает только это. У него нет иной цели.
Пока волна света захлестывала поле боя, Кайсен опустил взгляд.
«Мама, наставница…»
«Что такое настоящий герой?»
«Госпожа Акилея говорила, что это просто ориентир. Но как создаются такие ориентиры, что они могут так разительно отличаться?»
— Нет, не убивайте тех, у кого нет клейма! Всех, кто сдается, оставить в живых! Сокрушайте только меченых!
Тарсио выкрикнула приказ, высоко подняв Шариллион.
Солнечные лучи отражались от темного лезвия, на котором были искусно выгравированы солнце и его сияние.
Этот отраженный свет залил поле боя, словно в разгар дня, и большинство врагов, лишившись сил, повалились на землю.
— Клеймо!
— Что это за чертовщина?
Однако некоторые не упали – над их головами всплыли причудливые знаки.
Это и было клеймо иного мира.
О том, что оно означает на самом деле, мир узнает чуть позже.
«Не нужно отчаиваться. Я должен делать то, что умею».
В тот момент никто не придал значения этим знакам.
«То, чему меня учили наставница и старшие товарищи. Мой долг фальшивого героя».
Как гласит древняя мудрость: свет пришел, и тьма не смогла его одолеть. Все были очарованы сиянием, озарившим в тот день поле брани.
— Эй, посмотри туда…
И даже в этом ослепительном вихре…
Люди были потрясены прекрасным и пугающим кровавым блеском, не теряющим своей силы.
— Невероятно. Нашелся мечник, способный сражаться вровень с госпожой Тарсио…
Белый свет и кровавое сияние сплетались в прекрасном и слепящем танце. Они соприкасались, пересекались, расходились и вновь сближались.
Этот танец, окрасивший поле битвы, стирал клейма иномирцев, рыскавших по миру в тенях обмана.
В тот день никто на этом поле не смел шелохнуться.
Завороженные и подавленные, они лишь слушали биение собственных сердец в этом празднике света.
— Потрясающе. И впрямь сильнейший воин человечества…
На равнине, где бой закончился в считаные мгновения, зазвучали гимны в честь Тарсио.
Казалось, сказка ожила наяву.
Та самая сказка о герое, которую родители читали перед сном в далеком детстве…
— Шариллион! Шариллион! Шариллион! Шариллион! Шариллион! Шариллион!
Герой с поднятым святым мечом.
Под восторженные крики толпы, скандирующей имя, она скачет по полю на белоснежном коне.
«А я…»
С горькой улыбкой он сравнил её величие со своим жалким видом.
Покрытый кровью и пылью, я выгляжу ничтожно, лишний раз доказывая…
Что я – подделка.
«Наставница, Шарон, Роберис, Исла, Сейра».
Словно цветок, распустившийся на поле боя.
Все фейквориоры, которых я видел до сих пор, кутались в лепестки жажды крови, скрывая за ними свой неприглядный облик, изможденный битвами.
Я верил, что эта оскверненная и сумрачная красота и есть истина… Но всё это было лишь заблуждением и самооправданием того, кто никогда не видел оригинала.
«Сейчас передо мной тот самый „идеал“, о котором мы мечтали».
http://tl.rulate.ru/book/131981/9868859
Готово:
