После демонстрации фокуса, который и фокусом-то не назовёшь — умения послушать игру Джулии один раз и повторить её.
В учебном времени Лимона многое изменилось: от стандартной учебной программы до затянувшейся атмосферы топтания на месте.
Но самым кардинальным образом изменились взгляд Джулии и темп занятий.
— Хм-м. Значит, когда играешь вот так, плавно соединяя звуки, чтобы они не прерывались, это называется ле-как-его-там?
— Легато (Legato). Это техника, при которой смычок плотно прижимается к струне.
— Звучит так, будто есть и противоположная техника, когда смычок не прижимается к струне?
— Вы спрашиваете, потому что действительно не знаете? Вы ведь уже несколько раз использовали и сальтато (Saltato), и арпеджиандо (Arpeggiando) во время игры?
— Я ведь не со знанием дела играю, а просто как могу подражаю твоей игре.
— ...Ли. Если вы скажете это перед другими скрипачами, вас могут и пристрелить?
— Если им обидно, пусть сами попробуют. В конце концов, подражать технике может любой, были бы время и усилия.
Равнодушно произнёс черноволосый юноша.
Глядя на Лимона, Джулия горько усмехнулась.
Раньше она бы непременно сделала ему строгое замечание за эти дерзкие, если не сказать высокомерные, слова.
Ведь она прекрасно знала, как много скрипачей всю жизнь стараются, чтобы освоить хотя бы эту технику.
Однако в итоге она не смогла ничего сказать.
Потому что, как исполнитель, а не только как учитель, она признала, что у него есть право говорить такое.
Как гений, который всего за несколько дней освоил почти все мои приёмы, может это понять?
Джулия вспомнила.
Несколько дней назад, после того как Лимон скопировал её игру.
Она сама, словно одержимая, играла снова и снова, пока от судорог в руке не смогла больше держать смычок.
И талант Лимона, который не только в точности повторил всю её игру, но и, словно этого было мало, впитал в себя все использованные в ней приёмы.
«Поистине чудовищный талант».
Более того, его чудовищные способности к обучению проявились не только в технике игры.
Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
Основываясь на уже усвоенных приёмах Джулии, он теперь с пугающей скоростью впитывал даже теорию и знания, которым она его учила.
Талант, от которого у неё, считавшейся гением века и обучавшей множество гениев, по спине пробегали мурашки.
Даже по сравнению с игроками, обладающими редкими навыками, он был если не лучше, то уж точно не хуже.
«Теперь я понимаю, почему предыдущие учителя сбегали, услышав его игру всего раз».
Раньше она думала, что они сбежали, устав от ужасной игры Лимона.
Но теперь она поняла.
Причина, по которой они отказались его учить, была в обратном — у них просто не хватило духу справиться с этим чудовищным талантом.
Настолько поразительным был его дар.
Словно прекраснейший и сияющий драгоценный камень, к которому страшно даже прикоснуться.
Конечно, это не означало, что он был абсолютно безупречен.
— Но вы, Ли, до сих пор не умеете читать ноты, не так ли?
То ли божественный патч баланса.
То ли загадка таланта.
Почему он, с лёгкостью повторяя любое, даже самое незначительное физическое действие, никак не мог понять нотную грамоту.
На её недоумевающий взгляд Лимон равнодушно ответил:
— Ты тоже доживи до моих лет. Телом работать становится легче, чем головой.
— ...Давно хотела спросить, сколько же вам лет, Ли, раз вы так говорите?
— Неужели не знаешь, что о возрасте мужчины спрашивать невежливо?
— Впервые слышу.
— Тогда запомни это с сегодняшнего дня.
Ухмыляясь, Лимон собрал свои записи и поднялся с места.
— Уже уходите?
— Ага, я же говорил, что сегодня у меня дела.
— Чистое любопытство, что это за дела? У вас, Ли, кажется, довольно регулярно появляются какие-то дела.
— Хм, ну...
Потерев подбородок, он на мгновение задумался.
Вспомнив, чем он занимался в последние несколько дней, Лимон пожал плечами и сказал:
— Скажем так, это работа, где я слушаю что-то непонятное и просто киваю?
— ...Где вообще есть такая работа?
Джулия была ошеломлена его словами, похожими на шутку.
Но она не знала.
Слова Лимона были вовсе не шуткой, а самым точным и простым описанием его обязанностей.
Ведь на самом деле, после окончания урока, встретившись с Вэй-Лин, Лимон только этим и занимался.
— Мы разместили объявление о приёме на работу, но, как и ожидалось, желающих не нашлось, поэтому было решено по мере необходимости заимствовать персонал у «Левиафана».
— Угу.
— Однако, чтобы избежать слухов извне, придётся каждый раз оплачивать услуги. Смету необходимых дополнительных расходов я изложила на страницах 57-58.
— Угу.
— И ещё, унификация системы безопасности, которую мы готовили, столкнулась с сильным сопротивлением, так что внедрить её будет сложно. Мы ещё рассматриваем, стоит ли отказаться от этой «системы Страж» или же применить её вне дочерних компаний.
— Угу.
— Кроме того, недовольство растёт быстрее, чем предполагалось. По результатам тайного расследования, сомнения и неприязнь к эффективности «Стража» уже превысили 70%. Подробные статистические данные...
— Угу.
Читавшая отчёт Вэй-Лин на мгновение замолчала.
Затем, посмотрев ледяным взглядом на Лимона, который сидел в кресле и с серьёзным видом кивал, она отрывисто спросила:
— ...Вы вообще понимаете, о чём речь, когда киваете?
— Нет, совершенно не понимаю.
http://tl.rulate.ru/book/129257/8174340
Готово:
