«Я отказалась от вечной жизни, чтобы Волан-де-Морт не смог украсть твою жизнь и использовать ее для чего-то гнусного», — сказала Лили.
Гарри протянул руку, чтобы прикоснуться к ней, и его кожа зажглась в том месте, где он коснулся ее, призрак огня и воспоминания о криках заполнили его голову. Лили улыбнулась, и в этой улыбке мелькнула жестокость, которую он надеялся никогда больше не увидеть.
«Что мне нужно сделать, чтобы вернуть тебя?»
— умолял Гарри, сила ритуала билась в нем, его друзья удерживали и уравновешивали эту силу, а взрослые волшебники и ведьмы использовали свой многовековой опыт, чтобы сплести эту силу в нечто, что можно было бы выдержать, если не контролировать.
Лили улыбнулась. «Возвращения нет. Я не была достаточно сильна, чтобы помешать Волан-де-Морту убить меня, но я пожертвовала своей душой, чтобы защитить тебя от него. Он вложил в тебя частицу своей души. Он принес предмет, способный ее удержать. Крестраж, сосуд для духа, предназначенный хранить частицу его души, чтобы спасти его даже от смерти.
Мой ритуал, призванный защитить тебя, позволил мне использовать свою душу, чтобы обернуть его душу и связать ее с тобой. Я отдала всю свою магию, всю душу, которая выжила после убийства моего тела, чтобы связать ее с твоей кровью и твоей силой. Я вырезала на тебе руны, чтобы ты мог питаться этой частью его силы, и связала себя с твоей кровью, пока это не было сделано».
Лили откинула голову назад и рассмеялась, и ее смех заставил маглов спрятаться за дверями, скрепленными холодным железом, и шепотом молиться, чтобы ведьмы обошли их стороной.
— Затем гоблины нашли тебя и связали мои руны гоблинским серебром, связав мою силу и силу Волан-де-Морта с тобой. Ты съел это, Гарри. С моей магией и их рунами твоя душа и твоя сила съели тот маленький кусочек Волан-де-Морта, который был нужен ему, чтобы стать бессмертным. Я только хотела защитить тебя от него, но с рунами гоблинов, связывающими мою магию с твоей душой, они сделали меня оружием, которое тебе нужно, чтобы поглотить душу Волан-де-Морта». У Лилли на глазах были слезы, страдание, которое он не мог угадать, скрытое за решимостью матери сделать все для своего ребенка.
Гарри задрожал, когда она говорила.
— Я не достаточно силен, мама. Я думаю, я нашел его агента, и я знаю, что он хочет, но он раздавил двух волшебников, сильнее меня, даже не сказав ни слова и не прикоснувшись к палочке. Я не могу победить его». Гарри заплакал. Он был гоблинским воином. Ни один гоблин не мог ходить по той же земле, что и убийца его отца или матери, а Волан-де-Морт убил обоих. Но против Волан-де-Морта он был бессилен. Дамблдор не смог убить его, когда они сражались, а Гарри не осмелился бы поднять волшебную палочку на директора.
Лили снова засмеялась, на этот раз медленно и тихо.
«О, Гарри, я тоже не смогла бы противостоять Волан-де-Морту, но вместе мы можем покончить с ним», — тихо сказала она.
«Я не понимаю», — сказал Гарри, чувствуя, как в нем нарастает гнев.
«Дамблдор использовал тебя как свою маленькую шахматную фигуру, решив пожертвовать тобой ради Великого Блага, как он пожертвовал Джеймсом и мной, и все это во имя того, чтобы остановить Волан-де-Морта. Волан-де-Морт рад играть в эту игру, потому что он планирует пожертвовать тобой, чтобы заплатить за свое бессмертие, но они оба глупцы».
Лили повернулась к Невилу, который изо всех сил пытался удержать в равновесии силу земли и подземного мира, пока мертвые шагали по земле живых в ночь, когда завеса была наиболее прозрачной. Она поклонилась и вырезала в воздухе руну «Джера» своей волшебной палочкой. Руна загорелась зеленым огнем, таким же, как их глаза, таким же, как вспышка смертельного заклятия Волан-де-Морта в последнюю ночь, когда он видел ее живой.
Жертвовать — значит освятить то, что приносится в жертву. Я не такая ведьма, как Волан-де-Морт или Дамблдор, но я ведьма, и я помню силу жертвы. Они оба стремятся пожертвовать другими, чтобы выиграть войну, но они забыли истину магии».
Лили повернулась к сыну. «Запомни это: сила жертвы пропорциональна ее цене для тебя. Волан-де-Морт разделил свою душу настолько, что он больше похож на тень, чем на человека, и каждая жертва имеет все меньше и меньше силы, потому что ни одна цена, заплаченная кем-либо другим, не является для него реальной. Дамблдор позволил половине мира сгореть, прежде чем он удосужился поднять волшебную палочку на Грин-де-Вальда, позволив другим заплатить цену за то, чтобы положить конец тому, что он создал, и в конце концов не запятнал свою душу или руки кровью, чтобы остановить его. Он пожертвовал ради своего Великого Блага больше, чем даже сам помнит, но не себя. Думаю, он уже почти не чувствует этого».
Гарри смотрел на мать с нарастающим ужасом.
«Мама, что это значит? А как же ты?» — спросил Гарри, уже подозревая правду.
«Волан-де-Морт хотел пожертвовать тобой, чтобы жить вечно, а Дамблдор хочет пожертвовать тобой, чтобы спасти мир. Я пожертвовала собой, чтобы остановить Волан-де-Морта. Пока я связана с тобой, твое прикосновение и твоя сила будут поглощать его. Когда он исчезнет, я тоже исчезну», — тихо сказала Лили.
Призрак Джеймса повернулся к ней, и они обменялись взглядами. Глаза Гарри наполнились слезами. Он был готов отпустить ее. По крайней мере, она снова будет с его отцом.
— По крайней мере, ты будешь с папой, и я смогу увидеть тебя, когда умру, — сказал Гарри, укрепившись в своем решении.
Призрак Джеймса опустил глаза, и Лилли вздрогнула, как будто ее ударили.
— Причина, по которой ты можешь победить Волан-де-Морта, — это сила моей жертвы. Я не предлагала свою жизнь. Волан-де-Морт все равно бы ее забрал.
Магия не уважает то, что все равно будет потеряно. Я пожертвовала вечностью. Когда Волан-де-Морт умрет, его душа и моя перестанут существовать».
Лили повернулась к сыну, и две пары зеленых глаз встретились; ни один из них не хотел сдаваться.
«Ты умрешь!» — прокричал Гарри.
«Ты будешь жить», — заявила Лили.
«Иди к нему. Откажи ему в том, чего он хочет. Пусть он осмелится прикоснуться к тому, что я защищаю!» — прорычала Лилли, и невидимый ветер развевал ее волосы, словно корону из огня и крови.
http://tl.rulate.ru/book/128360/7069531
Готово:
