Если стремишься учиться, всё в мире может стать твоим учителем, и если не сдаёшься, можно украсть любую технологию.
Лимон был одним из таких.
Даже искусство меча, сделавшее его Мастером меча, было в большей степени украдено глазами, чем получено от учителя.
Ди-и-и-и-и-инь.
Поэтому в этот самый момент...
Лимон изо всех сил крал игру Джулии, так же, как когда-то учился искусству меча.
Движения пальцев, контроль дыхания, скорость и угол движения смычка, даже мельчайшие сокращения мышц.
Он воспроизводил своим телом всё, что запомнил, наблюдая за Джулией во время игры.
Для него, Мастера меча, способного в разгар смертельной битвы за доли секунды анализировать искусство меча противника и находить контрмеры, это было не так уж и сложно.
Ещё, звук другой.
Настоящая сложность начиналась сейчас.
Сравнивать игру Джулии со своей и, как только он чувствовал разницу в мелодии, исправлять свою манеру игры.
Это было абсурдное занятие.
Повторение глупых проб и ошибок, словно пытаясь решить уравнение 1+X=100, подставляя вместо X числа от одного до ста.
Ещё немного.
Но, как в притче о глупом старике, сдвинувшем горы.
Как тот старик, копая и перенося землю, в конце концов сдвинул гору.
Так и в любом, даже самом безнадёжном деле, если упорно продолжать, однажды можно найти ответ.
Больше.
К тому же, у Лимона был опыт игры на бездонной чёрной скрипке.
Манеры игры бесчисленных скрипачей, олицетворявших целую эпоху, впитавшиеся в проклятую скрипку.
Используя их как образец, он сравнивал их с манерой игры Джулии и, понемногу настраивая, создавал манеру игры, способную издать точно такой же звук, как у неё.
— Нашёл.
И в тот момент, когда чутьё Мастера меча находило идеально совпадающую мелодию.
Он вставлял эту манеру игры в свою, словно шестерёнку, и продолжал искать новую шестерёнку, чтобы снова исправить свою игру.
Сотни раз?
Или сотни миллионов раз?
Или число, равное наюте?
Разделяя даже секунду на части, он повторял и повторял, и снова повторял процесс поиска и замены манеры игры, который наконец подошёл к концу.
И в тот момент, когда все шестерёнки встали на свои места.
Ди-и-инь.
Там больше не было неуклюжей игры, полной диссонанса.
Лилась лишь безупречно гладкая и прекрасная мелодия первоклассной скрипачки, которую не смогла бы идеально передать ни одна аудиосистема.
Сколько же времени прошло?
Когда бесконечно долгая игра закончилась.
И даже её послевкусие исчезло.
Только тогда Лимон, наконец, оторвал смычок от скрипки, открыл закрытые глаза и явил миру свои золотые зрачки.
— Тцк, только звук, значит.
Чем-то он был недоволен.
С недовольным лицом цокнув языком, Лимон, анализируя свою игру, пробормотал:
— Технику кое-как имитировать получается, но без понимания сути глубина не передаётся. Ещё многому предстоит научиться.
Всего лишь звук был таким же.
Лимон холодно оценил свою игру, сказав, что не смог передать то волнение, которое было в игре Джулии, и протянул ей скрипку.
— Спасибо, что одолжила. Хорошая скрипка.
— …
— Так как тебе моя игра? Я старался показать всё, чему научился, можно ли получить зачёт? Если ты недовольна, я готов к дополнительному экзамену, так что подумай, — невозмутимо говорил Лимон.
Но Джулия ничего не ответила.
Она лишь с растерянным лицом взяла скрипку и тупо смотрела на черноволосого юношу.
— Что у тебя за ошарашенное лицо? Неужели ты влюбилась в это лицо?
Наверное, она выглядела очень странно.
Лимон помахал рукой перед её глазами и что-то пробормотал себе под нос.
Только после этих слов она, кажется, пришла в себя.
Несколько раз моргнув, Джулия с непередаваемым выражением лица в конце концов закричала:
— Ли, вы… чем, чёрт возьми, вы занимались все эти годы, имея такой безумный талант, и не учились играть на скрипке?!..
* * *
— Вы уверены? — с удивлением спросил мужчина с косой.
Юноша с воробьиными глазами отрезал:
— Я же сказал, что проверял несколько раз.
— Показаниям дураков обычно не доверяют.
— Если так не веришь, то и не надо!.. Чем работать с товарищами, которые считают меня дураком, я лучше брошу и миссию, и всё остальное!..
— Товарищ, дезертирство? Дезертирство?
— …Сумасшедший товарищ? Ты это к чему сейчас?
— Прости, дезертиров и предателей казнят на месте.
— Что ты несёшь с такой светлой улыбкой?!.. Стой, подожди!.. Не надо так из-за пустых слов!..
Что это было — переполох?
Или хаос?
Пролилось немного крови, едва не слетела с плеч голова, но шум вскоре утих.
Юноша с воробьиными глазами, весь в крови, тяжело дышал, видимо, наконец-то полностью разрешив недоразумение, а блондинка смотрела на него с сожалением.
Мужчина с косой, не обращая внимания на перепалку двух товарищей, погрузился в раздумья.
— Мы были готовы к тому, что нам помешают какие-то ублюдки, но чтобы это была такая крупная рыба… Неожиданно.
— Товарищ, что будем делать?
— Что делать, что делать. Сначала доложить наверх и ждать указаний.
— Товарищ с пустым мозгом, не сужайте так возможности. Полномочия в этой операции полностью на мне.
— Что это значит? Неужели собираешься действовать?
Мужчина с косой не обращал ни малейшего внимания на изумление юноши с воробьиными глазами.
Он лишь посмотрел на место, куда была перевезена их «цель», указанное в принесённых юношей документах, и слегка усмехнулся.
— Скучная миссия стала довольно интересной.
http://tl.rulate.ru/book/129257/8174339
Готово:
