Глава 30.
Он выпалил вопрос, не подумав.
Он думал о проклятиях. В каком-то смысле проклятие похоже на магию, которая делает что-то сильнее, но в плохом смысле. Что, если бы существовало проклятие, которое заставляло бы тех, кто пытается похудеть, действительно сбрасывать вес? При правильном использовании оно могло бы даже принести пользу.
Обычно маги обходят стороной предметы, которые высасывают ману у своих владельцев. Да они бы их просто вышвырнули. Однако для Лихана все было немного иначе.
У него... было слишком много маны.
«А если серьезно, то этот пояс, возможно, стоит надеть».
Он уже носил металлический браслет с похожими свойствами. Ношение одного-двух дополнительных ремней вряд ли что-то изменит.
—Каков его эффект?
—…?
— Ну, раз это проклятый предмет, разве у него нет какого-то особого эффекта?
Пары действие-противодействие также существовали в мире магии, и проклятые артефакты обычно имели более сильные положительные черты, чем обычные предметы.
В противном случае ни один здравомыслящий человек не стал бы их оснащать.
—А. Так вот что интересует Брата. Дай-ка подумать...
«Ты помнишь его проклятие, но не помнишь его первоначальный эффект? Тебе действительно стоит расставить приоритеты».
Лихан лишился дара речи, увидев, что священник не может вспомнить первоначальный эффект предмета.
Это классический пример того, как ставить телегу впереди лошади.
—Верно, это пояс, который дарует невидимость. Но это не главное. Важно то, что это проклятый предмет... Как я уже сказал, брат. Ты можешь быть честен с нами. Мы не будем винить тебя, если ты захочешь повернуть назад сейчас...
—Что ты имеешь в виду? Я родился готовым нести это бремя.
Глаза Лихана были полны решимости, что сильно шокировало священника.
«Святые небеса. Кто бы мог подумать!»
Священник ожидал, что Лихан сдастся и сразу же уйдет, но, похоже, у него сложилось неверное впечатление.
«Как мне стыдно открыто заявлять о себе и подвергать сомнению веру столь преданного Брата!»
Священник больше не относился к Лихану как к наивному мальчику, выросшему под защитой влиятельной семьи.
Перед ним стоял брат, который был готов пройти этот тернистый путь вместе!
—Брат, меня зовут Мехрид. Могу ли я спросить, как тебя зовут?
—Лихан. Лихан Варданаз.
—Варданаз!
Это стало еще большим сюрпризом для Мехрида.
Даже в пределах Империи семья Варданаз была известна своим атеизмом.
Неудивительно, что мальчик казался таким достойным и величественным...
—Орден будет рад видеть вас в своих рядах. А теперь, пожалуйста, примите этот пояс в честь лорда Пресинги.
Это было довольно преувеличенное название для проклятого пояса, но Лихан принял его с серьезным выражением лица.
Ттак-
Он немедленно его экипировал.
Мехрид обеспокоенно посмотрел на него.
Всякий раз, когда к их делу присоединялся новый брат или сестра, им было трудно приспособиться к бремени Пресинги. В конце концов, выносить последствия проклятия было совсем нелегко, особенно для новичков.
Высасывание всей маны было жестоким испытанием, которое новый ученик мог и не выдержать...
—Итак, как мне стать невидимым?
—...?!?!?
—??
—Эм, ну... если сказать: «Я прячусь ночью», то станешь невидимым. Если сказать: «Я открываюсь утром», то ты проявишься.
«Я прячусь в ночи».
Пока Лихан говорил, воздух вокруг него, казалось, задрожал, как от жара раскалённого песка. Затем с тихим «хлопком» его образ померк и исчез. Только что он был здесь, а в следующее мгновение на его месте осталось лишь пустое пространство. Это была идеальная невидимость, словно из сказки.
«Ух ты...»
Лихан был в восторге.
Не все заклинания невидимости были одинакового уровня.
Заклинания невидимости нижнего круга позволяли свету лишь немного проходить через область. При более близком рассмотрении люди все равно могли бы сказать, что что-то не так.
Но заклинание невидимости на поясе было почти идеальным.
«Стоило экипировать этот проклятый предмет».
—Б-брат, ты хорошо себя чувствуешь?
—Конечно, я в порядке. Я раскрываюсь утром.
Лихан отменил заклинание.
Прежде чем надеть пояс, он почти ожидал, что тот поглотит достаточно маны, чтобы он мог контролировать остальную часть.
Однако, похоже, это не оказало на него никакого воздействия.
«Судя по тому, как он обеспокоен, проклятие на этом поясе должно быть довольно сильным. Почему я ничего не чувствую?»
У него возникло смутное подозрение, что скорость восстановления его маны была выше, чем скорость, с которой ее высасывали браслет и пояс.
Желая большего, Лихан открыл рот.
—Я хочу нести большую часть бремени лорда Пресинги.
—Мое слово...!
Мехрид был глубоко тронут этими достойными похвалы словами.
К сожалению, он не смог принять просьбу Лихана.
«Его тело должно испытывать колоссальное давление только из-за этого ремня...»
—Ты не сможешь, брат. Бремя, которое несет лорд Пресинга, — это то, с чем мы не сможем справиться сразу. Я понимаю, что у тебя на сердце, но, пожалуйста, прояви терпение.
—Нет, но я готов взять на себя больше!
—Я понимаю, брат. Но ты должен подождать!
***
В конце концов, он не смог получить еще один артефакт. Тем не менее, он приобрел многое.
Один только пояс был огромным приобретением, учитывая, что он имел функцию невидимости.
С этими словами он собирался...
«Придумать еще способы побега».
Их предыдущая попытка заставила его понять, что он был слишком самоуспокоен.
Академия оказалась более безумным местом, чем он думал поначалу, а ее директор — откровенным сумасшедшим.
В будущих попытках его могут поджидать новые ловушки, и пояс-невидимка наверняка пригодится.
—...И вот так прошла первая встреча в честь Лорда Пресинги, положившая начало нашему Ордену. Давайте на этом закончим, Брат.
Священник Мехрид обучал Лихана правилам и истории Ордена.
По правде говоря, Лихан не был особенно заинтересован в изучении истории Ордена, но он был профессионалом в прослушивании скучных историй.
- Я рассказывал вам о том времени, когда я играл в гольф?
- Что случилось, профессор? Пожалуйста, расскажите!
«На этот раз все было не так скучно».
Хотя история Ордена не вызвала у него интереса, его правила и природа его святой силы завораживали его.
Как сказал директор Скелли, Орден Пресинги был очень либерален в своих правилах и не возражал против вступления своих последователей в другие ордена.
Ничто не было прямо запрещено, и им позволялось жить так, как они хотели.
...Единственным ограничением было то, что им приходилось носить проклятые артефакты.
«У этого ордена есть только один недостаток. К сожалению, он большой».
Даже он не смог найти в себе силы продвигать Орден Пресинги другим. Афера была слишком велика, чтобы ее игнорировать!
Кроме того, священная магия, которую использовали их жрецы, носила экстремальный характер...
Опасаясь, что Лихан изменит свое мнение, узнав больше об ордене, священник Мехрид сделал ему щедрый подарок.
—Вот, брат. Возьми это. Насколько я слышал, новые ученики Эйнрогарда часто голодают, хотя я подозреваю, что эти истории немного преувеличены...
—Поверьте мне, это не так.
Лихан принял корзину от священника.
Подобно той, которую Йонайр получил от Ордена Фламенга, его корзина также была полна благ. Он мог сказать, что это была их отчаянная попытка не отпустить нового последователя.
Корзина была доверху наполнена вкуснейшими вещами. На свету блестели банки с ярко-красным малиновым джемом, золотистым мармеладом и густым тёмным арахисовым джемом. От лепёшек исходил тёплый дрожжевой аромат. В корзине также были знаменитые даже в Империи магически запечатанные консервированные говядина и свинина с волшебными крышками.
Там даже были такие продукты, как соль, сахар, кофейный порошок и чайные листья.
Священник Мехрид говорил добрым голосом.
—Пожалуйста, пейте их, когда почувствуете жажду во время учебы.
—Вместо исследований они нам больше понадобятся для выживания...
—Простите?
—Ничего. Спасибо за подарок.
Лихан радостно склонил голову, выражая свою благодарность.
Священник Мехрид, вероятно, приготовил их для того, чтобы студенты, такие как Лихан, могли есть, отдыхая после учебной сессии. Однако, учитывая ситуацию внутри академии, было бы лучше сохранить их для случаев чрезвычайной ситуации.
«Чтобы студенты жили как люди, нам нужно, чтобы эти ордена приходили к нам почаще».
—Когда будет следующее мероприятие?
—Кто знает? Мы бы хотели навещать вас почаще, но нам нужно одобрение директора...
—Тск.
Было ясно, что священники еще долго не посетят их.
Учитывая скверный характер директора, он ни за что этого не допустит.
—Пожалуйста, возьмите и это.
—?!
Тиджилинг, дьявольская жрица-полукровка из Башни Бессмертного Феникса, передала свою корзину Лихану, чем очень удивила последнего.
«Что это? Она что, раздает это бесплатно? Мне нужно подписать контракт с дьяволом, если я это возьму?»
—Зачем ты отдаешь мне свою корзину?
—Я отдал свое тело на служение лорду Прессинга. Такая роскошь для меня напрасна.
—Тиджилинг, в этом нет необходимости. В конце концов, эта корзина была приготовлена для тебя.
Священник Мехрид, казалось, хотел, чтобы Тиджилинг приняла дар, но она была тверда в своем отказе.
«О боже. В Башне Вечно Пылающего Феникса действительно царит особая атмосфера.»
Он принадлежал к Синим Драконам, и люди там уже отказались от своей гордости как дворян.
—Эй, есть что-нибудь поесть? Нет? Совсем ничего?
Они задавали друг другу подобные вопросы с налитыми кровью глазами...
Пока остальные студенты искали еду, ученики Бессмертного Феникса терпели и закалялись.
Впечатляющий!
Однако, хотя он был впечатлен, он не собирался жить, как они.
—Тогда я с радостью...
—Эм, брат?
—?
Священник Мехрид отвел Лихана в угол палатки.
—Брат, ты можешь присмотреть за Тиджилинг вместо меня? С твоим впечатляющим прошлым ты, несомненно, будешь ей очень полезен. Как ты видишь, она очень строга к себе.
—Но мы даже не в одном общежитии...
—Пожалуйста, — сказав это, священник Мехрид протянул ему еще одну корзину.
«Этот священник знает свое дело!»
—Вот. Я дам тебе ещё одну, так что, пожалуйста, поешь вместе с Тиджилинг, чтобы она могла насладиться корзинкой, которую ты ей подарил.
—Вы можете предоставить это мне.
В конце концов, Лихану оставалось только уступить искушению трех корзин.
В конце концов, ему всего лишь нужно было поесть вместе...
***
—Могу ли я называть вас Жрицей Тиджилинг?
—Да, пожалуйста, называйте меня как хотите.
—Как дела в Башне Бессмертного Феникса?
Лихан был любопытен. В отличие от Белых Тигров и Черной Черепахи, ситуация в Бессмертном Фениксе оставалась для него загадкой.
Однако дьявольская полукровка не поняла, о чем он спрашивает.
—Можете ли вы быть немного конкретнее?
—Знаешь, что ты делаешь, когда у тебя есть свободное время и все такое?
—Мы остаемся в своих комнатах и молимся, — с гордостью заявила Тиджилинг.
Однако Лихан пришел в ужас, услышав это.
«Хм, это звучит гораздо более удручающе, чем я думал».
Если бы его туда направили, он бы задохнулся.
—Вы также молитесь и ночью?
—Да. Некоторые из нас выходят на улицу, поскольку нам приходится молиться в горах или лесах. Другие молятся в помещении.
—Понятно...подожди, тебе разрешено выходить на улицу ночью?
—Действительно. Мы получили на это разрешение.
—!
Это стало большим потрясением для Лихана.
«Значит, жрецам и жрицам разрешено бродить после захода солнца?»
Им было запрещено покидать общежития ночью в будни. Вот почему он и его друзья пытались сбежать в выходные.
Однако ученики Бессмертного Феникса были исключением из этого правила.
Когда он об этом подумал, это имело смысл. Если бы он был на месте директора, он бы тоже дал им разрешение.
В конце концов, они не доставят проблем, даже если он оставит их в покое...
«Тогда смогу ли я бродить ночью, если буду носить форму священника?»
В его глазах был странный блеск.
«Мне просто нужна их форма...!»
—Можете ли вы достать мне комплект униформы священника?
—...
Тиджилинг уставился на Лихана, прищурив глаза.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/129083/8748727
Готово:
