У пациента очень низкое давление, локтевая вена спалась и превратилась в белую нить.
Чжоу Цунвэнь одной рукой, тремя пальцами, взял иглу-проводник и прямо ввёл её.
Без похлопывания, без жгута, просто и легко, с первого раза попал в вену.
Дежурная медсестра только собралась повернуться, чтобы взять жгут, как вдруг увидела, что в игле-проводнике появилась тёмно-красная венозная кровь.
А у Сяо Чжоу-то неплохой уровень!
Нужно понимать, что установка венозного доступа у пациентов в состоянии шока - это большая проблема, сколько раз во время экстренной реанимации медсёстры, обливаясь потом, не могли попасть в вену, а некоторые в итоге даже плакали от отчаяния.
Наблюдая за ловкостью рук Сяо Чжоу, у дежурной медсестры возникло ощущение, будто он даже не смотрел, а просто ввёл иглу и сразу попал в вену.
По игле-проводнику ввели направляющий провод, и извлекли иглу-проводник.
Чжоу Цунвэнь не стал использовать расширитель, чтобы раздвинуть кожу и подкожную клетчатку, а сразу взял соответствующий катетер, заполнил все просветы катетера гепаринизированным физиологическим раствором и ввёл его в центральную вену по направляющему проводу.
Дежурная медсестра прошла обучение и хотела было напомнить Чжоу Цунвэню, но увидела такую картину.
Да Сяо Чжоу просто гений!
Когда он научился делать пункцию центральной вены? Да ещё и так мастерски!
"Сяо Чжоу, проводник нужно извлечь", - робко сказала дежурная медсестра.
"Он мне ещё пригодится, ледяной шлем принесли?" - спросил Чжоу Цунвэнь с ледяным выражением лица.
Аура, накопленная за долгие годы пребывания на вершине медицины, не была наигранной, всего лишь одна фраза заставила сердце дежурной медсестры бешено заколотиться, словно она совершила какую-то непростительную ошибку.
"Сейчас принесу", - дежурная медсестра, не глядя больше на действия Чжоу Цунвэня, развернулась и побежала.
Чжоу Цунвэнь провёл J-образный проводник по локтевой вене, затем по подключичной вене и далее в верхнюю полую вену, прямо в сердце.
Без УЗИ-контроля он мог полагаться только на память о бесчисленных операциях, проведённых в прошлой жизни.
Хотя это было сложно, но не настолько, чтобы Чжоу Цунвэнь не справился.
Но Чжоу Цунвэнь также чувствовал, что ему повезло, эта небольшая операция не так сильно зависит от техники, как от опыта. Что касается опыта, то он не думал, что кто-то проходил больше тренировок в системной операционной, чем он.
Каждая точка соприкосновения J-образного проводника передавала информацию о силе воздействия, а длина J-образного проводника, вошедшего в сосуд, позволяла Чжоу Цунвэню судить о соответствующих анатомических структурах.
Только войдя в верхушку правого предсердия, Чжоу Цунвэнь извлёк J-образный проводник.
Шприцем объёмом 20 мл он аспирировал около 10 мл тёмно-красной кровяной пены.
Увидев кровяную пену, Чжоу Цунвэнь вздохнул с облегчением, почти готово.
"Сяо Чжоу, это и есть воздух эмболии?" - удивлённо спросил анестезиолог.
"Да", - кивнул Чжоу Цунвэнь. - "Увеличьте объём жидкости, следите за диурезом".
"Хорошо, хорошо", - анестезиолог не посмел ничего сказать, только кивнул.
"Кстати, брат Сунь, послушайте, не слышно ли ещё у пациента возле грудины шума, похожего на звук проезжающей телеги".
Услышав обращение "брат Сунь", анестезиолог расплакался.
Он понял, что реанимация, должно быть, закончилась с аспирацией кровяной пены из глубокой вены, раз уж этот Чжоу Цунвэнь назвал его братом Сунем, значит, всё в порядке.
Почему же он не называл его братом Сунем, когда был таким свирепым? Хотя он так думал, но понимал. Экстренная реанимация, да ещё и при таком тяжёлом состоянии, как воздушная эмболия, у кого будет время шутить и заботиться о твоих чувствах.
Всё сосредоточено на том, чтобы вытащить пациента.
Анестезиолог приложил стетоскоп к левой стороне грудины пациента, внимательно слушал 20 секунд и только потом уверенно сказал: "Всё в порядке".
"Зрачки".
"Реакция на свет живая, диаметр около 3 мм".
"Цианоз".
"Есть некоторое облегчение".
Вопрос-ответ, Чжоу Цунвэнь был вполне доволен этой реанимацией.
Безумные сигналы монитора и аппарата ИВЛ исчезли неизвестно когда, артериальное давление, частота сердечных сокращений, насыщение крови кислородом пришли в норму, на электрокардиограмме были небольшие отклонения, но не критичные.
Дежурная медсестра принесла ледяной шлем и надела его на пациента.
"Ещё 5 мг дексаметазона, 10 мг адреналина".
"20% маннитол 250 мл, на полной скорости".
"Возьмите анализ газов крови, отправьте на исследование как можно скорее".
Только после получения результатов анализа газов крови Чжоу Цунвэнь полностью успокоился.
Анализ газов крови: pH 7,21, PCO2 35 мм рт.ст., PO2 138 мм рт.ст., BE -12,9 ммоль/л, HCO3 4,9 ммоль/л, Lac 1,5 ммоль/л, SO2 99%, FiO2 40%.
Всё-таки в операционной проводить реанимацию удобнее, всё оборудование под рукой. Нет родственников пациента, нет посторонних, и бегать быстрее получается.
Развернувшись, он вышел из операционной, Ван Цян ошеломлённо спросил: "Ты куда?"
"Одежда испачкалась, продолжайте закрывать грудную клетку", - спокойно сказал Чжоу Цунвэнь.
"..."
"Заведующий Ван, кто будет писать протокол реанимации, я или вы? Или Ван Цян?" - спросил Чжоу Цунвэнь.
Ван Чэнфа не ругался про себя, а был немного растерян.
То, что Чжоу Цунвэнь только что бесцеремонно оттеснил его и взял на себя руководство реанимацией, является большой ошибкой в медицине.
Право руководить такой масштабной реанимацией изначально принадлежало ему, но Ван Чэнфа, положа руку на сердце, признался себе, что когда услышал слова "воздушная эмболия", он был совершенно ошеломлён, и до сих пор у него не хватает смелости отчитать Чжоу Цунвэня.
Воздушная эмболия,
Неминуемая смерть,
Эти слова до сих пор крутились в голове Ван Чэнфа.
Он не смел, даже не мог поверить, что Чжоу Цунвэнь смог выкачать воздух из правого предсердия.
Это всё ещё та самая воздушная эмболия, от которой все приходят в ужас?!
Когда же маленький врач, которого он всё время подавлял, превратился в дракона?
Ван Чэнфа не понимал.
"Заведующий Ван, если у вас подкашиваются ноги и вы обмочились, может, я закрою грудную клетку?" - спросил Чжоу Цунвэнь, снимая уже загрязнённый стерильный хирургический халат, и спокойно глядя на Ван Чэнфа.
Обычно, одной этой фразы было бы достаточно, чтобы Ван Чэнфа взбесился и набросился на Чжоу Цунвэня с кулаками.
Но только что ореол успешной реанимации при воздушной эмболии возымел действие, Ван Чэнфа и пикнуть не посмел, дрожа, опустил голову и продолжил операцию.
Дальнейшие действия были довольно простыми: обработали йодом, влили в грудную полость 4 ампулы гентамицина, послойно закрыли грудную клетку.
До самого конца операции показатели на кардиомониторе оставались стабильными, без резких колебаний.
Анестезиолог посмотрел на Чжоу Цунвэня, потом на Ван Чэнфа.
Чжоу Цунвэнь больше не был таким наглым и властным, как во время руководства экстренной реанимацией, а стоял в углу, опустив голову, неизвестно о чём думая.
"Заведующий Ван, удаляем трубку или оставляем?" - тихо спросил анестезиолог.
Ван Чэнфа помедлил, поднял слегка опухшие веки, как жаба посмотрел на Чжоу Цунвэня и глухо сказал: "Оставляем трубку, пусть сутки подышит на аппарате ИВЛ".
"Хорошо", - анестезиолог начал помогать собирать вещи, перекладывать пациента, сидя на каталке, сжимал мешок Амбу, чтобы доставить пациента в малую палату интенсивной терапии торакального отделения.
В операционной стало тихо, Чжоу Цунвэнь не пошёл провожать пациента, он подождал, пока Ван Чэнфа и остальные уйдут, и только потом развернулся и вышел из операционной.
"Сяо Чжоу... Доктор!" - вдруг окликнула операционная медсестра.
Чжоу Цунвэнь обернулся.
Операционная медсестра, прищурившись, посмотрела на него и подняла большой палец правой руки: "Молодец".
"Нормально", - слабо улыбнулся Чжоу Цунвэнь.
http://tl.rulate.ru/book/130372/5720521
Готово:
