Джейк Мел Флейзер не был главным персонажем в игре.
Только он и Самал попали в Академию Апекс из всей их старой школьной группы.
Из-за этого, а также из-за того, что они были друзьями детства, их всегда видели вместе.
Всякий раз, когда Самал появлялся на экране, Джейк был прямо за ним, ухмыляясь и хихикая над людьми, как идеальный подручный третьесортного злодея.
Но он никогда не делал ничего значительного для продвижения сюжета.
Несмотря на владение одной из сильнейших боевых Карт Происхождения, он даже не был хорош в бою.
Он был скорее раздражителем, чем реальной угрозой. Его единственная роль в истории заключалась в том, чтобы быть комическим облегчением.
А после смерти Самала он вообще исчез из истории. Его экранное время стало нулевым.
Я предполагаю, что он погиб во время арки Классной Экскурсии или, возможно, во время Вторжения Вознесения, поскольку в этих двух событиях было наибольшее количество жертв.
Но, по правде говоря, это не имело значения.
Его судьба в игре была несущественна.
Важно было то, что произойдёт в этой реальности.
«Ну?» — нетерпеливый голос Джейка прервал мои мысли. «Как ты планируешь подставить этого ублюдка?»
Я кивнул, моя улыбка стала глубже.
Мой «план» был прост.
Я сказал ему, что мы найдём Майкла, но не нападём сразу.
Мы дадим ему сначала сражаться с другими кадетами. Пусть он истощит себя, израсходует свою Эссенцию. А в нужный момент мы нанесём удар с максимальной точностью.
Базовая стратегия истощения. Простая, но не менее эффективная.
«А что, если он нападёт на нас первым?» — спросил Джейк, звучавший более обеспокоенным, чем ему хотелось бы признать.
Я пожал плечами, указав на Джулиану рядом со мной. «Тогда нам придётся пожертвовать ею».
Девушка с белыми волосами бросила на меня слегка удивлённый взгляд, но промолчала.
Джейк, однако, повернулся к ней, как будто не разглядывал её с момента своего прихода.
Он осмотрел её с ног до головы с похотливым блеском в глазах, кривая улыбка растянулась по его свиноподобному лицу, когда он облизнул губы.
Джулиана редко показывала эмоции, и даже когда делала это, это всегда было тонко и сдержанно. Как будто она всегда была отстранена от мира, холодна и бесчувственна.
Но в тот момент под взглядом Джейка она выглядела так, будто её сейчас стошнит.
С выражением полного отвращения она сделала полшага назад от него и переместилась за меня, что, кажется, только ещё больше позабавило Джейка.
Аррр, я внутренне застонал. Даже у меня мурашки пробежали по спине. А я даже не был целью его взгляда.
Джулиана привыкла получать страстные взгляды от самых разных людей, но в Джейке было что-то, что всегда вызывало у неё отвращение, как и у всех других живых девушек в мире.
«Да, да, это звучит хорошо», — кивнул он, возвращаясь ко мне. «Так что, пойдём искать его?»
«Не вместе», — я покачал головой. «Давай разделимся. Так мы охватим больше территории, и бог знает, насколько огромно это место».
Оно действительно было огромным.
Джейк открыл рот, чтобы возразить.
Возможно, даже он, при всей своей глупости, почувствовал укол страха при мысли о том, чтобы искать Майкла в одиночку.
К тому же, здесь уже начали формироваться группы среди людей.
Никто не знал, каким будет экзамен по оценке в этом году — поскольку каждый год отличался от предыдущего, — но все понимали одно:
Вместе обезьяны силь—
Я имею в виду, совместная работа давала больше шансов на успех.
Как наивно.
Прежде чем Джейк успел заговорить, я продолжил: «Я позвоню тебе, если найду его первым. Ты сделай то же самое».
Мой тон был мягким, но твёрдым, не оставляя места для дальнейших споров, когда я вставил беспроводной наушник в ухо.
Джейк сначала колебался, но в итоге кивнул и достал своё собственное беспроводное устройство.
Я снова улыбнулся. «Хорошо. Это напомнило мне, у меня нет ни одной Карты Приобретения. Не одолжишь мне одну или две? Что-то, что поможет мне в бою».
«Ахх», — Джейк почесал затылок, его неохота была очевидна.
Карты Приобретения были дорогими, даже для дворян.
На самом деле, большинство дворян могли купить до четырнадцати-пятнадцати Карт, прежде чем истощить значительную часть ресурсов своей семьи.
Но я знал, что у Джейка было больше — около двадцати, если мне нужно было угадать.
Как? Потому что я сам дал ему несколько Карт из хранилища моего клана. Я ведь поделился ими со всеми в нашей группе. Да, я был щедр.
Так что у Джейка не было выбора, кроме как согласиться. Я не забирал у него ничего. Я лишь просил вернуть то, что и так было моим.
Ну, технически, моего клана.
«Конечно, дружище», — сказал он, его улыбка была натянутой, когда он извлёк две Карты из своего Духовного Арсенала. «Возьми эти — одну Карту Навыка и одну Карту Заклинания».
«Хм. Я бы предпочёл ещё и Карту Предмета. Но это тоже отлично. Спасибо, Джей. Ты настоящий друг, знаешь?» — я сиял, принимая Карты от него.
Он ухмыльнулся, смущённый моей похвалой, когда я экипировал Карты в свой Арсенал. Они распались на кружащиеся частицы света, сливаясь с моим телом, входя в мою душу.
Затем, вспомнив кое-что, я хлопнул в ладоши.
«О, и последнее. Не могли бы вы одолжить мне немного кредитов? Скажем, около пятидесяти тысяч?»
•••
После того как я расстался с моим «лучшим другом» под предлогом поисков Майкла, я бродил по полю, которое скоро станет ареной битвы.
Мой шаг был непринуждённым, но мысли — далеко не такими.
Джулиана следовала в нескольких шагах позади, её взгляд впивался мне в затылок, как игла.
Я вздохнул. «Перестань на меня смотреть».
Она не перестала.
Конечно, она не перестала.
«Что такое не такое, Джули?» — спросил я, уже зная, что у неё на уме.
«Вы больше не хотите с ним общаться?» — её голос был как обычно равнодушным, но в нём чувствовался намёк на любопытство.
Я приподнял бровь. «Почему ты так говоришь?»
«Вы знаете почему», — она растянула слова в своей медленной, обдуманной манере. «Вы явно не собираетесь снова идти за Майклом, верно?»
Я тихо рассмеялся. Проницательная, как всегда.
«Ты права», — признался я. «Он идиот. А кто-то однажды сказал, что лучше иметь умного врага, чем глупого союзника».
Джулиана молчала несколько мгновений. Затем: «Вы только что пытались выдать свою собственную цитату за какую-то древнюю мудрость?»
«Чт-Что?» — ахнул я. «Нет! Это настоящая поговорка! Может, я перепутал пару слов, но это поговорка».
Она кивнула. «Конечно, конечно. Просто я не припомню, чтобы где-то её слышала».
«Тц», — я цокнул языком, возвращая разговор в нужное русло. «В любом случае, мне не нужен кто-то, кто больше мешает, чем помогает. Я возьму от него всё, что он стоит, а потом выброшу».
На этот раз её молчание длилось дольше.
Я понимал почему.
Это было необычно для меня говорить такое. Она достаточно хорошо меня знала, чтобы ожидать проблем, но не такого уровня расчёта.
Большую часть своей жизни я ценил тех немногих друзей, что у меня были — главным образом потому, что у меня их никогда не было много в детстве.
Конечно, я знал, что большинство из них тянулись не ко мне, а к тому, что у меня было: моему статусу, моему богатству, преимуществам близости к высокородному, такому как я.
Но мне было всё равно. И что с того, что они были поверхностными? И что с того, что они были снобами и избалованными детьми?
Так устроен реальный мир.
Каждая связь — это сделка. Даёшь и берёшь.
Даже дружба.
Особенно дружба.
Идея искренних уз переоценена и слишком романтизирована.
И всё же мне нравились мои друзья.
Ладно, может, не они сами, а идея друзей, быть рядом с людьми, которым я нравлюсь, чувствовать, что я нужен, даже если это не настоящее.
Так что ни за сто лет она бы не представила, что я так небрежно говорю о «выбрасывании» друга, как будто он — использованный инструмент.
Но ведь именно это и есть друзья, верно?
Я узнал это в своей прошлой жизни.
Каждая связь, даже родительская, действительно является сделкой.
Любовь в своей чистейшей форме может быть безусловной, но дружба? Никогда.
Люди заводят друзей по эгоистичным причинам — чтобы наладить связи, разделить бремя, заполнить пустоту человеческого взаимодействия.
Причины могут различаться, но это всегда обмен. Ты что-то даёшь, ты что-то получаешь.
Может, это холодный взгляд. Может, циничный.
Но — и подайте на меня в суд за то, что я кажусь резким — это правда.
Так что нет, я не был бессердечным. Я дал Джейку много всего — деньги, Карты, VIP-пропуска в клубы, куда большинство элит убило бы, чтобы попасть, лучший алкоголь, который можно купить за деньги, роскошные машины на дни рождения и многое другое.
Я был щедр годами. Теперь его очередь. Пора ему заплатить свою долю, погасить долг.
Я ведь Теосбейн, в конце концов.
Мы известны тем, что погашаем долги.
«Простите, молодой господин, но могу ли я задать вопрос, если это не выходит за рамки?»
Я бросил короткий взгляд через плечо. «Какой?»
Её голос был осторожным, когда она заговорила.
«Почему вы не идёте за Майклом? Это не в вашем стиле отпускать обиду. Особенно ту, на которой вы так зациклились. Вы действительно не можете победить его в бою?»
Я фыркнул. Моя гордость не позволяла мне признать правду, но в глубине души я знал.
Джулианы не было там, когда Майкл сражался со мной и моей группой в том переулке за нашей школой.
Она появилась только к концу — к той части, где главный герой нанёс мне сильный удар в живот, отчего я отлетел назад и ударился головой о камень.
Если бы она была там и видела весь бой, видела, как он одолел более десяти Пробуждённых голыми руками, без других Карт в помощь, она бы не задавала такой вопрос.
«Все в нашей группе как минимум сломали конечность, получили переломы костей или какое-то тупое повреждение», — перечислил я ровным тоном. «Я был в коме целый день. Мы были сильны — все на грани прорыва на [C-ранг]. Ты видела, как я сражаюсь. Ты знаешь, что нужно, чтобы меня одолеть. Но ничего из этого не имело значения».
Я повернулся, чтобы встретить её взгляд.
«Нет», — признался я. «Я не думаю, что могу победить его в бою один на один».
…По крайней мере, не сейчас.
Но у меня была идея, как его превзойти.
Джулиана, казалось, обдумывала мои слова несколько мгновений, прежде чем спросить: «И что бы вы сделали, если бы вам действительно пришлось сражаться с ним сегодня?»
Я пожал плечами. В игре этого не происходило.
Майкл и Самал не пересекались до начала первого семестра, когда Самал — будучи дураком — вызвал его на реванш и проиграл перед всеми.
Но это не значило, что история не могла измениться.
Сегодня я стремился к первому месту, чтобы начать семестр как Эйс первокурсников. Не исключено, что я мог бы столкнуться с Майклом лицом к лицу.
«Если это произойдёт, я положусь на тебя», — на моём лице появилась бесстыдная ухмылка. «Ты можешь бросить своих поклонников на него, чтобы дать мне время сбежать».
Джулиана посмотрела на меня с сомнением. «Я не знаю, о чём вы говорите».
Я хмыкнул. «О, да ладно, Джули. Ты думаешь, я не знаю, что ты задумала? Ты правда считаешь меня дураком».
Все в общежитии уже были у неё на крючке. Она производила такой эффект на людей.
Они тянулись к ней, как приливы к луне, привлечённые какой-то тихой гравитацией, которую они не могли объяснить, несмотря на то, что знали, что, возможно, никогда не доберутся до неё.
Но на этот раз это не было случайностью.
Она намеренно наладила связи с каждым новым кадетом в нашем общежитии. И по одной простой причине.
Она планировала использовать их сегодня.
Как я сказал, никто не знал, каким будет экзамен, но все понимали, что держаться вместе поможет.
Это также было одной из причин, почему Джулиана хотела жить в общежитиях на улице Аларон.
Только богатые и влиятельные элиты могли позволить себе жильё там, и она планировала использовать их.
К сожалению для неё, я перерезал ниточки, прежде чем она смогла заставить своих марионеток танцевать.
Я притащил её с собой в Зефирос.
Так что ей пришлось довольствоваться манипуляцией простолюдинами.
Джулиана отвела взгляд. Ей не нужно было отвечать. Её воля не имела значения — только то, что делал я.
Её марионетки были моими, как и она сама.
•••
Понадобился чуть больше часа, чтобы все новые кадеты прошли через телепортер и собрались в колизее.
Инструкторы и преподаватели попросили нас выстроиться в аккуратные, упорядоченные ряды, и мы подчинились без слов.
Затем наступил момент, которого все ждали — и даже боялись.
Экзамен по оценке вот-вот должен был начаться.
Мы стояли в напряжённом молчании, когда гигантские видеоэкраны на трибунах по всей арене разом ожили.
Началось воспроизведение видео, либо в прямом эфире, либо заранее записанное. На экране появилась молодая женщина, поразительно красивая.
Её длинные серебряные волосы сияли, как лунный свет в сумеречную ночь, а её алые глаза, казалось, светились неземным, почти гипнотическим обаянием.
Она сидела за элегантным столом в со вкусом обставленном кабинете. Единственное, что было на столе, — золотая табличка с надписью: Эйс.
В колизее наступила тишина. Каждое дыхание, казалось, замирало в её присутствии. Это была она — Эйс третьего курса.
Президент Кадетского совета. Одна из сильнейших Пробуждённых во всей Академии.
Она откинулась на спинку кресла с непринуждённостью и сузила глаза. Вокруг неё была аура власти, как будто сила и командование были для неё так же естественны, как дыхание.
Когда она заговорила, её голос был словно бархат, наброшенный на сталь — мягкий для уха, но решительно резкий, — эхом разносясь из больших динамиков по арене.
«Доброе утро, кадеты. Я Верешия Морриган, Эйс третьего курса. И я приветствую вас всех на 385-м ежегодном вступительном экзамене по оценке нашей престижной Академии Апекс».
http://tl.rulate.ru/book/131785/5994646
Готово:
