Ночь была туманной, и вечерний ветерок дул. Сунь Ян сидела в Rolls-Royce Silver Thorn, глядя на проплывающие за окном пейзажи, её лицо было мрачным.
Стоявший рядом Сунь Циван, глядя на хмурое лицо своей тёти, не смел пошевелиться и даже дышал с осторожностью. В этот момент он предпочёл бы, чтобы Сунь Ян отругала его или наказала – её молчание пугало его больше всего.
Молчание было словно признаком того, что она сдалась. И когда Сунь Циван уже начал изнывать от этого напряжения, Сунь Ян наконец заговорила.
– Сегодня я потеряла двух ценных соратников из-за тебя. Ты знаешь, сколько денег уходит на воспитание девушки вроде Лю Цяньцянь с самого детства? Сто тысяч долларов, сто тысяч. Если бы не твои прошлые заслуги, я бы уже бросила тебя на произвол судьбы.
Сказав это, Сунь Ян закурила сигарету, глубоко затянулась и продолжила смотреть в окно. На самом деле, они уже ехали по пятому кольцу, и за окном царила кромешная тьма, а дорога становилась всё хуже и хуже.
– Тётя, прости! Я больше не повторю эту ошибку, – сквозь зубы проговорил Сунь Циван.
– Ты знаешь, в чём ты ошибся? – наконец Сунь Ян оторвала взгляд от окна и посмотрела на него.
– Я ошибся, что использовал ресурсы семьи для решения личных обид и подставил твоих людей, – после недолгого раздумья он ответил.
Выслушав его, Сунь Ян вздохнула, отвела взгляд и снова повернулась к окну. В машине воцарилась странная тишина, прерываемая только рёвом двигателя.
– Девочка, которая появилась в ложе сегодня, – это легендарная гениальная девушка из четвёртого поколения семьи Лю.
Сунь Циван не понял, почему Сунь Ян перевела разговор на Лю Си, но кивнул.
– Да.
– После её слов Гу Пин поклонился мне.
– Что? – Сунь Циван был настолько сосредоточен на Сунь Ян, что не обратил внимания на поведение других.
– Я думала, что гений из семьи Лю максимум окажется наравне с тобой, но сегодня ты проиграл с большим отрывом, – Сунь Ян выбросила сигарету в окно, даже не взглянув на неё. Окурок мгновенно унёсся прочь вместе с ветром.
– Тётя? – Сунь Циван не хотел сдаваться, но не смел возражать.
– Ты не хочешь признавать поражение? – вместо злости Сунь Ян рассмеялась.
– Я думала, что семья Лю уже у нас в кармане, но теперь всё изменилось из-за одного неожиданного хода. Это создаст некоторые трудности, но я уверена, что справлюсь. Жаль только, что такой талант появился в семье простолюдинов, а не в нашей семье Сунь. Даже мне жаль уничтожать его.
Сунь Ян замолчала, а затем продолжила:
– Твоя ошибка не в том, что ты использовал ресурсы семьи, а в том, что ты не был достаточно жесток. Если уж ты не любишь Гу Пина, нужно было немедленно устранить его, а не играть с ним, как кошка с мышью, давая шанс другим воспользоваться ситуацией.
Машина вскоре прибыла на окраину Пекина, в заброшенную деревню. Дальше ехать было невозможно. Водитель – крепкий мужчина с мускулистым телом, несмотря на деловой костюм, – выглядел как человек, привыкший к насилию. Но в присутствии Сунь Ян он был кроток, как большой кот.
Он открыл дверь для Сунь Ян, и она изящно вышла из машины. Её элегантная фигура и красивое лицо резко контрастировали с убогой обстановкой. Её дорогие тонкие каблуки глубоко вонзились в землю, но она шла, совершенно не обращая на это внимания.
После нескольких поворотов они оказались у отдельно стоящего дома. Внутри сразу залаяла стая волкодавов. Сильный водитель подошёл, открыл дверь, и, почуяв знакомый запах, собаки замолчали. Сунь Ян и Сунь Циван вошли внутрь.
Это был первый раз, когда Сунь Циван оказался в этом доме. Он даже не знал, что у семьи Сунь есть такая собственность на окраине Пекина. Это была трёхэтажная усадьба без всяких изысков, с простыми стенами.
Стены здания возведены из высокого грунта, так что посторонние не могут увидеть, что происходит внутри. Когда они проходят через внутренние ворота, то обнаруживают просторный двор площадью в тысячи квадратных метров. На западной стороне здания расположен открытый бассейн.
Сотни волкодавов заперты в собачьих вольерах на железных цепях. Как только кто-то приближается к вилле, они начинают громко лаять, что делает невозможным для незнакомцев подойти близко.
Войдя в виллу внутри здания, можно заметить, что первый этаж обставлен довольно просто. Единственное, что бросается в глаза, — это роскошная хрустальная люстра, висящая под потолком, и несколько дорогих кожаных диванов в европейском стиле. Сунь Ян поднимается на второй этаж в сопровождении водителя и телохранителя.
На втором этаже открывается дверь в одну из комнат. Внутри стоят девушки с безупречной внешностью и изысканной манерой поведения. На полу перед ними на коленях находятся две женщины из Юньси Шуйсян — Лю Цяньцянь и управляющая Инь Вэньцзя. Обе женщины уже раздеты и, объятые страхом, дрожат, их лица залиты слезами. Увидев Сунь Ян, они начинают ползти к ней.
– Госпожа, пожалуйста, дайте нам шанс, умоляем! – кричат они, протягивая руки.
– Вы напуганы? – Сунь Ян прищуривается. Никто не может понять, что она думает. С тех пор как она потеряла любовь и вышла замуж за границу, она перестала быть слабой. Она поняла, что человек должен добиться успеха и жить достойной жизнью. Чтобы достичь этого, нужно не только приложить максимум усилий, но и продать душу дьяволу. Все эти годы она шла по телам неудачников. Ей никогда не нужны были проигравшие, даже если на этих женщин было потрачено много ресурсов.
Она холодно смотрит на женщин перед собой.
– Сунь Циван, эти две женщины будут наказаны для твоего примера. Инь Вэньцзя, ты знаешь, в чём была твоя ошибка сегодня? Если скажешь правильно, я оставлю тебе жизнь. Я обучала тебя не только для того, чтобы ты приносила пользу, но и чтобы ты проявляла ум. А те, кто глуп, как свиньи, должны покончить с собой поскорее, чтобы не тратить мою еду!
– Я… я не была решительной. Я думала, что Цяньцян справится с Гу сама. Если бы я вмешалась раньше и помогла ей выжать из Гу Пина всё до последней капли, сегодня бы этого не случилось.
Услышав это, Сунь Ян хлопает в ладоши.
– Вот это талант, который мне нужен! Иди, надень одежду. Ты не разочаровала мои старания за эти годы. Вы всё слышали? – её взгляд скользит по девушкам.
– Мы всё поняли, госпожа! Мы будем брать пример с сестры Инь, – дружно отвечают девушки.
– Спасибо, госпожа! – Инь Вэньцзя несколько раз кланяется, а затем покидает комнату.
Теперь холодный взгляд Сунь Ян обращён на Лю Цяньцян.
– Госпожа, дайте мне шанс, умоляю! – Лю Цяньцян продолжает кланяться, не обращая внимания на кровь, которая течёт из её разбитого лба.
– Циван, это твоя ошибка, поэтому ты сам её и убьёшь, – Сунь Ян достаёт пистолет и вкладывает его в руку Сунь Цивану.
Хотя он часто участвовал в драках и угрожал, он никогда не убивал. Глядя на оружие в своей руке, он хмурится, глядя на женщину на полу.
Осознавая, что её судьба предрешена, Лю Цяньцян начинает отползать назад и вдруг разражается горьким смехом.
– Ха-ха-ха! Сёстры! Очнитесь, эта женщина — дьявол! Рано или поздно мы все погибнем от её рук. Сёстры, я ухожу первой! – с этими словами она бьётся головой о стену. Почти одновременно раздаётся выстрел из пистолета Сунь Цивана.
"Бах!" — звук, который навсегда останется в сердцах всех девушек, став их кошмарным воспоминанием.
Инь Вэньцзя, одеваясь, слышит этот звук. Она стискивает зубы, поворачивается спиной к камере, и слёзы текут по её лицу. Однако она замедляет свои движения в два раза. Когда она заканчивает одеваться, её лицо становится совершенно другим, будто слёз и не было вовсе.
В апреле погода в столице постепенно теплеет, частые дожди смягчают сухой климат, а на ивовых ветвях у искусственного озера на территории кампуса появляются новые почки.
Результаты нового экзамена в школе «Инцай» озадачили учителей первого класса седьмой параллели. Дело в том, что заядлые нарушители, которые обычно занимали последние места, вдруг улучшили свои оценки, поднявшись с 30–40 баллов до 50 и выше. Это явление, которое никогда раньше не случалось. Возможно, это связано с изменением атмосферы в классе? Но, по её мнению, хулиганы во главе с Гу Пином просто перестали драться и начали спать.
Я знал, что Гу Пина несколько ночей подряд таскали на дополнительные занятия, и он не высыпался, поэтому на уроках был вялым. По сравнению с начальной школой, чтобы нагнать уровень старшей школы, нужно было заново закладывать фундамент в средних классах. У нескольких из них в средней школе ситуация была далеко не идеальной.
Шансов поступить в Пекинский университет за эти три года у парня практически не было. Поэтому я решил стать для него репетитором.
– Лю Си, зачем ты скрываешь свои оценки в школе? Твои способности позволяют тебе войти в десятку лучших учеников, и тебе будет проще простого обойти этого подлеца Сунь Цивана! – Гу Пин выразил то, о чём думали многие.
В последнее время я находил время, чтобы приходить в дом Гу Пина и заниматься с его компанией. В отличие от семьи Лю, дети семьи Гу жили отдельно, и Гу Пин жил у своего старшего брата.
Они занимали квартиру, выделенную больницей Гу Тая. Поскольку Гу Тай был главным врачом и состоял в браке, выделенное жильё было довольно просторным – три спальни и две гостиные, восемьдесят квадратных метров. Но семья Гу Тая была странной: хотя все знали, что он женат, за последний месяц я ни разу не видел его супругу, и в доме не было ни одной семейной фотографии. Этот дом больше напоминал жилище холостяка.
http://tl.rulate.ru/book/129621/5785445
Готово:
