Команда Айрис — сильнейшая.
Доказывая это, команда Айрис, словно шторм, покоряла этаж за этажом.
Сейчас команда Айрис добралась до 3-го этажа Дворца Магии, Плачущего Неба.
Над тёмными тучами два огромных глаза, плотно закрытые, проливали слёзы.
Они превращались в дождь и мочили землю.
'Это ведь Апостол'.
Истинный Апостол Плачущего Неба.
Апостол, который родится, когда Плачущее Небо преобразится.
'С этим тоже потом придётся разобраться'.
Но не сейчас.
Просто пройдём мимо.
— Третьекурсники тоже почти догнали.
В дожде, льющем с неба, хихикнул Дорара, второй по успеваемости на факультете магии, который плёлся сзади.
Может, из-за уязвлённого Шарин самолюбия.
Он любил так выпендриваться.
Но его навыки были несомненны.
Просто мы с ним не сходились характерами, да и я знал все его плохие привычки и слабости.
Его ветер был таким же свирепым, как и подобает второму на факультете магии.
— У-у-у, я уже с ума схожу, находясь здесь столько дней.
Тут застонала Баренчия, заклинательница проклятий, которая висела на спине Йоахима.
Во Дворце Магии время и пространство искажены.
И чем ниже спускаешься, тем сильнее это ощущается.
Время на 1-м этаже почти не отличается от времени снаружи.
Но со 2-го этажа время полностью меняется.
По сравнению с одним днём снаружи.
2-й этаж — три дня.
3-й этаж — семь дней.
4-й этаж — две недели.
Поэтому на нижних этажах Дворца Магии, даже если оставаться там долго, разница во времени со внешним миром не так уж и велика.
Поэтому мы провели во Дворце Магии уже несколько дней.
На 3-м этаже мы провели три дня.
— Удивительно, что заклинательница проклятий не любит мрачную атмосферу.
— У-у-у, не надо иметь предубеждений против заклинателей проклятий.
Когда Дорара упрекнул её, Баренчия застонала.
Глядя на них, я посмотрел на свои руки.
Мы спустились до 3-го этажа Дворца Магии, но я почти не чувствовал физической усталости.
Тело Викамона было создано для выносливости.
К тому же, я прошёл адские тренировки Айши, так что это было естественно.
'Настоящая проблема'.
Была совсем в другом.
'Притворяться Ханией оказалось сложнее, чем я думал'.
Рассказывать можно было то, что я примерно знаю.
Разговоры между студентами, в конце концов, ограничены, так как мы все из одной академии.
Более того, Хания была своего рода второстепенным персонажем.
Я много о ней знал.
Поэтому играть роль Хании было не так уж и сложно.
То, что я считал сложным, было другой проблемой.
Я посмотрел на меч в своей руке и тихо цокнул языком.
Хания обладала навыками второго по успеваемости на боевом факультете.
Естественно, её навыки были намного выше, чем у обычных студентов боевого факультета.
Она владела длинным мечом.
Её меч был настолько искусен, что его признавал даже ленивый гений Ван.
Это был результат таланта и упорного труда Хании.
Проблема была в том, что я никогда не пользовался мечом.
Может ли человек, всю жизнь дравшийся кулаками, правильно владеть мечом?
'Благодаря тренировкам меч, конечно, не шатается в руках'.
Может, потому что я постоянно дрался руками.
Я не могу оценить дистанцию.
В зависимости от угла взмаха меча меняется его режущая сила.
Я не мог точно это рассчитать, поэтому постоянно допускал ошибки.
Поэтому с середины я сдался и стал размахивать мечом не как мечом, а как дубиной.
'Ох, я больше никогда в жизни не возьму в руки меч'.
Руки всё-таки лучше, чем инструменты.
— Хания, у тебя в последнее время плохое самочувствие?
В этот момент ко мне обратилась Баренчия.
Благодаря Покрову Забвения внешне я был вылитой Ханией.
Но они были товарищами, которые вместе прошли через множество битв.
В их глазах я, естественно, выглядел неловко.
— М-м-м, движения более резкие, чем обычно, и какие-то несдержанные.
Хоть у неё и чёлка закрывает глаза, но она что-то видит.
— Хм, определённо, в последние несколько дней я тоже чувствую что-то другое.
Тут согласился и Йоахим.
Взгляды членов команды, естественно, устремились на меня.
Айрис тоже мельком взглянула на меня.
Здесь Айрис уже ничем не могла помочь.
Я не хотел вызывать подозрений до нападения Никиты.
Если Никита откажется от нападения из-за того, что команда Айрис ведёт себя не как обычно, потом будет сложно.
— Это…
Нужно было как-то выкручиваться.
К счастью, перед тем как прийти во Дворец Магии, я пережил нечто, что могло сильно ухудшить моё состояние.
— …Перед тем как войти во Дворец Магии, мне признался в любви заместитель профессора Баркоп.
— А.
— О, боже.
Из уст Баренчии и Йоахима вырвался глубокий вздох.
Все знали, насколько ужасен заместитель профессора Баркоп.
— Н-ну, отдохни немного сзади, не торопись.
Даже Дорара, у которого был ужасный характер, посмотрел на меня с сочувствием.
Глядя на них, я с трудом улыбнулся.
В глазах всех промелькнуло сочувствие.
Даже от такого дерьма, как Баркоп, бывает польза.
Хотя я не особо благодарен.
— Продолжаем.
Увидев, что я выкрутился, Айрис снова двинулась вперёд.
Я видел, как на её губах появилась улыбка, но не стал на это указывать.
— 3-й этаж тоже скоро закончится.
На 3-м этаже мы уничтожили троих Апостолов.
Монстров было уже не сосчитать.
И тут я снова осознал, насколько сильна команда Айрис.
Боевой жрец Йоахим держал книгу в левой руке, а правой одной рукой превращал врагов в лепёшку.
При этом, если команда получала ранения, он тут же их исцелял.
Заклинательница проклятий Баренчия, специалист по дебаффам, накладывала проклятия, как только появлялся враг.
Она могла использовать около десяти тысяч проклятий.
Под шквалом проклятий враг мгновенно становился беспомощным.
Об Айрис и Дораре и говорить нечего.
'Какая же всё-таки чудовищная группа'.
Если бы к ним добавилась ещё и Хания, то это было бы просто идеально.
Тем не менее, команда Айрис не смогла одолеть Никиту, ставшую Драконицей Бедствия.
Чтобы победить её, был необходим Лукас с его Пламенем Упорства.
'Особенно 4-й этаж'.
Можно было сказать, что это была среда, созданная специально для Драконицы Бедствия.
— Спускаемся.
Во главе с Айрис члены команды начали спускаться.
Хоть и было странно ставить третью принцессу во главе.
Но если Айрис попадёт в беду, никто из них не сможет с этим справиться.
В абсолютно чёрном пространстве.
Лишь белая лестница бесконечно вела вниз.
Лестница состояла только из ступеней.
На первый взгляд, это выглядело головокружительно.
— Хе-хе, на этот раз, кажется, поставим новый рекорд.
— Надо спускаться быстрее. Мы так опозорились на командных соревнованиях.
Сзади доносились разговоры Йоахима и Дорары.
Определённо, с такой скоростью мы двигались очень быстро.
'Если бы не Никита, мы бы дошли до 6-го этажа'.
В следующем Дворце Магии они, похоже, станут первыми второкурсниками, достигшими 7-го этажа.
Конечно, у Айрис была фундаментальная причина, по которой она не могла спускаться слишком глубоко во Дворец Магии.
— Хания.
В этот момент меня позвала Айрис.
Под её глазами были тёмные круги.
Войдя во Дворец Магии, она почти не спала.
Хоть у неё и была бессонница.
Это было влияние Злого Духа, которым был пропитан весь Дворец Магии.
В её теле была запечатана сила Злого Духа.
Она реагировала на силу Злого Духа во Дворце Магии, и её кошмары становились ещё сильнее.
Поэтому Айрис была особенно слаба во Дворце Магии.
Если не увеличивать скорость прохождения до максимума.
Со временем боевая мощь Айрис сильно снижалась.
'Но если бы был Лукас с его Пламенем Упорства'.
Он мог бы прогнать и кошмары во Дворце Магии.
Поэтому на первом курсе.
Айрис наняла Лукаса в свою команду во Дворце Магии.
Конечно, тогда Пламя Упорства ещё не разгорелось в полную силу.
Поэтому особых успехов они не добились, и в следующем Дворце Магии она не взяла Лукаса.
'И там Лукас умер'.
Для Айрис это тоже была история, полная сожалений.
'Сейчас я не могу решить проблему кошмаров Айрис'.
Поэтому Айрис с каждым днём становилась всё более измотанной.
— Да, госпожа Айрис.
Когда я подошёл к Айрис, она кивнула мне.
— Скоро.
Никита была командой, которая вошла во Дворец Магии раньше всех.
Поэтому она ждала на 4-м этаже, полностью готовая.
'Она сделала так, чтобы никто не мог прийти на помощь на 4-й этаж, как только команда Айрис войдёт'.
Она подготовилась, предвидя, что команда Айрис опередит даже третьекурсников.
— Нужно готовиться.
Айрис кивнула.
Образ Айрис первым растворился.
Увидев это, я тут же последовал за ней.
Бум!
Вскоре окружающий пейзаж начал меняться.
Какое-то неприятное чувство прошло по телу.
Это было доказательством того, что мы вошли на 4-й этаж Дворца Магии.
Всё тело пронзил холод.
Шурх.
Услышав хруст снега под ногами, я медленно поднял голову.
На белом снегу.
Ледяные ряска и водяной гиацинт покрывали снег.
В этом каком-то очень тёмном месте повсюду были видны ледяные скульптуры.
Из-за разницы температур изо рта шёл пар.
Дворец Магии, 4-й этаж.
Ледяной сад.
От бесконечно низкой температуры тело очень замёрзло.
Но проблемы начинались сейчас.
— Все, уходите!
Я закричал и, прикрыв Айрис, прыгнул вперёд.
Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш!
Вскоре сзади раздался звук, и с потолка что-то упало.
Грохот!
Вскоре за нашей спиной упала огромная ледяная стена.
— У-а-а-а!
— Кья-я-я!
Йоахим, схватив Баренчию и Дорару, высоко прыгнул.
Благодаря этому все трое не были раздавлены ледяной стеной.
— Ч-что это такое?
Дорара с удивлением посмотрел назад.
Там, в густом снежном дыму, стояла невероятно толстая ледяная стена.
Проход, соединяющий 3-й и 4-й этажи Дворца Магии.
Он был полностью заблокирован ледяной стеной.
На лицах всех промелькнуло недоумение.
Это была совершенно неожиданная проблема.
Кроме меня и Айрис.
Я медленно поднял голову.
За проходом Ледяного сада.
Я чувствовал, как какая-то зловещая холодная аура доносится до сюда.
'Началось'.
Чтобы отомстить за смерть своего старшего брата.
Драконица Бедствия.
Никита Синтия начала действовать.
http://tl.rulate.ru/book/129082/6300353
Готово:
